Зрители вскочили на ноги и после первых приветственных криков замолчали, наблюдая за конюшими, бежавшими к неподвижному рыцарю. Они склонились над застывшим телом Бэлда — лишь ветер трепал его плащ.
Но затем Бэлд зашевелился и с трудом встал на четвереньки. Подбежавшие оруженосцы сняли с него шлем, и он с их помощью неуверенно поднялся на ноги. Опираясь на их спины, Бэлд покинул арену, а Торен подошел к ложе Реннэ, чтобы принять поздравления матери.
Сэмюль повернулся к Дизу и приподнял брови.
— Возможно, Бэлд не сможет участвовать в вашем вечернем предприятии, — сказал он.
— Сомневаюсь, что Бэлд пропустит то, чего ждал всю жизнь. — Диз решительно поднялся на ноги.
— Ты пойдешь на бал? — спросил Сэмюль.
— Да. Все должно идти своим чередом. Но у меня два костюма: посланца смерти и осла. Какой мне выбрать?
— Оденься как человек, который готов пожертвовать честью ради сохранения семьи.
— Ну, тогда это и в самом деле будет маскарад, — ответил Диз и ушел, оставив Сэмюля вместе с толпой, приветствовавшей Торена как героя.
Или возлюбленного брата.
Тэм и его друзья решили не прятаться в последний день Вестбрукской ярмарки — им хотелось посмотреть решающие состязания конных рыцарей. Увидев, сколько собралось зрителей, Тэм подумал, что они прятались зря. Разве смогут Хафидд и его черные рыцари найти кого-нибудь среди такого скопления народа? С тем же успехом можно искать определенную волну в океане.
Теперь им будет что рассказать: они увидят, как Торен Реннэ будет состязаться с выскочкой.
Четверка расположилась на холме, возвышающимся над ареной, трибунами и рекой. День выдался теплым, прохладный ветерок приносил ароматы свежескошенной травы. На далеком небе громоздились облака, накрывая тенью лес и луга. Прекрасный день для ярмарки, подумал Тэм.
Неожиданно Финнол показал в сторону арены.
— Кажется, мы уже видели эту лошадь? — спросил он.
Рыцари заняли свои места для финального состязания — лорд Торен Реннэ против человека, чьего имени еще два дня назад никто не знал.
— Посланец Алаана! — воскликнул Тэм. — Как он себя называл?
— Пвил, — ответил Синддл. — Безусловно, это его лошадь. Во всем Аире не может быть двух таких великолепных животных.
Незнакомец надел плоский шлем, который полностью скрывал его лицо. Лишь прекрасный конь выдавал в нем посланца Алаана. Мышцы и гладкая блестящая медно-красная шкура виднелись из-под попоны. Но более всего поражали повадки скакуна: живой и подвижный, таких лошадей им еще не приходилось видеть. Даже Облако, великолепный серый жеребец Торена Реннэ, не шел с ним ни в какое сравнение.
— Если бы они соревновались без барьера, — заявил Синддл, — я бы сказал, что посланец Алаана мог бы затоптать своего противника, — впрочем, это запрещено правилами.
— Пвил Стэгшенкс, — сказал молодой человек, устроившийся неподалеку от них. — Так его называют. Он приехал из далекого графства и одержал верх над многими рыцарями Вестбрука. Некоторые утверждают, что он будет победителем турнира.
Герольды заиграли в трубы, и противники приветственно подняли копья. Незнакомец был в белом плаще с алым подбоем, а его шлем украшал черный конский хвост. Седло было самым обычным, а на щите, на золотом фоне, красовался поднявшийся на дыбы боевой конь.
Торен Реннэ надел небесно-голубые цвета Реннэ, его щит украшал двойной лебедь. Седло Торена украшал серебряный узор, на сбруе висели звонкие колокольчики. Чепрак такого же цвета покрывал его знаменитого серого жеребца, на шлеме сверкали золотые фигурки орла и лебедя.
— Давайте сделаем ставки, — предложил Финнол. — Я готов поставить на незнакомца против неженки лорда. Что скажешь, Тэм?
— Мне ничего не остается, как взять сторону Реннэ, — ответил Тэм. — К счастью, копье направляет не лошадь, а всадник, так что меня все устраивает.
Флаг опустился, всадники пришпорили лошадей и стали с поразительной быстротой сближаться. Звук ломающегося дерева был хорошо слышен на склонах холма, а когда распорядители собрали с земли обломки копий, оказалось, что копье незнакомца переломилось пополам, а у Реннэ сломалось лишь острие. Преимущество получил посланец Алаана.
— Теперь ты видишь, Тэм, — заявил Финнол, — когда человек спасает твою жизнь, не следует его бросать и связывать свои надежды с кем-то другим. Посланец Алаана будет победителем состязаний. Ты пожалеешь о своем выборе.
— Если бы мы оба поставили на одного всадника, нам не имело бы смысла биться об заклад, — рассмеялся Тэм.
— Слабое оправдание неверности, кузен. Очень слабое.
— Полагаю, Реннэ подвело плохое дерево, — вмешался Бэйори. — Его оруженосец должен был обратить внимание на древко копья.
Тэм и Финнол переглянулись. Бэйори так мало говорил в последние недели, что любое проявление интереса с его стороны их радовало.
Зрители неожиданно притихли, и Тэм ощутил возросшее напряжение. Неужели их чемпион проиграет какому-то выскочке? Торен Реннэ в течение всего сезона не потерпел ни одного поражения. Многие утверждали, что он лучший турнирный боец за последние пятьдесят лет.
Горны сыграли начало второй схватки, распорядитель поднял флаг. Потом он опустился, и в тишине послышался перестук копыт по песку.
На сей раз лошади мчались еще быстрее, и всем стало ясно, что теперь хотя бы один из всадников не удержится и упадет на землю. Но когда они встретились, послышался лишь треск ломающихся копий, всадники остались в седлах.
На этот раз преимущество осталось за Реннэ, который нанес точный удар в щит противника и сломал свое копье. Пвил Стэгшенкс нанес лишь скользящий удар. Толпа взревела от восторга. С трибун полетели цветы, а толпа на холме начала скандировать имя Торена.
— Мне кажется, ни один из них не сможет выбить другого из седла, — сказал Синддл. — Они слишком сильны и сидят на своих скакунах так, словно приросли к их спинам.
— Неужели турнир останется без победителя? — спросил Финнол.
— Нет. Если оба сломают копья во время третьей схватки, судьи назначат еще три, а потом еще три, пока не будет выявлен победитель. Редко случается так, что трех схваток оказывается недостаточно. Я еще ни разу не слышал, чтобы после шести не стало ясно, кто лучше, — впрочем, более пятидесяти лет назад в Вестбруке рыцари сходились девять раз, а победителя определить так и не удалось. Девять схваток!
— В таком случае я думаю, что здесь потребуется не меньше двенадцати, — заявил Тэм. — Мне кажется, мы присутствуем на поединке, о котором многие годы будут слагать песни.
Рыцари вновь заняли исходные позиции, их лошади нетерпеливо пританцовывали, ожидая команды. Толпа умолкла, и Тэм видел, как зрители нетерпеливо наклонились вперед. И снова поднялся и опустился флаг — как знамя во время сражения. Казалось, рыцари рвутся к победе с прежним нетерпением — их скакуны вновь летели навстречу, не зная сомнений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
