Господи, его ребенок был очень сообразительный.
— Я отпустил это чувство, приятель, — заверил его Лейн.
— А она?
— Над этим мы работаем.
— Хорошо, — прошептал Трипп.
— Еще какие-нибудь проблемы тебя мучают? — спросил Лейн.
— Нет, — ответил Трипп.
— Например, мир во всем мире? Голодающие Африки? Состояние экономики?
Он услышал смех Триппа, затем:
— Нет, пап, боже.
— Если вдруг эти дерьмовые вопросы начнут на тебя давить, парень, я всегда рядом с тобой в одном телефонном звонке.
— Хорошо, я позвоню, когда начну переживать за мир во всем мире, — ответил Трипп.
— Мне пора отправиться к столу, — сказал Лейн сыну с улыбкой.
— Хорошо, увидимся позже.
— Увидимся, — ответил Лейн, а затем позвал: — Трипп?
— Да, пап?
— Люблю тебя, парень.
— Я тоже тебя люблю.
— Пока.
— Пока.
Лейн захлопнул телефон и повернулся к двери. Как только он открыл ее, на него нахлынули запахи. Куриное тако. Рокки весь день тушила мясо, беспокоясь о Жизель. Это был еще один рецепт, который она усовершенствовала на их кухне много лет назад. Тушение мяса в кастрюле в течение целого дня означало, что мясо будет нежным, а после приготовления в специях в течение последнего часа наполнится ароматом.
Рокки стояла у кухонной стойки спиной к нему и не повернулась, спросив:
— Тебе достать свежее пиво, малыш?
— Я принесу, — ответил Лейн, но подошел к ней сзади, прижался к ней грудью, скользнув руками по ее животу, заглядывая ей через плечо, чтобы увидеть, как она натерает сыр.
Продолжая натерать сыр, она заметила:
— Пиво не хранится у меня в животе, Лейн.
— Мм, — ответил Лейн с улыбкой, опустил голову и поцеловал ее в шею.
Затем он поднял руку, выдернул заколку из ее хвоста, волосы рассыпались по плечам.
Она перестала натерать сыр, повернула голову и посмотрела на него.
— Серьезно, прекрати это делать.
Лейн все еще улыбался, ответив:
— Серьезно, нет.
Ее глаза сузились, затем она резко посмотрела на него. Лейн выдержал ее пристальный взгляд, другой рукой обхватив за талию, когда он закончил играть в гляделки, его руки напряглись, и он пощекотал чувствительную кожу на ее боках.
Она дернулась и изогнулась, голова откинулась назад, руки выронили сыр и терку, схватила его за запястья, пытаясь убрать его руки, крикнув сквозь смех:
— Прекрати, Лейн!
— Нет, — ответил Лейн.
— Прекрати! — закричала она, все еще извиваясь в его руках, с силой пытаясь оттащить его запястья, вовсю хихикая.
Лейн был неумолим, продолжая ее щекотать, потому что скучал по ее смеху. Он знал, что скучал по ее смеху, но, услышав смех Рокки, почувствовав ее тело рядом с собой, делая что-то нормальное, например, готовясь вместе поужинать, он понял, что скучал не только по ее смеху, а скучал по нормальной, вот такой семейной жизни с ней.
И когда это чувство угрожало захлестнуть его, он перестал ее щекотать, обняв крепко и сильно, зарывшись лицом ей в волосы, дотронувшись губами до ее шеи.
Поскольку он молчал, когда она перестала хихикать, то позвала:
— Лейн?
— Я здесь, детка, — глухо произнес Лейн ей в шею, не поднимая головы, но сжимая ее своими руками.
— У тебя все хорошо?
— О да, — ответил он.
Ее тело расслабилось, но руки крепче сжали его запястья.
Затем она спросила:
— Трипп в порядке?
— Ага.
Ее руки с его запястьев передвинулись по его рукам.
— Что ты делаешь? — прошептала она.
Он приблизил губы к ее уху и ответил:
— Ничего, что означает все. Я забыл, что ничего означает не все.
— Лейн, — выдохнула она.
— Люблю тебя, детка.
Ее руки сжали его руки.
— Я тоже люблю тебя, милый. — Она помолчала, потом сказала: — Но Лейн?
Он поднял голову.
— Что?
— Новое правило. Ты не можешь заставлять меня плакать от смеха в натертый сыр.
Он повернул ее лицом к себе и увидел следы, оставленные на лице слезами, пока она весело заливалась. Его руки переместились к ее подбородку, большими пальцами он вытер влагу с ее щек.
— И над любыми другими продуктами, — продолжила она, и его взгляд переместился с его больших пальцев ей в глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хорошо, — прошептал он. — Не буду заставлять тебя плакать в... еду.
Она улыбнулась ему, положила руки ему на подбородок, приподнялась на цыпочки и коснулась его губ своими.
Она не оторвалась от его губ, когда прошептала:
— Тако.
Затем осторожно отстранилась, открыла духовой шкаф, чтобы достать лепешки.
Лейн подошел к холодильнику, доставл пиво, ей он купил ее шикарное пиво, потом сел перед телевизором вместе со своей женщиной, прислонившейся к нему, и ел рай на тарелке мексиканской кухни.
23
Достаточно?
Ее рука поднялась к его подбородку, губы приблизились к его уху, Рокки настойчиво прошептала: «Джаспер».
* * *
Глаза Лейна открылись, и он увидел темноту.
Его сотовый телефон разрывался на тумбочке Рокки, Рокки не двигалась. Она спала как убитая, была глубокая ночь.
Шея Лейна изогнулась, и он потянулся за своим мобильником, кинув взгляд на будильник Рокки. Было час семь ночи.
Бл*дь.
Он посмотрел на дисплей своего телефона, тут же открыл его, Рокки зашевелилась рядом.
— Все в порядке, парень? — спросил Лейн у Джаспера.
— Пап, — ответил Джаспер, и тон этого единственного слова заставил Лейна сжать Рокки, а затем быстро выскользнуть из-под нее.
— Говори, — приказал Лейн, поднимаясь на ноги у края кровати.
— Кира, — испуганно прошептал Джаспер.
Черт!
— Что с Кирой? — спросил Лейн, проходя через темную комнату за одеждой. Между офисом и Роки он зашел домой и собрал с собой сумку. Он нашел сумку и начал рыться в ней, когда услышал, как Рокки зашевелилась на постели.
— Я не знаю, она в моей машине в отключке, пап. Она отключилась. Я езжу кругами, пытаясь заставить ее прийти в себя, поговорить со мной. Я не могу отвезти ее к мистеру и миссис Каллахан в таком виде. Они взбесятся. Но ее комендантский час уже давно прошел, и они все равно взбесятся. Я не знаю, что делать.
— Сделай это для меня, приятель, — потребовал Лейн, зажав телефон ухом и плечом, он натянул джинсы, зажег свет, Рокки встала с кровати.
— Мы ходили на вечеринку. Папа... черт, ладно… дерьмо, — прошипел Джас и замолчал.
— Джас, послушай меня, мальчик, ты должен все мне рассказать прямо сейчас. Не беспокойся о том, что происходит с Кирой сейчас. Сосредоточься. Говори.
Последовала пауза, затем:
— Хорошо, хорошо, мы пили пиво, мы немного выпили.
Лейн вытащил футболку из сумки и натянул ее, изо всех сил прижимая телефон к уху, Рокки тем временем исчезла в гардеробной.
— Хорошо, — подсказал он, когда Джаспер больше ничего не сказал.
— Не так уж много выпили, пап, клянусь. Черт. Я выпил одно или два пива, потому что был за рулем. Кира не больше. Клянусь, пап. Она не должна отключиться от такой дозы, только не так.
— Дальше, — Лейн схватил ботинки, Рокки вышла из гардеробной в джинсах и свитере.
— Буквально секунду назад она была в порядке, не пьяная или что-то в этом роде, а в следующую — она начала заговариваться, вести себя странно, спотыкаться, будто напилась. Всего несколько минут, пап, и она отключилась. Я отнес ее к машине и стал ездить по округе. Я не знал, что мне делать.
— Ее не рвало?
— Нет, ни в коем случае. Она не настолько пьяна.
— Как у нее дыхание нормальное?
— Да, все в полном порядке. Иногда она что-то бормочет. Она просто взяла и отключилась. — Как давно?
— Мы собирались уходить. Ее комендантский час в полночь. Так что, самое большее, полтора часа назад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лейн сидел на кровати в носках, надевая ботинки.
— Она исчезала из твоего поля зрения на вечеринке? — спросил он.
