Фернан Монтегю назывался теперь графом де Морсер. Каким образом приобрел он этот титул и кресло в палате пэров?
Дантес выяснил, что он, овладев доверием Али Тебелина, паши из Янины, затем выдал его врагам. Паша был убит, а Фернан похитил его дочь Гайде и продал ее турецкому купцу. Этого человека Монте-Кристо не мог и не хотел щадить.
И вот в палате пэров гордому графу де Морсер было предъявлено страшное обвинение. Он отрекся от него, заявив, что оно ложно. Тогда выступила Гайде, дочь паши, и представила все доказательства.
Фернан Монтегю, граф де Морсер, был навсегда опозорен. Зная, что виновник его позора — граф Монте-Кристо, он вызвал его на дуэль.
Тогда Монте-Кристо сказал ему:
— Фернан, взгляни на меня, и тогда ты поймешь, почему ты опозорен и почему сейчас умрешь. Я — Эдмон Дантес!
Пораженный, негодяй бежал и через час пустил себе пулю в лоб.
Очередь была за Вильфором. Ему не за что было ненавидеть Дантеса, он и не вспоминал его никогда. Монте-Кристо явился подобно ангелу мщения.
Г-жа де Вильфор, безнравственная по натуре женщина, из-за наследства для своего сына совершила несколько убийств.
А де Вильфор, судья непогрешимей и неподкупный, узнал о них в тот день, когда над ним разразилась катастрофа.
Этот закоренелый злодей, жертвуя всем ради своего честолюбия, когда-то похоронил живого ребенка, что он прижил с г-жой Данглар.
Этот ребенок был спасен корсиканцем Бертуччио. Мальчик этот, дитя несчастья и преступления, имел самые порочные наклонности. Монте-Кристо нашел его на каторге в Тулоне. Его звали Бенедетто.
Монте-Кристо способствовал его побегу, и Бенедетто убил трактирщика Кадрусса. А привлеченный к суду Бенедетто столкнулся лицом к лицу со своим отцом — это был государственный прокурор де Вильфор.
Сын обвинил отца в покушении на убийство, и Вильфор, склоняясь под тяжестью этого обвинения, бежал из зала суда.
Вернувшись домой, он нашел жену и сына, умершими от яда. И в эту страшную минуту к нему явился граф Монте-Кристо.
— Господин де Вильфор,— сказал он,— я — Эдмон Дантес!
Вильфор захохотал… Он сошел с ума.
Граф отомстил.
Один, на развалинах прошлого остался Монте-Кристо. Он был богат и всемогущ… А между тем его томила печаль. Он был одинок.
Тогда-то кроткая Гайде отдала ему руку и сердце. И спустя несколько месяцев шепнула ему:
— Надейся, возродишься для новой жизни — скоро я буду матерью!
Все будущее для графа сосредоточилось в этом ребенке. Но Гайде умерла… Сперо погиб…
Страшная игра судьбы!
* * *
Прошло десять лет с той роковой ночи, когда мгновенно поседевший граф Монте-Кристо унес труп своего сына.
Была темная осенняя ночь. Ревела буря, и ветер свободно гонял облака. На высокой скале острова Монте-Кристо стоял человек. Снова, спустя полвека, вернулся он сюда. Этим человеком был Эдмон Дантес.
Уже десять лет жил он в этом уединенном месте. Дни и ночи сменялись обычной чередой, а Монте-Кристо оставался один, прислушиваясь к однообразному шуму волн.
Изредка какая-нибудь гонимая ветром лодка приставала на несколько часов к острову. Монте-Кристо, спрятавшись за скалой, наблюдал за людьми.
Это были контрабандисты — смелые, беззаботные молодцы, по большей части порвавшие всякие связи с обществом. Издали он видел их веселые лица, слышал их смех.
А он, для которого навеки исчезли радость и веселье, прижимал руку к сердцу, которое рвалось на части.
Как-то раз, года два назад, вблизи острова показался катер, державший курс прямо к берегу. На этот раз его гнал не ветер. На палубе стоял человек и, глядя в подзорную трубу, не сводил взгляда с острова. Катер пристал к берегу.
С него сошли незнакомые Дантесу люди. Они тщательно обшарили весь остров. Читатели, может быть, не забыли о том, что довольно много лет тому назад Али и Бертуччио, по приказанию графа, взорвали пещеры, в которых хранились сокровища Спада.
Дантес видел, как эти люди ворочали камни, как они ломом и киркой долбили почву. Он понял все и пожал плечами. Эти авантюристы хотели напасть на след скрытых сокровищ.
В течение нескольких дней работали они без устали. Монте-Кристо знал, что они не найдут ничего. Незаметно для кладоискателей граф приблизился и подслушал их разговор.
— Говорят, что этот остров обитаем,— сказал один из авантюристов.
— В самом деле, матросы уверяли, что иногда на закате солнца на вершине острова появляется человек высокого роста, закутанный в темный плащ…
— Быть может, это не более чем оптический обман.
— О нет! Они стоят на своем и называют этого пустынника аббатом де Монте-Кристо.
— Но мы обшарили весь остров и не встретили его.
— Пожалуй, он давно умер.
— Вероятно, впрочем, для нас он был бы бесполезен, так как не может быть, чтобы при наличии сокровищ отшельник добровольно томил бы себя голодом на этом острове.
— В таком случае,— вскричал один из искателей сокровищ,— принесем, подобно древним, жертву неведомому Богу. Пусть аббат де Монте-Кристо, если он когда-либо вернется сюда, будет к нам благосклонен.
Собрав всю оставшуюся у них провизию и вино, они положили все это на скалистую ровную площадку, затем острием кинжала написали на камне следующие слова:
«Аббату де Монте-Кристо».
Искатели сокровищ уехали. Когда катер исчез из виду, Монте-Кристо подошел к скале, прочел надпись и покачал головой.
— Жалкие безумцы,— прошептал он.— Нет, аббат не исполнит вашего желания. Для Монте-Кристо более не существует земных сокровищ. На этих голых камнях он имеет одно лишь сокровище и сбережет его.
Затем он выбросил в море оставленные ему припасы. Сраженный отчаянием, этот человек принес страшную клятву.
Бывший богач-миллионер, владевший несметными богатствами, убедился в том, что за деньги можно купить все. И Монте-Кристо поклялся, что до конца жизни не прикоснется ни к чему, что приобретено за деньги. Эти люди искали сокровища и ничего не нашли.
Здесь Монте-Кристо был беднее самого жалкого нищего. В течение десяти лет он не прикасался к деньгам.
Чем он питался? Кореньями, жалкими ягодами, росшими на острове, и утолял жажду дождевой водой. Но у него, как он и заявлял, было сокровище…
Монте-Кристо медленно спустился с вершины скалы. По узкой тропинке добрался он до скалистой площадки. Здесь он наклонился и сдвинул с места тяжелый камень. Показалось отверстие, и он спустился в него.
Это отверстие укрылось от глаз искателей сокровищ. По такой узкой тропинке могла бы пробраться лишь газель. И двадцать человек не сдвинули бы вместе этого камня. И если бы в дело были пущены кирки, то земля обвалилась бы, навеки сохранив под собой тайну сокровищ. Монте-Кристо снова поставил камень на место. Затем, опустившись по лестнице вниз, он очутился в большой пещере.
