— Роз, Адам сделал мне предложение Бабушка окинула ее взглядом с головы до ног, отметив помятое платье, спутанные волосы, будто искусанные пчелами губы.
— Слава Богу, ибо по всему видно, что ты прямо из его постели.
Роз вздохнула. Несмотря на свои годы, она помнила что значит быть молодой и любить.
— Значит, ваше путешествие будет свадебным? — успокаиваясь, спросила Роз.
— Пока нет, — краснея, ответила Антония. — Мы собираемся пожениться на Цейлоне. Адам настаивает на том, чтобы получить согласие мамы, поскольку мне будет восемнадцать только через год. Из-за того что он мой опекун, он считает себя в ответе за мое нравственное благополучие.
Видя, как еще гуще покраснела внучка, Роз чуть не задохнулась от этих неудачно сказанных слов.
— А если ребенок? Антония вздрогнула.
— Ах, это маленькое осложнение не приходило тебе в голову, не так ли? Значит, решаем. Я еду с тобой в качестве компаньонки.
— Компаньонки? — Мечты Тони о двухмесячном романтическом путешествии таяли как весенний снег. — Бабушка, я не могу и думать о том, чтобы подвергнуть тебя такому испытанию.
— Значит, бабушка? Хочешь сказать, что я стара для приключений?
— Конечно, нет, — сдалась Тони.
— Такой мужчина, как Сэвидж, по своей воле не воздержится, а на тебя, как видно, нельзя положиться. Коли вы так распалились, кому-то надо вас караулить. — Роз позвонила в колокольчик. — А вот и вы, мистер Бэрке. Последнее время вы несколько скисли. Как насчет небольшой прогулки?
В Эденвуде Адам Сэвидж обсуждал поездку на Цейлон со своими слугами.
— Я отправляюсь на клипере — он быстрее «Красного дракона» Решение за вами. В ваших надежных руках Эденвуд только выиграет. Я тоже. Если хотите вернуться домой, говорите прямо.
Джон Булль обиделся:
— Дом там, где бьется сердце. Мой дом Англия, Превосходительство.
— Киринда?
Адам Сэвидж взглядом дал понять Джону Буллю, чтобы тот не вмешивался. Пусть Цветок Лотоса говорит за себя. Она опустила ресницы.
— Если остается Джон Булль остаюсь и я.
— Решено, — облегченно вздохнул Сэвидж. Эденвуд был ему дорог, и ему хотелось оставить его на тех, кому он доверял.
Киринда неслышно последовала за Леопардом. Он чувствовал ее позади, понимая, что она хочет поговорить с ним наедине, и остановился в зимнем саду. Запах жасмина вызвал в памяти Прыжок Леопарда.
— Сагиб, у меня вопрос.
— Спрашивай, что хочешь, — просто ответил он. Между Сэвиджем и его туземными слугами не существовало ни расовых, ни классовых барьеров. Они до мелочей знали его сомнительное прошлое.
— Вы женитесь на Цейлоне?
— Да. Я женюсь на леди Лэмб в первые же дни по приезде.
Киринда погрустнела и сделала жест руками, как бы отстраняясь от зла.
— Извините, сагиб, но вдова не принесет вам счастья Лицо Адама просветлело, когда до него дошел смысл сказанного:
— Я не женюсь на Еве и еду на Цейлон сказать ей об этом. Я избрал Антонию. Цветок Лотоса просияла:
— Джон Булль говорил мне, что именно ее он выбрал для вас. Почему этот негодник никогда не ошибается? Ее смуглая прелесть была ни с чем не сравнима.
— В нем заключена мудрость многих поколений древней цивилизации. Когда ты положишь конец его мучениям и выйдешь за него замуж?
Она улыбнулась. Еще один негодник, который никогда не ошибается.
— Скоро, сагиб, теперь очень скоро. Лицо Сэвиджа осветилось редкой улыбкой
— Давай наполнять Эденвуд младенцами.
На подъездной дорожке перед зданием остановилась большая черная карета, и Адам Сэвидж вышел приветствовать трех ее седоков. На прошлой неделе двое из них нанесли скромные визиты на Хаф-Мун-стрит, третья же нанесла совсем нескромный визит.
Гора тяжелых кофров и другого багажа была перенесена из кареты прямо на борт «Летучего дракона» Каюты клипера были роскошно обставлены для его пассажиров Десяток нанятых Адамом корабельных мастеров заканчивал последние штрихи, но стремительно вытянутый корабль уже выглядел красавцем.
Тони и Адам скоро научились переговариваться взглядами, потому что, как они ни старались ускользнуть, их ни на минуту не оставляли наедине. Ближе к вечеру Адам угостил Роз бренди.
— Мы с Антонией прогуляемся вокруг озера, — сказал он, с трудом сохраняя серьезный вид. — Нас можно будет все время видеть из французских окон.
Тони легко оперлась на его руку, и они степенно удалились. Отойдя на достаточное расстояние, где их не слышали, она громко простонала:
— Адам, мне так неудобно.
Он нежно накрыл ладонью ее руку.
— Любовь моя, мне даже приятно, что тебя так оберегают. Знаешь, так и должно быть.
Она поглядела на него, не веря своим ушам.
— У меня побывал мистер Бэрке и потребовал дать обещание, что я не буду шокировать леди Рэндольф своим поведением
— Роз не так легко шокировать. Она сказала, что если мы так распалились, то ей придется нас караулить.
— Со мной она была более прямолинейна, дорогая. Прямо заявила, что не хочет, чтобы ты шла под венец с большим животом.
Большие зеленые глаза Тони внимательно следили за его лицом, выискивая малейший намек на недоверие.
— Знаешь, а в этом есть смысл. К тому же воздержание благотворно для души, — беспечно бросил он.
— Ха! Скажи мне это, когда мы месяц пробудем в море и у тебя будет торчать как шомпол. Еще покажется, что началось трупное окоченение.
— А как насчет тебя? — поддразнил он ее. — Смотришь, и Максуайн подойдет. Она легонько шлепнула его:
— Негодник! С вашего позволения, я оставлю его в покое.
Оба остыли. Остановились, держась за руки. В глазах светилось подавляемое желание.
— Тебе очень хочется, чтобы я тебя поцеловал, — напряженно прошептал он.
Она покачала головой и еле слышно сказала:
— Хочу, чтобы ты был во мне.
— Придумаем что-нибудь, — пообещал он. — Не хуже тебя люблю острые ощущения.
Тони несколько раз глубоко вздохнула, чтобы унять дрожь, и они двинулись дальше.
— Я ничего не говорила Роз о Бернарде Лэмбе.
— Не надо излишне беспокоиться, — твердо сказал он. — «Красный дракон» придет не намного раньше нас. У клипера скорость значительно выше. Это мы знаем, что Антони на Цейлоне, а твой кузен не знает. Он считает, что Тони в Лондоне.
— Может быть, никогда и не узнает. Возможно, сразу же вернется в Англию.
Адам сжал ей руку, но в душе считал, что судьба — старая стерва, так долго не отпускавшая его в прошлом.
Спустя месяц они были на полпути к месту назначения. «Летучий дракон» действительно оправдывал свое имя.
Мистер Бейнс был надежным капитаном и вел надежный корабль, бесшумно скользивший по поверхности океана.
