красная лава течет по их склонам, как кровь по венам у людей.
Кри закатила глаза мечтательно.
- Должно быть, это невероятно красиво.
- Невероятно опасно, - поправил ее Венто. Дрова, которые он тянул за собою, оставляли на каменистой земле длинный острый след и тарахтели. - Это как огонь течет на землю.
Кристина поежилась. Что за странный край! И завораживающий.
В глазах пташки плескалось искреннее восхищение. Не думал он, что это так приятно - открывать свое прошлое. Что оно важно. Что так нужно.
- Но это красиво, ты права, - признал Венто. - Издалека - красиво. Рядом - бедствие. А по ту сторону Анд, - он махнул рукой в сторону вулкана, - есть Кипящая Река.
- Это как? - заинтересовалась Кристина.
- Обычно. Вода там кипит. Местные называют ее "Шанай-Тимпишка" - значит "Нагретая жаром Солнца". Ходят туда только шаманы.
- Откуда ты это знаешь?
- Мне довелось проходить недалеко, - отвечал Венто уклончиво.
Сейя весело работала ножом и топориком. Уже освежеванные вискаши лежали на тыквенных корках, как на тарелках.
- Вот и отлично! - обрадовалась девушка. - Давайте скорее костер разжигать, есть жутко хочется!
Работали слаженно - всем хотелось поесть побыстрее. А еще предстояло сварить бульон. Кристина вспомнила про травы от Мариньи - там оказались рута, сушеные стручки перца, ягоды, название которых она так и не запомнила. Но по вкусу они были похожи на барбарис...
Так что касуэла получилась как смесь Старого и Нового Света.
После ужина Сейя и Кристина долго лежали рядом и рассматривали звезды, укрывшись одним одеялом. Сейя рассказывала леденящую сердце легенду о девушке-звезде. Звезда спустилась к юноше, который пожелал ее, а потом забрала с собой на небо, где он увидел пляски скелетов, сбежал на землю, но вскоре умер, и так и вернулся к своей звезде обратно, туда, где пляшет Смерть...
- Бр-р, - поежилась Кристина. - Это похуже Кипящей Реки будет. Венто говорил, - девушки поглядели на своего предводителя: тот похрапывал, лежа на боку, завернувшись в плед. - Говорил, что там вода кипит. И лягушки, птицы, животные, что туда попадают, варятся заживо...
- Самые подходящие истории на ночь, - захихикала Сейя. И затихла. А потом спросила: - Почему ты сказала, что не знаешь, что такое любовь? Ты же любишь Энрике?
Кристина вздохнула. Она не хотела об этом думать. Но... "бежать от корней" было глупо. От прошлого ли, от себя ли. Мы все бежим от своих корней иногда. И ей ли упрекать Венто.
- Когда он далеко, мне хочется его внимания, я скучаю, но когда он рядом, смотрит на меня, мил со мной... Все словно так быть не должно. Меня раздражает каждое слово, каждое его действие, я говорю гадкие вещи и мечтаю, чтоб он снова был подальше... Разве так любят?.. Я желаю ему добра и счастья, но, наверное, Венто прав и моего желания мало, чтобы это действительно случилось. Боюсь, это не та любовь, про которую ты спрашивала, Сей...
Кристина поерзала и натянула одеяло до шеи. Незнакомые звезды, не те, которым учил ее Энрике на палубе "Отважного" по вахтенным ночам. Эти звезды... у них на небе танцевали скелеты...
- А Венто?
- А что Венто? А... разве Венто можно не любить? Он очаровательный мошенник. Только Маринья права, он бежит от своего прошлого, а это...
- О Кри, ты что же, ищешь идеального мужчину?
- Я... я вообще никого не ищу! - Кри аж задохнулась от возмущения.
Да она лучше сама корабль поведет за горизонт! Чем искать кого-то станет..!
- Давай спать, - буркнула юная капитанша и выползла из нагретого убежища к своему одеялу. Угли костерка тлели, тепло уползало дымом в арауканскую ночь, а снежная вершина Кровавых Вен торжественно белела в вышине.
Энрике Суарес спал плохо. Рана не давала покоя ноющей болью, странная местность пугала, хотя солдат не должен испытывать страха, пойманный воин предпринимал уже которую попытку к бегству, отряд из пяти человек был вынужден делить ночь на три смены - один дежурил у костра, другой - около пленного. Однажды им почудилось, что на пустоши воет пума. Только вой этот был больше похож на смех.
К счастью, обошлось. Ночь прошла без приключений, только снежная верхушка горы все глазела на него, словно осуждая за что-то.
Перед рассветом его разбудил Хузо. Да, Верзила тоже отправился в Консепсьон.
- Капитан, наша вахта, - сообщил бывший помощник боцмана.
Вставать решительно не хотелось. Вылезать из-под того самого походного одеяла, что Кри приготовила к походу из Вальдивии.
Но долг есть долг. И солдат короля однажды - солдат навсегда. Энрике отбросил одеяло, и холод горной ночи докончил его пробуждение.
- Пленный? - уточнил он коротко.
- Спит, - доложил предыдущий вахтенный, зевая.
- Надеюсь, это не уловка, на которую вы попались, Гарсия, - кивнул капитан-адмирал. - Отдыхайте.
Это его "вы" нравилось солдатам. Они себя чувствовали сразу важными птицами.
Хузо добавил в костер пару веток. Огонь затрещал утробно.
- Вы верите в Золотой город, капитан? Эльдорадо?
