сенатора в резиденции его дома, поскольку его передвижения отслеживались в течение последних нескольких недель, чтобы убедиться, что он не предпринял никаких глупостей, чтобы еще больше подорвать императорскую власть, они были разочарованы, обнаружив его отсутствие, и совершенно пустой дом.
Он замолчал, проведя жестким взглядом по лицам обоих мужчин.
- Я полагаю, вашим людям удалось забрать имущество сенатора в качестве некоторого возмещения за его проступки?
Распорядитель медленно кивнул, явно не понимая озабоченности в голосе Скавра.
- По большей части, трибун, хотя беглец, похоже, сбежал со значительной частью своего состояния, которое он, похоже, незаметно конвертировал в ликвидные активы в течение последних нескольких недель.
Тон Клеандра стал жестче, в его голосе появились нотки неприязни.
- И, предположительно, он делал это таким образом, чтобы его нельзя было отследить? Эти люди лишают меня дара речи, они стремятся подорвать трон, а затем сбегают со своими деньгами, когда предпринимается попытка поставить их на колени!
Распорядитель еще мгновение пристально смотрел на трибуна, прежде чем заговорить снова.
- Более детальное обследование дома сенатора этим утром выявило способ, с помощью которого он сбежал. Туннель, который был прорыт из лавки на соседней стороне улице и который вел на целых сто десять шагов в сад сенатора, прежде чем выйти на поверхность. Туннель, который, как мне сказали те, кто знает, что искать, демонстрирует все признаки военной инженерии ... Он позволил тишине затянуться, ожидая какого-нибудь ответа от Скавра. - Тебе нечего сказать, трибун?
Скавр покачал головой.
- Я ничего не могу сказать, распорядитель, чтобы это не прозвучало оскорбительно по отношению к легионам императора, и поэтому я промолчу.
Приподняв бровь, Клеандр продолжил свой рассказ.
- Итак, мы переходим к фактам, связанным с человеком, с которым мы оба хорошо знакомы, нашим общим коллегой Тиберием Варием Эксцингусом. - Он снова подождал в тишине, но Скавр больше не делал попыток что-либо прокомментировать, как раньше. - Эксцингус был найден сегодня утром на улице в районе Авентина при смерти в результате нескольких ножевых ранений различной степени тяжести, очевидно, нанесенных его собственным оружием, поскольку оно пропало с места происшествия. И он держал в руках ... - Один из его помощников наклонился вперед и прошептал ему на ухо. - Я принимаю поправку. К обеим его рукам была прибита отрубленная мужская голова, … голова одного из нескольких мужчин, которые также были найдены мертвыми в том же районе примерно в то же время. Они, по-видимому, были убиты оружием с длинным лезвием того типа, который используют ваши тунгрийцы. Было установлено, что рассматриваемая голова принадлежит одному из ближайших соратников Эксцингуса, человеку по имени Силус, и, по-видимому, она была прибита к его рукам с помощью гвоздей, обычно используемых при военных распятиях, по два из которых были вбиты через каждую руку в голову мертвеца в виде буквы X, что делало невозможным для него вытащить их без посторонней помощи.
Скавр пожал плечами.
- Я не буду притворяться, что этот человек был моим другом, Распорядитель. Пусть его семья оплакивает его, у меня нет слез, чтобы тратить их на этого человека.
Голос Клеандра зазвучал суровее.
- Эксцингус был при смерти, когда его обнаружили, он был смертельно ранен каким-то уличным подонком или кем-то еще, но ему удалось сказать одну вещь, прежде чем умереть.
Трибун медленно улыбнулся.
- Убит собственным ножом? Это звучит как в какой-то греческой трагедии ... - Он пожал плечами. - Он сказал что-нибудь примечательное?
Клеандр долго смотрел на него.
- На первый взгляд, не совсем. Похоже, он что-то бормотал, не в силах пошевелиться от потери крови. По-видимому, его единственным внятным заявлением перед смертью было одно слово. Слово “невозможно”. Поразмыслив немного на эту тему, я обнаружил, что мои мысли вернулись к туннелю, по которому сенатор Сигилис был похищен под носом у людей, которые наблюдали за всеми выходами из его владений, включая две ранее обнаруженные потайные двери в стенах его дома. Туннель к поместью сенатора, который, похоже, был вырыт людьми, имевшими наглость выдать себя за рабочих, ремонтирующих продуктовую лавку. И мне пришло в голову, что наш общий знакомый, при всей его хитрости, мог быть обманут чем-то таким простым, как именно такой туннель? Возможно, размышлял я, в чрезмерном усердии преследуя здешнего центуриона и вопреки моим приказам, он повел эту шайку уличных головорезов в поисках тайного доступа к дому, в котором поселилась жена твоего коллеги, только для того, чтобы обнаружить, что его поджидают несколько вооруженных до зубов мужчин? А как они могли туда попасть? Вот вам и второй туннель! Туннель был бы отличным способом для ваших людей занять свои позиции в ожидании его вторжения так, чтобы их присутствие не было заметно никому, кто наблюдал за домом по его заданию?
- Туннель? Скавр пожал плечами. - Это немного притянуто за уши, Распорядитель. Мы пехотинцы, а не инженеры. И кроме того, туннель откуда?
Распорядитель наклонился вперед с жесткой улыбкой.
- Возможно, из какой-то недавно открывшейся парикмахерской? Я забыл упомянуть, что владелец лавки, туннель из которой способствовал побегу сенатора Сигилиса от правосудия, - это тот же самый человек, который владеет, или, скорее, владел лавкой, в которой ваши люди практиковались в подстрижках на прошлой неделе или около того. Домовладелец, который, судя по всему, продал свою собственность по выгодной цене и исчез, вполне возможно, на том же корабле, который, как я думаю, с уверенностью можно предположить, унес и Сигилиса с утренним приливом. И по какому-то странному совпадению, похоже, что весь квартал, в котором находилась эта ваша парикмахерская, обрушился сегодня утром сам по себе, совершенно случайно, без каких-либо человеческих жертв. Похоже, что жильцы услышали скрежет и треск
