Граждане несли золото в скупку по совершенно разным причинам.
Жители столицы и крупных индустриальных центров - могли купить в «Торгсине» престижные отечественные деликатесы и модный заграничный ширпотреб.
Крестьяне, приехавшие в город и отстояв в очереди ночь – мешок муки с червями, чтоб элементарно не подохнуть с голода…
«Урожай», собранный Торгсином, был фантастически огромен - почти 100 тонн чистого золота, за неполных четыре года работы (1932–1935)!
Если быть точнее: 98,5 тонн чистого золота – это эквивалент порядка сорока пяти процентов промышленной золотодобычи в СССР, за тот же период.
За недолгие годы работы, эта организация превратившаяся в огромную «империю» - раскинувшую свои жадные щупальца в самые отдалённые уголки страны, даже перегнала главных добытчиков валюты: экспорт хлеба, леса и нефти. В погоне за золотом, «Торгсин» фактически возглавил валютную проституцию и, «одной левой» - побил по валютным «сборам» всемогущую «гэбню», силой изымающую ценности у населения. Через него же, эмигранты - в своё время свалившие из идущей в разнос страны, могли помочь «материально» своим родственникам - не догадавшимся вовремя этого сделать…
«Торгсин», за время своего довольно короткого существования собрал ценностей на сумму более 287 миллионов рублей - по цене скупки. Если верить официальному обменному курсу - это почти 150 миллионов долларов США, покупательной способности 1930‐х годов. Заграничные денежные переводы составляют всего двадцать процентов, остальное – внутренние поступления и сбережения населения.
Конечно, эти средства сыграли не главную, но всё равно - весьма значительную роль в успехах индустриализации… И, в конечном итоге - в спасении людей от голода: ведь не разреши власти торговать золотом - жертв было бы на много больше.
По крайней мере, так некоторые историки говорят47.
***
… Дойдя до последней страницы, Серебровский поднял на меня изумлённые глаза:
- Двадцать пять тонн золота до 1929 года?
- По самым скромным прогнозам, Александр Павлович! По самым скромным… По нашим с Краснощёковым подсчётам - строительства «Соцгорода» в Ульяновске обойдётся где-то в пять-десять тонн «презренного металла». Остальное можно пустить на другие проекты промышленного развития СССР.
Я вовсе не предлагаю руководству страны устроить «голодомор» населению - опережая события на пять лет, вовсе нет!
Да и, столько много золота - «выкачать» с населения в нынешних условиях и не требуется: мирового кризиса с Великим «депрессняком» вкупе - пока не наблюдается и вполне можно обойтись в основном товарами традиционного экспорта (плюс кое-какие «ништяки» от меня, но про это чуть позже). «Торгсинское» золотишко – весомый довесок к ним, чтоб тот же «мировой кризис» - пережить с меньшими людскими и материальными потерями, чем «в реале».
Обоснование такое:
- Конечно, мужик наш может прожить в лаптях, в поскони и при лучине – да ещё и гордиться этим будет… Но если у него будет возможность купить красивые – пусть даже и не всегда нужные в хозяйстве вещи, он найдёт где угодно деньги и их купит. Беда наша в том, что мы пока не можем предложить ему ничего подобного!
Основной мой с Краснощёковым постулат таков: золото в кубышках у населения лежит без «движняка» потому - что на него нечего купить, кроме разве что самого необходимого – без которого быстро ласты склеишь в нашем суровом северном климате. Вместо голода как «в реале», стимулом нести в скупку «жёлтые кругляшки» с паскудным царским мордам на аверсе - будет людское тщеславие, действующее порой не хуже.
Охота, как говорится – пуще неволи!
- Главное – пиар! – подсовываю страничку с нужным текстом и соответствующие ему «картинки», - люди должны смотреть, завидовать и в очередь выстраиваться за этими безделушками.
Конечно, мой собеседник возмущается:
- Это использование самых низменных человеческих страстей – так вашему Краснощёкову и передайте!
Изображаем из себя, самую – что ни на есть оскорблённую невинность:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- ПАААзвольте, товарищ Серебровский! А что Владимир Ильич - по похожему же поводу говорил и, всем нам завешал - после своей скоропостижной кончины?
Бла, бла, бла… Язык у меня подвешен как надо, я им работать умею и специально подготовился к этой беседе. Я ему накидал столько ленинских цитат, что он потонул в них - как град Китеж в волнах озера Светлояр. Обличительно, как Энгельс – Каутского, глаголю - тыкая в собеседника указательным пальцем:
- Историки и будущие поколения нас будут судить - не за методы построения социализма, отнюдь. А за то, что мы - уподобляясь дворянским барам-белоручкам, некоторыми из них побрезговали и тем самым бездарно-позорно провалили его построение!
Действительно, Советскому Союзу можно всё простить всё что угодно – кроме его бесславной кончины-распада, обесценивавшего пролитые народом пот и кровь… Моё личное мнение – никому его не навязываю.
Подумав после моей бурной да убедительной речи, тот буркнул:
- Возможно, вы с Краснощёковым правы… Что там у вас ещё?
Протягиваю ему следующую папочку:
- Здесь у нас ещё один проект, Александр Павлович.
***
Конечно, западный ширпотреб - не по карманы абсолютному большинству российских хроноаборигенов. Но я и здесь нашёл выход, предложив следующий за «Торгсином» проект.
Опять же, сперва мой собеседник на дыбы:
- «Секонд-хенд»?! Вы с Краснощёковым, предлагаете советским людям носить буржуйские обноски?!
Из-за очков, глаза Серебровского - казались вытаращенными больше, чем они вытаращились на самом деле.
Твёрдо и без всяких экивоков:
- Да! Не только предлагаю - но и требую от советских граждан: ради счастья грядущих поколений, живущих при коммунизме – покупать буржуйские обноски и носить их!
Сразу успокоившись:
- Так это была ваша идея, товарищ Свешников?
УПС!!!
« - Штирлиц! Вас вычислили по парашюту, подшитым кожей валенкам и шапке-ушанке завязанной на подбородке бантиком!
- Ну, а что было делать – если «клиент» испытывает личную неприязнь к моему «второму я»»?
Постаравшись покраснеть и смущённо потупившись, я промямлил-пролепетал:
- Это были всего лишь мысли вслух, а Александр Михайлович… В конце-то концов, носили же «обноски» с продырявленных белогвардейцев и интервентов и, ни одна пролетарская задница от этого не облезла! И стрелять приходилось в них - из ихних же винтовок, пускай и довольно поддержанных.
- То была война.
Прищурившись на него, как в тире через прицел на мишень фашиста в рогатой каске:
- А сейчас у нас с капиталистическими странами, что? Мир, дружба, совет да любовь?! Нет, товарищ Серебровский: «и вечный бой – покой нам только снится!». Сейчас тоже идёт война с мировым империализмом – но только пока не в её горячей фазе, а в холодной. «Холодная война», одним словом!
Тот, задумчиво подперев кулаком подбородок:
- «Холодная война»? Пожалуй, стоит запомнить это определение…
На войне, как на войне! Отбив натиск, перехожу в яростную контратаку:
- И ещё не мешало бы всегда помнить: «буржуйские обноски» будут в большинстве своё наши внутренние буржуи – нэпманы! Сознательный советский пролетарий же, предпочтёт отечественного производителя (в кулачок три раза – «ха, ха, ха!»). А именно это является нашей целью – вытянуть с этой категории советских граждан золото и валюту для построения социалистической промышленности, для построения нового – социалистического мира.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сделав передышку, наношу главный удар:
- И когда мы его наконец построим, то уже они – европейские и американские миллионеры-буржуи, будут разрешения спрашивать на наших свалках-помойках порыться, ища обноски после наших рабочих – чтоб прикрыть свои жирные задницы!
