— Во всяком случае, хоть тихо, — сказал он.
Он бросил кислый взгляд в сторону Джейн и Беатрис.
— Иногда дети устраивают такой шум и гам, что я не слышу даже собственных мыслей.
— Бабушка, — спросила Джейн, — а где малыши?
— Думаю, на кухне, дорогая. Им для чего-то понадобилась вода.
— Спасибо.
Две девочки пересекли комнату, в которой ощущались первые признаки неосознанного смятения. Овцы чувствовали присутствие волка, но довольствовались ощущением покалывания под шкурами.
Они не знали…
Младшие были в кухне, увлеченно обрабатывая водой и кистями секцию космических картинок. Одна газетная страница была покрыта специальным составом, а влага выявляла на свет различные краски — пастельные, но удивительно чистые, подобные тем, что можно найти на японских цветах, растущих в воде, или на китайских бумажных коробочках с крошечными призами внутри.
Беатрис показала им свой пакет от мясника.
— Два фунта, — сказала она. — У Джейн были деньги, а Мертон сегодня как раз открыт. Вот я и подумала, что нам лучше…
Эмилия с увлечением продолжала свое занятие. Чарльз вскочил.
— Пойдем сейчас, да? Джейн встревожилась.
— Не знаю, стоит ли мне идти. Я…
— Я тоже не хочу, — сказал Бобби.
Это было уже предательством. Чарльз сказал, что Бобби боится.
— Вовсе нет. Просто мне не интересно. Я хочу играть во что-нибудь другое.
— Эмилия, — мягко проговорила Беатрис, — на этот раз тебе не придется идти.
— Нет, я пойду.
Эмилия подняла взгляд от рисунков.
— Я не боюсь.
— Я хочу посмотреть на огни, — сказал Чарльз. Беатрис повернулась к нему.
— Ты говоришь неправду, Чарльз. Никаких огней нет.
— Есть. По крайней мере, иногда.
— Нет.
— Есть. Просто ты глупая и не можешь их увидеть. Пойдем его кормить.
Само собой разумелось, что сейчас командовала Беатрис. Она была старше, и она, почувствовала Джейн, боялась больше всех, даже больше Эмилии.
Они пошли наверх. Беатрис несла пакет с мясом. Она уже разрезала бечевку. Очутившись в верхнем коридоре, они сгрудились у двери.
— Вот он, путь, Джейн, — с оттенком гордости сообщил Чарльз. — Мы должны подняться на чердак. В потолке ванной есть спускающаяся лестница. Нужно взобраться на ванну и дотянуться до нее.
— Но мое платье, — с сомнением в голосе сказала Джейн.
— Ты не испачкаешься. Идем.
Чарльз хотел быть первым, однако он был слишком мал. Беатрис вскарабкалась на край ванны и потянула за кольцо в потолке. Круглая дверь люка заскрипела, и медленно, с некоей величавостью, сверху спустилась лестница и встала возле ванны. Наверху было темно. Слабый свет едва пробивался сквозь чердачные окна.
— Идем, Джейн, — странным шелестящим шепотом сказала Беатрис.
Они, как отважные акробаты, принялись карабкаться вверх.
На чердаке было тепло, тихо и пыльно. В лучах света танцевали пылинки.
Беатрис прошла по одной из балок. Джейн следовала за ней.
Беатрис не оглядывалась и ничего не говорила. Один раз она провела рукой, как будто что-то искала. Чарльз, шедший за ней следом, взял ее за руку. Потом Беатрис достигла планки, положенной через другое стропило. Она прошла по ней дальше, остановилась и вместе с Чарльзом вернулась назад.
— Ты все делала не так, — разочарованно сказал Чарльз. — Ты думала неправильно.
Лицо Беатрис казалось странно-белым в слабо-золотистом свете.
Джейн встретилась взглядом с кузиной.
— Би…
— Он прав, нужно думать о чем-нибудь другом, — быстро проговорила Беатрис. — Идем.
Она прошла по планке. Чарльз шел за ней по пятам. Она бормотала что-то ритмически-механическое, монотонное:
— Раз-два, вот халва. Три-четыре, заплатили. Пять-шесть, можно есть… Беатрис исчезла.
— Семь-восемь, пить попросим… Чарльз исчез.
Бобби, всем своим видом выражая неудовольствие, последовал за ними.
Эмилия слабо пискнула.
— О, Эмилия! — сказала Джейн. Ее младшая кузина только сказала:
— Я не хочу туда идти, Джейн.
— И не нужно.
— Нет, нужно, — вскрикнула Эмилия. — Я не буду бояться, если ты пойдешь следом за мной. Мне всегда кажется, будто кто-то крадется за мной и сейчас схватит. Но, если ты обещаешь идти следом, я не буду бояться.
— Обещаю, — сказала Джейн. Повеселевшая Эмилия пошла по мостику.
На этот раз Джейн наблюдала особенно внимательно. И все же она не видела, как Эмилия исчезла.
Джейн шагнула вперед, но голос, доносившийся снизу, заставил ее остановиться:
— Джейн!
Голос принадлежал тете Бетти.
— Джейн!
На этот раз окрик был более громким и повелительным:
— Джейн, ты где? Иди сюда.
Джейн стояла, не шевелясь, и смотрела на планку-мостик. Он был пуст. Не было видно и следа Эмилии и других детей.
Чердак внезапно превратился в место, полное странной угрозы. Но все равно нужно было идти, потому что она обещала, если…
— Джейн!
Джейн покорно спустилась и пошла на зов тети Бетти. Женщина с суровым ртом недовольно поджала губы.
— Где, скажи на милость, ты была Джейн? Почему тебя не дозовешься?
— Мы играли, — ответила Джейн. — Я нужна, тетя Бетти?
— Я бы не стала утверждать обратного, — сказала тетя Бетти. — Я вяжу воротник. Это же для твоего платья. Иди сюда, мне нужно примерить. Как ты выросла, девочка!
После этого началась бесконечная возня с булавками, повороты туда-сюда, а Джейн думала, не переставая, об Эмилии — одной, боящейся чего-то страшного на чердаке.
Джейн испытывала почти ненависть к тете Бетти, но мысль о побеге даже не мелькнула у нее в голове. Взрослые обладают правом абсолютной власти.
С точки зрения поддерживания родственных связей в этот момент не было ничего важнее возни с воротничком. По крайней мере, с точки зрения взрослых, правящих этим миром.
А Эмилия, одна, испуганная, шла по мостику, который вел куда-то…
Дяди играли в покер. Тетя Гертруда, водевильная актриса, неожиданно приехавшая на несколько дней, болтала с бабушкой Китон и тетей Бетти в гостиной. Тетя Гертруда была маленькая, в высшей степени очаровательная женщина.
Она была полна хрупкости, а ее вкус к жизни наполнял Джейн восхищением. Но сейчас и она казалась подавленной.
— В этом доме у меня все время бегают мурашки по коже. Она сделала вид, будто хочет хлопнуть Джейн по носу сложенным веером.
— Привет, милое личико. Ты почему не с другими детьми?
— О, я устала, — ответила Джейн. Она не переставала думать об Эмилии. Прошел почти час с тех пор, как…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
