Глава 45
Мез
— Ну привет, мелкая. — Я осторожно опустился на корточки, аккуратно подбираясь к Мастеру Кайдена. Ребенок был очень рад возвращению своего Оружия, но радость девочки слишком явно перебивали страх и осторожность. Так много незнакомых людей нервировали и пугали ее. — Я друг твоего... хм… — тут мне пришлось вопросительно уставиться на отпрыска клана Умбрайя и ментально поинтересоваться: «Кто ты для нее? Друг, брат, дядя?»
Вообще, я думаю, если бы не сэвен, малышка и носа бы не высунула во двор, даже несмотря на радость от возвращения своего Оружия. Но этот пернатый ящер на всех встречных женщин действовал примерно одинаково — вызывая восторженный писк и желание потискать за перышки. Лали себя точно так же вела и до сих пор при первой же возможности с удовольствием обнимает зверя. Теперь вот эта маленькая… Мастер.
— Папы? — опередила девочка. Я чуть воздухом не подавился и укоризненно глянул на Кайдена. Серьезно? И как он потом со своей «дочурой» взаимодействовать собирался?
— Я же тебе говорил, что я не папа, а просто Кай, — страдальчески прижал кошачьи уши к голове белый меч, быстро подхватывая пискнувшую девчушку на руки и звонко целуя в щеку. Та сразу запищала еще громче, засмеялась, прямо-таки лучась довольством. И пустила очищенную скверну прямо через кожу, поверх каналов… абсолютно так же, как любой ребенок-Мастер в нашей родной призме. Я даже слегка ностальгично улыбнулся, глядя на это привычное зрелище. Да, вот так и должно быть.
— Папа, — упрямо повторила девочка, заставив парня тяжело вздохнуть.
— Ей мама говорила, что отец девочки — сильный и добрый артефакт, который когда-нибудь придет и заберет ее, — объяснил Кайден. — Чуть-чуть подрастет, тогда и будем… корректировать терминологию.
— Эт чего она? — вдруг каким-то напряженным голосом спросила Лали. Они с Крыксом до сих пор так и не слезли с антиграва и сидели там по обе стороны от закрепленной у люка клетки, точно два хомячиных сородича.
Золотистая хомячиха настороженно вытягивала шею и осматривалась, и эта парочка, как нарочно, полностью копировала ее позу. Даже носами все трое шевелили одинаково!
Я еще раз оглянулся на маленького Мастера. На оператора, если говорить здешними словами. Всмотрелся в структуру ее ауры, в энергетику… и внутренне выдохнул.
Ни-че-го общего. С Лали. Все-таки мой маленький хомячок — обычный человек. С моей неспособностью быть полноценным Оружием это даже радует.
— О, еще пушистики, — воскликнул ребенок при виде... хм... трех принюхивающихся грызунов. Даже я отметил комичность ситуации. — А ты странный, — выдала девочка, обращаясь уже ко мне.
— Почему? — спросил, между прочим, не я. Спросила Лали.
— Все пушистые, а он гладкий, — с умным видом изрекло маленькое недоразумение.
— Ыхы-хы-хы! — неизвестно чему обрадовался Крыкс, кстати оказавшийся совсем не цвирком или крысой, как мне изначально казалось. Пока мы были в Перепечках, его сестра показала мне насекомое, чье имя носил этот проныра. Да, действительно что-то среднее между муравьем и тараканом, ужасно шустрое, практически неистребимое, жрет все подряд. Даже железо прогрызает, термит несчастный. И пока бежит по своим делам — безобидный такой, щелчком раздавить. Но только прицелишься — этот монстр одновременно высовывает спереди жвалы, сзади жало, да еще и ядовито-вонючее облако выстреливает в лицо.
А еще эти вредители живут гнездами и отчаянно защищают сородичей и территорию от любого нападения. Выкурить семейство крыксов, поселившееся у вас под раковиной или в вентиляции, практически невозможно, только если вместе с домом взорвать. Воинственные патриоты на мою голову.
У Лали в норе, по ее словам, эти гады живут не только возле люка, но и в каждом воздуховоде. Ибо при нападении воняют они «***». Эту самую таинственную «***» очень не любят споры чернухи и поэтому не лезут туда, где ею попахивает.
— Это ты верно сказала. — Лали наконец спрыгнула с антиграва и сняла с него клетку хомячихи. Девушка как-то подозрительно быстро расслабилась. И даже подошла ко мне, чтобы приласкаться, подлезть под руку, поцеловать куда-то в шею. — Очень гладкий везде. Мне нравится.
— Он твой папочка? — спросил бы это взрослый, звучало бы пошло. Но ребенку простительно и даже слегка умилительно.
— Э… нет. Он мой… — тут Лали всерьез зависла. Потом тряхнула головой и решительно закончила: — Он просто мой.
И стиснула меня обеими руками поперек туловища, словно я собирался прямо сейчас ускакать от нее в тундру, как свободолюбивый северный олень.
Я вроде и не против… но в одной руке у нее все еще было кольцо, на котором висела клетка хомячихи. И той наши обнимашки не понравились. Цапнуть при этом зверюга попыталась меня, а не виновницу неудобств. Или не цапнуть, а откусить кусочек. Зверушка уж больно усердно старалась достать меня тоненькой когтистой лапкой, даже пыхтела от напряжения. Это смотрелось бы очень мило, если бы я не знал о ее токсичных иглах и острых зубах.
— Пойдемте в дом, — прервал странную сцену Кайден. — Я покажу, что уже успел собрать по поводу поисков Ланса, думаю, и в отношении наших малышей пригодится. И ужинать пора опять же. Да, мелкая? Тетя Лали обещала тебе яйца шушпанчиков, сколько захочешь! — И хитро стрельнул глазами в мою девушку.
Вот жучара! А еще белый меч Умбрайя. Теперь я верю в искренность возмущения тараканьего тезки.
— А я тебе говорил, что хмырь он, — не постеснялся напомнить Крыкс, что-то там уловив в едва заметном движении моих поджатых губ. — Я уверен, у него дома похлеще, чем у некоторых породистых артефактов, а он все прибедняется и таскает наши ресурсы.
— Не жадничайте. — В голосе все еще обнимавшей меня Лали проскользнули удивительно благодушные нотки. Хм… хомяк решила пожертвовать запасами? Где какая тварь, в смысле мра, сдохла?
— Добро пожаловать в наше скромное жилище. Места не так уж много, но не думаю, что кого-то это сильно волнует. — Кайден прошел через дворик мимо маленького пруда с живыми организмами и открыл дверь одноэтажного строения, похожего на слегка приплюснутый сверху мяч.
— Ох ты ж, — выдала Лали, — а где тут скромное-то?
— А я говори-и-ил…
— Да тьфу на тебя, Крыкс! Слышали, усвоили. Не повторяйся!
Ну, я действительно ожидал чего-то такого. Все-таки Кайден не простое Оружие, а отпрыск клан Умбрайя. А эти белые мечи за сотни лет генетического отбора научились генерировать не только силу, но и пафос. Впрочем, в данном случае этот пафос оказался на удивление уютным.
Глава 46
Лали
— Ты бы еще собственный бюст поставил в качестве украшения, — хмыкнул Мез, рассматривая огромный вычурный меч, висящий на одной из стен, покрытых чем-то подозрительно похожим на мрамор.
— Да это так, хобби. Я, кстати, назвал его Галахад. У меня тут не только друзья бывают, к сожалению. Так что это типа, — Кайден слегка смущенно кашлянул, — портрет предка. По легенде.
Я осматривалась во все глаза, чувствуя локтем братана, точно так же водившего жалом по доступному пространству. Нет, все же не артефакты они… даже несмотря на то, что временами меня буквально вдоль спинного мозга продирает странными ощущениями. К тому же такую высокомерную рожу корчить, как умеет Мез, это действительно надо ее не на пустом месте с детства отращивать… короче, вот смотрю и вижу: ну нет. Нет, и все.
Во-первых, как бы ни шипел Крыкс, жилище Кайдена ни разу не тянет на артефакторские хоромы. Все дорого, с этим согласна. И даже для верхнего города дорого, но… слишком уж просто, лаконично, я бы даже сказала, скромно.
А ведь та же Кобра при всей своей продвинутости в сторону добра, правильной охоты и свободы воли — артефакт по всем признакам. В том числе интерьерным. Вот вошли мы в ее корабль на свалке — и это сразу было понятно по многим деталям окружающего. А тут — если заморочиться, можно даже выдумать теорию, что пришельцы нарочно искоренили любой намек на менталитет зверомордых и их вкус к роскоши.
