намерены нанять вас на должность техников-связистов десятого разряда, несмотря на отсутствие у вас опыта работы?
Дядя Стив так и плюхнулся на стул, чуть не сломав его.
— Брюс, ты, кажется, назвал десятый разряд?
— Тут так написано.
— С оплатой по ставкам ФППИ?
— Да. Я не знаю, сколько это будет, но, как мне известно, они нанимают обученный персонал только начиная с третьего разряда.
Дядя Стив присвистнул.
— Мне даже неохота говорить тебе, что это за деньжищи, Брюс. Но главнокомандующий всеми электронщиками Плутона имеет десятый разряд… и ему потребовалось двадцать лет службы и докторская степень, чтобы занять этот пост. — Дядя Стив поглядел на нас. — А ну, выкладывайте, приятели, где тут зарыта собака? Что это — взятка? — Пат ничего не ответил. Дядя Стив повернулся к па и буркнул: — Все, что набрано петитом, можешь не читать; пусть ребята немедленно подписывают контракт. Каждый из них станет получать больше, чем мы с тобой вместе взятые. С Санта-Клаусом, знаешь ли, спорить не приходится.
Но па уже вчитывался в петит от параграфа «один А» до разделов, касающихся штрафов за нарушение контракта. Все было изложено хитроумным юридическим языком и сводилось к тому, что мы включаемся в состав команды космического ракетного корабля ФППИ на один полет, хотя одному из нас придется выполнять обязанности на Земле. Там было еще много чего предусмотрено, чтобы оставшийся на Земле не смог как-нибудь уклониться от своих обязательств, но, в общем, все сводилось к вышесказанному.
В контракте не указывалось, ни куда полетит корабль, ни сколько времени займет само путешествие.
Наконец па отложил контракт, и его тут же схватила Чарити. Па отобрал его назад и передал мамочке. Потом он сказал:
— Мальчики, этот контракт выглядит так роскошно, что где-то в нем обязательно должна быть заковыка. Завтра утром я постараюсь изловить судью Холланда и попрошу его вместе со мной пройтись по всему документу. Но если я понял верно, то вам предлагают все эти блага плюс чудовищно высокое жалование с условием, что один из вас полетит на «Льюисе и Кларке»[328].
Дядя Стив насторожил уши.
— «Льюис и Кларк», Брюс?
— «Льюис и Кларк» или какой-нибудь другой корабль того же класса, если понадобится. А что? Ты знаешь этот корабль, Стив?
У дяди Стива лицо стало невозмутимым, как у классного игрока в покер, и он ответил:
— Я на нем не бывал. Насколько я знаю, совсем новый корабль. И очень хорошо оборудованный.
— Рад это слышать. — Па поглядел на ма. — Что скажешь, Молли?
Мама ничего не ответила. Она читала контракт и с каждой новой строчкой все больше бледнела. Дядя Стив поймал мой взгляд и почти незаметно отрицательно покачал головой.
Я сказал Пату.
«Дядя Стив обнаружил заковыку». «Он не станет вмешиваться».
Наконец ма подняла голову и тоненько сказала па:
— Я подозреваю, что ты уже готов согласиться? Голос был какой-то больной. Контракт выпал у нее из рук, и Чарити снова схватила его как раз в ту минуту, когда Хоуп вцепилась в него с другой стороны. Кончилось это тем, что наш шурин Фрэнк Дюбуа отобрал у них документ и уткнулся в него, держа листы так, чтобы другие, глядя из-за плеча Фрэнка, могли читать текст.
— Успокойся, успокойся, милая, — мягко ответил па, — помни, что мальчики уже взрослые. Я был бы рад, если б вся наша семья могла всегда жить вместе. Но это невозможно. И тебе это известно не хуже, чем мне.
— Брюс, но ты обещал мне, что они не отправятся в космос.
Брат ма бросил на нее косой взгляд; его грудь была украшена ленточками орденов, полученных за космос. Но па продолжал все так же мягко:
— Не совсем так, дорогая. Я обещал, что не разрешу им до совершеннолетия записаться в ряды Вооруженных сил Мира; я хотел, чтоб они получили образование, и я не мог допустить, чтоб ты за них волновалась. Но сейчас совсем другое дело… и если мы откажемся от него, то все равно скоро наступит день, когда они смогут вступить в армию, хотим мы того или не хотим.
Мама обернулась к дяде Стиву и с горечью сказала:
— Стивен, это ты вбил в их головы эту злосчастную мысль!
Казалось, он рассердился, но ответил так же мягко, как па:
— Успокойся, сестренка. Меня ведь тут не было. И ты мне это дело не шей. Кроме того, этим мальчишкам ничего не надо вбивать в голову, они сами генерируют идеи.
Фрэнк Дюбуа прочистил горло и громко вякнул:
— Поскольку это, по-видимому, семейное дело, то вам, без сомнения, интересно знать, что я думаю об этом.
Я сказал только для Пата:
«Никто не интересуется твоим мнением, мякинная голова!»
Пат ответил:
«Пусть болтает. Может, он и есть наше главное секретное оружие».
— Если вам угодно выслушать тщательно взвешенное мнение опытного бизнесмена, то этот так называемый контракт есть или чей-то дурацкий розыгрыш или предложение столь невероятное, что оно не заслуживает ни малейшего внимания. Я допускаю, что близнецы обладают каким-то извращенным талантом выродков, хотя я лично не видел ничего подтверждающего это. Однако сама идея платить им больше, чем получает зрелый мужчина, — это, знаете ли… совершенно недопустимый метод воспитания детей, Если бы они были моими сыновьями, я бы, естественно, ничего подобного не разрешил. Конечно, они не мои…
— Нет, не твои, — согласился па. Фрэнк бросил на него острый взгляд.
— Это что, сарказм, папа Барлетт? Я ведь только пытаюсь помочь. Но, как я сказал вам еще вчера, если эти близнецы поступят в какую-нибудь хорошую школу бизнеса и будут трудиться как порядочные, я найду им место в хлебопекарном деле. И если они будут работать хорошо, то не вижу причин, почему бы им не достичь таких успехов, каких достиг я сам. — Фрэнк был младшим партнером своего отца в автоматической пекарне; и вечно приставал к людям с рассказами о том, какую деньгу он зашибает. — А что касается этой идеи насчет космических полетов, то я всегда говорил, что если человек хочет, чтоб из него что-то получилось, то надо сидеть дома и вкалывать. Прошу извинить меня, Стив.
Дядя Стив сказал деревянным голосом:
— С радостью извинил бы… твое отсутствие.
— Э?
— Замнем для ясности. Ты оставь космос в покое, а я обещаю, что никогда не стану печь хлебы. Между прочим, у тебя мука на лацканах.
Фрэнк быстро глянул на свою грудь. Фейт смахнула что-то с его пиджака и сказала:
— Да это ж просто пудра.
— Конечно, пудра, — согласился Фрэнк, помогая ей отряхивать одежду. — Должен
