Друзья искренне любили Баруха и высоко ценили его знания и ум. Но и помимо этих качеств, у Баруха было много черт, располагавших к нему окружающих.
Так, один из самых близких друзей, ставший впоследствии биографом великого мыслителя, отмечал:
«Своими беседами философ производил такое впечатление, пользуясь столь ясными доводами и сравнениями, что его слова влияли на слушателей бессознательно для них самих. Он изменял убеждения своих слушателей, хотя и не пользовался эффектными и красивыми оборотами речи. Его доказательства были столь ясны, что успокаивающе действовали на каждого человека. И это свойство привлекло к нему многих сознательных людей, которых он всегда принимал приветливо».
7
По всей вероятности, именно желание не терять из виду друзей побудило философа после изгнания его из Амстердама поселиться в соседнем городке, точнее деревушке, — Оуверкерк. Там он провел несколько месяцев, после чего возвратился в Амстердам, так как этими месяцами срок его изгнания, установленный магистратом, заканчивался.
Следующие три года он проводит в дальнейшем усиленном самообразовании.
Однако начальники еврейской общины предприняли все усилия, чтобы не допустить дальнейшего пребывания проклятого ими отступника от веры отцов. И в конце 1659 года Спиноза вторично был изгнан из своего родного города.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ТРУДЫ И ДНИ
Глава I
РЕЙНСБУРГ
1
В 1660 году Спиноза переезжает в селение Рейнсбург, неподалеку от города Лейдена, где поселяется на маленькой улице, вскоре названной местными крестьянами его именем и до сих пор сохранившей это название.
Местность, на которой располагалось это селение, вся была изрыта каналами с переброшенными через них сотнями маленьких мостиков. Почва там отличалась замечательным плодородием, так как ил, добываемый из каналов при их чистке, служил прекрасным удобрением. Крестьяне большей частью занимались разведением лука.
Одноэтажный дом, в котором поселился Спиноза, чистый и опрятный, как и большинство здешних строений, был сложен из кирпича и не оштукатурен. К дому примыкал ухоженный фруктовый сад, а вдали за ним виднелись Катвикские дюны.
Внутреннее убранство дома было типичным для голландского жилья: всюду образцовые чистота и порядок, живописный мозаичный пол, выложенный из черных, красных и желтых кирпичиков.
Здесь Спиноза прожил три года, днем работая на шлифовальном станке, а ночи посвящая философским трудам.
Когда Спиноза жил в Рейнсбурге, в Амстердаме молодежью был основан кружок по изучению его идей, занимавшийся также их пропагандой. В этом кружке у Спинозы появились новые друзья, в том числе Иоганн Боуместер из Амстердама, к которому Спиноза относился с большой любовью. «Люби меня, любящего тебя всей душой», — так заканчивается единственное дошедшее до нас письмо Спинозы Боуместеру.
2
С переселением в Рейнсбург в жизни Спинозы наступает новый период — период литературной деятельности.
Здесь он заканчивает свое раннее произведение «Краткий трактат о Боге, человеке и его блаженстве» (в русских переводах вместо слова «блаженство» иногда употребляют слово «счастье»), начатое в 1658—1659 годах.
Это произведение стало известным потомкам лишь в середине XIX века. «Краткий трактат о Боге, человеке и его блаженстве» был написан на латыни, но сохранился только его голландский перевод, который и был опубликован впервые в 1862 году.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В Рейнсбурге же Спиноза работал над оставшимся незаконченным «Трактатом об усовершенствовании разума» (в русских переводах вместо слова «разум» иногда употребляют слово «интеллект»).
Там же, в Рейнсбурге, в 1662 году Спиноза приступает к работе над сочинением, которое станет главным трудом его жизни, — «Этикой». Эта работа продолжалась более двенадцати лет.
И, наконец, в том же Рейнсбурге был написан труд, ставший единственным прижизненным произведением Спинозы, опубликованным под его именем, — «Основы философии Декарта».
3
Как уже говорилось, имена Декарта, Спинозы и самого молодого из трех — Лейбница — представляют наивысшие достижения философской мысли XVII столетия.
Приступив к разработке собственной философской системы, Спиноза не мог не оттолкнуться от достигнутого своим предшественником — Рене Декартом, благодаря которому признанная несостоятельной схоластика была в конце концов изгнана из учебных заведений, причем изгнана мыслителем, стоявшим собственно вне ученого цеха и никогда не всходившего на кафедру.
По рождению Декарт не был голландцем, но прожил в Голландии более двадцати лет, и вся его научная деятельность принадлежала исключительно этой стране.
Он встретил там такой радушный прием, так хорошо подготовленную почву, что через несколько лет после того, как он вступил на литературное поприще, его учение уже имело представителей в рядах утрехтских профессоров. Вскоре оно получило доступ и в другие университеты Голландии, в то время по образованию и благосостоянию превосходившей все государства Европы.
Еще при жизни Декарта не только здесь, но и в соседних высших учебных заведениях — немецких и бельгийских — философия была преобразована в духе его учения.
Декарт сделался одним из передовых двигателей главной науки своего времени; он учился во французской иезуитской коллегии и личным опытом дознался, насколько несовместима преподававшаяся там схоластика с выводами опытного исследования, которое постепенно приобретало все большее и большее значение.
На основе этого он старался найти для философии такую исходную точку, которая бы выясняла мировое историческое значение нового направления умов, возникшего вместе с Реформацией.
Реформация освободила человеческое «Я» из-под власти всяких авторитетов, предоставив каждому право судить и решать за себя в вопросах веры. То же самое сделал Декарт для познания, освободив его от подчинения Аристотелеву методу и его силлогизмам, сковывавшим правильное суждение, и поставив его в зависимость единственно от свободной деятельности сознания.
Но как свободная вера, завоевавшая права гражданства с введением протестантизма, сохранила связь со Священным Писанием и вытекавшую из него догматику, хотя и ограничив эту последнюю, так и Декарт заимствовал у схоластики ее основные понятия и соответствующие им термины, которыми он, однако, пользовался применительно к своим философским целям.
Таким образом, все понятия, свойственные схоластике, с их характерными обозначениями — субстанция, модус и тому подобные — и множество других формул, изобретенных фантазией монахов, являются ходячей монетой в философии Декарта, хотя у него значения этих понятий обусловливаются результатами метода нового исследования.
Философия неизбежно должна была вступить в союз с опытным исследованием. Этого требовал уже сам дух времени — умственная самостоятельность, пробудившаяся вместе с новыми веяниями. Но лишь Декарт, дав философии исходную точку, основанную на самосознании, обезопасил этот союз от обычных притязаний догматики.
Сам он, в качестве естествоиспытателя и математика, развивал свое учение о взаимодействии и работе мировых сил, изгоняя из своего миросозерцания как ребяческие представления о непосредственных чудесах, так и производную от них форму — вмешательство духовных сил в механически-физический ход вещей. Стараясь объяснить законы природы свойствами материи и законами движения, он не видел в природе ничего, кроме причинности.
