Читаем без скачивания Корпорация. Чумная планета - Евгений Щепетнов

– Взлет! – скомандовал Слай и сделал потолок «прозрачным», чтобы видеть, как все будет происходить. Когда-нибудь все это надоест, навязнет в зубах, сотрется новизна, но первый взлет на настоящем межгалактическом корабле бывает только раз в жизни! Как первый выпавший зуб, как первый секс, как… в общем – запоминающееся событие.

И, кстати сказать, гораздо более запоминающееся, чем тот же первый секс, случившийся у Слая еще в подростковом возрасте, когда он перебрал напитков и был практически изнасилован девицей на три года старше. Он ничего не запомнил из первого опыта сексуальной жизни, кроме запаха алкоголя, пота и хриплого дыхания девки, почему-то беспрерывно хохотавшей, как ненормальная. Видимо, была под воздействием особо злого галюцина. Впрочем, как и ее «жертва».

Крыша ангара плавно раскрылась, освободив дорогу к звездам, корабль окутался голубым сиянием защитных полей, включавшихся автоматически вместе с запуском планетарных двигателей, и «Звездный Бродяга», покрытый шрамами, темными метками лучевых ожогов и пятнами от проклятых птичек, не ведающих уважения к заслуженному ветерану, плавно пошел вверх, ввинчиваясь в атмосферу планеты. Поднявшись метров на сто, корабль принял ходовое положение – ребром вперед – и, с каждой секундой ускоряясь, рванул со всей мощью своих модифицированных древних двигателей.

Громыхнули молнии, стекая по защитным полям, выругались диспетчеры, истово ненавидящие пилотов, стартующих с треском молний, и скоро звездолет выскочил в стратосферу, оставляя за собой светящийся шлейф раскаленного от трения воздуха – шлейф, очень нелюбимый теми пилотами, которые хотят остаться незаметными, проделывая свои грязные делишки и называя их громким словом «бизнес».

Орбиту красной луны проскочил за минуту. Корабль показывал довольно резвый результат в ускорении – конечно, не такой, как у гоночной яхты, но вполне приличный для грузовика, бывшего когда-то десантным ботом. Чтобы добиться ускорения, как у современного крейсера или гоночной яхты, нужны двигатели раза в три мощнее, если не больше. Масса «Бродяги» довольно-таки велика, и это еще без загрузки…

Трюмы Слай «вживую» смотреть не стал: чего их смотреть, трюмы как трюмы – пустые ангары, в которых гуляет эхо и призраки звездоплавателей, закончивших свою жизнь в этом «металлическом контейнере», к которому приделали приспособления для передвижения в пространстве. Перед взлетом кинул взгляд через корабельную видеосистему, и все, достаточно.

Маршевый двигатель запускал с некоторым волнением, а если быть точным – чуть не описался от восторга, глядя на то, как корабль охватывает белое свечение, растворяющее здоровенную шайбу, как кипяток растворяет кусочек сахара, брошенный в чашку с синтекофе.

Слай всегда предпочитал только натуральный сахар, хотя стоит тот дороже синтетического в три раза. Ему казалось, что настоящий вкуснее. Субъективное ощущение, но… вся жизнь построена именно на них!

Задать конечную цель было делом нескольких секунд – достаточно сказать корабельному мозгу название искомой планеты или звезды, и он сам за доли секунды разрабатывает маршрут. Не нужно стараться, рассчитывать, вспоминать звездные карты: рраз! – и ты на месте.

Жжжжж! Жжжжж! Жжжжжж! – древние генераторы корабля взвыли, как мутапчелы-переростки, добавляя энергии в защитные поля, и Слай поморщился: это надо же было так сразу, после выхода в трехмерное пространство, попасть в такое густое поле метеоритов! Похоже, что бортовой мозг протупил – неверно рассчитал место выхода! Взял бы чуть подальше, миллиона на два километров, и никакого тебе жужжания, никаких завываний генераторов!

И тут же подумал: может быть, мозг как раз знал, что даже такой здоровенный рой булыжников для «Бродяги» не представляет никакой опасности? Поля мощные, камни сжигают – только дай! Аж глаза слепит от вереницы вспышек!

Пришлось затемнить экраны. Аннигиляционная вспышка, конечно, сетчатку не выжжет – через экраны это невозможно, – но ослепить так, что перед глазами завертятся красные круги, – это запросто. На будущее решил: нужно избегать таких моментов. При Переходе экраны нужно гасить, а то окажешься в опасном месте полуслепым, как подземный ург.

Огромная красная звезда висела в черном пространстве, занимая весь горизонт. Гигантская – в диаметре она была больше, чем орбита Беории вокруг своего синего солнца.

Большая зеленая планета сияла россыпью огней на темной, ночной стороне, обещая сон усталому звездопроходцу, и на дневной зазывала голубыми морскими просторами тех, кто желал немедленно обрести безудержное веселье и отдых на одной из самых знаменитых планет в этой части шарового скопления Атраг – Мории.

Планета-курорт, планета-рынок, планета-агентство, она предоставляла космолетчикам все, что те хотели: от рабочих мест и новеньких звездолетов до предметов роскоши и женщин – любой цены и комплектации. Здесь не было никаких предпочтений ни одной расе разумных – полный интернационализм; главная идея государства Мория – выдоить из тех, кто сюда прибыл, как можно больше кредитов, исполняя любые, даже самые прихотливые, желания.

Мория фигурировала практически во всех романах о звездолетчиках – все сделки, все интриги, все хитросплетения романов обычно начинались именно здесь, на этой шумной, безумной планете, увидеть которую Слай мечтал всю свою недолгую жизнь.

Кстати сказать, насчет жизни – на Мории потерять жизнь довольно просто. В отличие от праведной провинциальной Беории, Мория собирала на своей «коже» все виды разумных «паразитов», существ, обитающих в этой части вселенной. И многие из них были не только странны, но и опасны – как гадуг в брачный период, когда он несется сквозь джунгли, снося на своем пути все, что попадется под его острый рог.

Обычаи разумных существ, живущих во вселенной, настолько разнообразны, что до конца их не знал никто, и никто не мог гарантировать, к примеру, что за безобидную улыбку в адрес какой-нибудь медузоподобной особы ты не получишь заряд плазмы прямо в свое невинное тело, желавшее всего лишь наладить отношения с забавным инопланетянином. Ведь тот может принять твою улыбку за угрожающий боевой оскал!

Такие случаи бывали. По крайней мере Слай читал об этом в новостях, видел в сериалах – куда же без таких пикантных событий!

В общем, встречи с Морией Слай ждал с замиранием сердца – как встретит его планета контрабандистов, скупщиков награбленного и доступных женщин? С распростертыми объятиями, или пнет своим стальным сапогом прямо в зад, насиженный в добропорядочном офисе провинциальной планетки?

Выяснить все это можно было только одним путем – приземлившись в одном из ее космопортов, что Слай и собрался проделать, сделав запрос в службы наведения одного из не очень дорогих космодромов на окраине материка.

Посадку в центральном космопорту Мории могли себе позволить только миллиардеры да государственные служащие, что суть одно и то же – цены на парковку даже маленькой космояхты были столь высоки, что денег Слая хватило бы едва на одни сутки, да и то, если он не воспользуется услугами одного из ангаров. Так-то можно и без ангара, зачем ангар такому побитому жизнью грузовозу, как «Бродяга»? Но вот владельцы шикарных яхт не очень-то мечтали о том, чтобы их «игрушки» были обгажены бессовестными птицами, не имеющими почтения ни к возрасту, ни к социальному статусу.

– Запрос посадки, космопорт триста-двадцать-два.

– Посадку подтверждаю. Через десять секунд – захват. После захвата двигатели погасить.

Банг!

Гравилуч уцепился за «Бродягу», и тот будто вздрогнул, как если бы его ухватил некий великан и посадил себе на ладонь. Корабль тут же выключил планетарные двигатели, и мозг космопорта поволок его туда, где было свободное место, в один из рядов, заполненных тысячами разнообразных по форме и конструкции кораблей.

Космопорты Мории не позволяли звездолетам, прибывающим на планету, парковаться самим. Во-первых, движение кораблей над этой планетой было столь интенсивно, что разобраться в нем мог лишь мозг космопорта, отслеживающий одновременно тысячи летающих объектов. Во-вторых, считалось, что все прибывающие на планету пилоты суть полуидиоты и, если им дать волю, своими глупыми действиями разнесут все и вся.

Для такого вывода имелись реальные основания, так что испокон веков посадка на Морию осуществлялась только таким способом – с помощью гравилуча. Если бы кто-то попытался сесть на космодром сам, игнорируя требования диспетчерской службы, его идентифицировали бы как врага и разнесли на молекулы в считаные секунды – над Морией висели боевые платформы, на которых располагались плазменные и лучевые орудия, сравнимые по мощи с оснащением линкора последнего поколения.

Нет, они бы не стали палить по яхточке с пьяным пилотом из главного калибра, для таких случаев имелись орудия и поменьше, а еще – великолепный арсенал всевозможных боевых торпед.