– Мадам Глэдис однажды сказала мне, что эта надежда несбыточна.
– Вполне возможно, друг Дэниел. Хотя мне и кажется, что Законы Человечества должны существовать, я не могу найти их. Каждое обобщение, которое я пытался сделать, имело множество исключений. Но если такие Законы существуют и я их найду, я лучше пойму человека и буду более уверен, что повинуюсь Трем Законам наилучшим образом.
– Поскольку партнер Илия понимал человека, у него, наверное, было какое-то знание Законов Человечества.
– Возможно. Но он знал это, как люди говорят, интуитивно. Я не понимаю этого слова, оно означает незнакомую мне концепцию. Возможно, это лежит за пределами разума, а в моем распоряжении есть только разум.
11
Разум и память!
Память, что работает, конечно, не по человеческому образцу. У нее нет несовершенности воспоминаний, суетливости, добавлений и вычитаний, продиктованных принятием желаемого за действительное, и эгоизмом, не говоря уже о задержках, пропусках и возвратах, могущих вернуть память к старым грехам.
Память робота отмечает события, точно когда они произошли, только в ускоренном темпе. Секунды разматываются в наносекунды, так что дни события могут ожить со скоростью незаметного пробела в беседе.
Жискар оживил тот визит на Землю, как делал это много раз, чтобы понять способность Бейли предсказывать будущее, но так и не понял.
Земля!
Фастальф поехал на Землю на аврорском военном корабле с полным комплектом товарищей-пассажиров, как людей, так и роботов. Однако, когда они оказались на орбите, только один Фастальф взял модуль для высадки. Инъекции стимулировали его иммунный механизм, он носил обязательные перчатки, комбинезон, контактные линзы и носовые фильтры и чувствовал себя в полной безопасности, но другие аврорцы не пожелали стать частью делегации. Фастальф только пожал плечами, поскольку ему казалось, как он позже объяснил Жискару, что его примут лучше, если он будет один. Делегация могла напомнить Земле о старых временах Космотауна, когда космониты имели постоянную базу на Земле и непосредственно влияли на планету.
Но Фастальф взял с собой Жискара. Приезжать без роботов было немыслимо даже для Фастальфа, однако несколько роботов могли бы насторожить все более ненавидящих их землян, а с землянами Фастальф собирался встретиться и провести переговоры.
Первым делом он, разумеется, встретился с Бейли, который должен был стать его связью с Землей и ее народом. Истинной же причиной являлось желание Фастальфа снова увидеть Бейли, поскольку Фастальф был ему немалым обязан.
Вообще-то говоря, это Жискар хотел повидать Бейли. Он слегка укрепил эмоции и импульс в мозгу Фастальфа, чтобы привести это свое желание в исполнение, но Фастальф об этом не знал и даже не подозревал.
Бейли ожидал их при посадке, и с ним была небольшая группа официальных лиц Земли, так что началась нудная трата времени с вежливыми фразами и идущим своим порядком протоколом. Прошло несколько часов, прежде чем Бейли и Фастальф смогли поговорить, да и то потому лишь, что вмешался Жискар и коснулся мозга самого главного чиновника, выглядевшего явно усталым. Всегда безопасней ограничиваться усилением уже существующих эмоций, это почти никогда не приносит вреда.
Бейли и Фастальф сидели в маленькой столовой, которой обычно пользовались только высшие правительственные чины. Еда здесь заказывалась набором на компьютерном меню и подавалась компьютерными разносчиками.
Фастальф улыбнулся.
– Очень передовой метод. Но эти разносчики – те же специализированные роботы. Я удивлен, что Земля пользуется ими. Они явно не космонитского происхождения.
– Нет, – ответил Бейли, – они, так сказать, домодельные. Это только для верхушки, и мне впервые довелось пользоваться ими. Второго случая, конечно, не предвидится.
– Вас могут когда-нибудь назначить на высокий пост, и тогда вы будете пользоваться такими вещами.
– Этого никогда не будет, – возразил Бейли.
Блюда были поставлены перед каждым, и разносчик оказался достаточно искушенным, чтобы игнорировать Жискара, который стоял за стулом Фастальфа.
Некоторое время Бейли ел молча, потом нерешительно сказал:
– Я очень рад снова увидеть вас, доктор Фастальф.
– Я тоже. Я не забыл, что два года назад вы сумели отвести от меня подозрения в уничтожении робота Джандера и все ловко повернули против моего самоуверенного оппонента доктора Амадейро.
– Я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю об этом, – сказал Бейли. – И вас, Жискар, я тоже рад видеть. Надеюсь, что вы не забыли меня.
– Это совершенно невозможно, сэр, – ответил Жискар.
– Вот и хорошо! Ну, доктор, я думаю, что политическая ситуация на Авроре продолжает оставаться благоприятной. Так говорят наши источники информации, но я не очень доверяю земному анализу аврорских дел.
– В данный момент можете верить. Моя партия имеет твердый контроль в Совете. Амадейро упорно держится в оппозиции, но я подозреваю, что пройдет немало лет, прежде чем его приверженцы оправятся от нанесенного по ним удара. Но как дела у вас и у Земли?
– Неплохо. Скажите, доктор Фастальф, – лицо Бейли слегка дернулось в замешательстве, – вы привезли сюда с собой Дэниела?
– Простите, Бейли, – медленно сказал Фастальф. – Я его привез; но оставил на корабле. Мне казалось невежливым явиться в сопровождении робота, столь похожего на человека. Поскольку Земля так же настроена против роботов, как и прежде, человекообразный робот мог, по моему мнению, показаться им намеренным вызовом.
– Я понимаю, – вздохнул Бейли.
– Правда ли, что ваше правительство намерено запретить использование роботов в Городах?
– Подозреваю, что очень скоро придут к этому, дабы уменьшить финансовые потери и затруднения. Все роботы будут переведены в сельскую местность, где они нужны в сельском хозяйстве и рудниках. Там они тоже будут постепенно отходить, и на новых планетах их уже не будет совсем.
– Кстати, о новых планетах: ваш сын уже оставил Землю?
– Да, несколько месяцев назад. Он сообщил нам, что благополучно прибыл с несколькими сотнями Поселенцев, как они себя называют, на новую планету. Там есть какая-то местная фауна, но атмосфера с низким содержанием кислорода. Со временем эта планета станет подобием Земли. Поселенцы объявили всем и каждому, что необходимо срочно заняться землеустройством. Письма Бентли и редкие гиперволновые переговоры обнадеживают, но все равно его матери чертовски недостает сына.
– А вы поедете туда, Бейли?
– Не уверен, что жизнь на чужой планете под куполами является для меня идеалом, доктор Фастальф, но думаю, что года через два-три я поеду. Во всяком случае, я уже подал в Департамент заявление о самом намерении эмигрировать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
