обратно вниз, погружая в меня каждый сантиметр.
— Я хочу, чтобы ты осталась здесь, со мной, — произнес он мне в ухо, его мышцы напряглись, когда он медленно входил и выходил из моей скользкой киски. — Ни на сегодня, ни на выходные. Я хочу, чтобы ты была здесь всегда. Теперь ты моя, сладкая, и никто не сможет забрать тебя у меня.
Мое сердце подпрыгнуло в груди, и я крепче обняла его, прижимаясь к его члену, когда экстаз захлестнул меня. Мой мозг сказал, что это — полное безумие, и что я вообще здесь делаю это с ним, и что идея остаться здесь, на сколько, навсегда? Ну, мой мозг сказал, что это — безумие.
Но тогда моему сердцу было что сказать еще. Мое сердце, и мое тело, и эмоции, пронзившие меня, рассказывали совсем другую историю. Мое сердце вспомнило все те времена, когда я стремилась уехать — вырваться на свободу от жизни, к которой меня принудили, и городской среды, которая всегда меня душила. Мое сердце заставило меня вспомнить все те разы, когда я убегала в лес, и как чувствовала себя такой умиротворенной, когда делала это — как будто всегда принадлежала этому месту.
И тогда мое сердце прильнуло к мужчине, который держал меня так крепко — так собственнически, и так страстно, и так защищающе, как будто он никогда не позволил бы ни одной плохой вещи случиться со мной. Этот суровый, красивый, сильный мужчина-горец, который, казалось, занял место в моем сердце, которое я никогда не знала, чем заполнить. Мой мозг хотел сказать, что «провести вечность» здесь с ним было совершенно безумно. Но в глубине души я знала, что это было всем, чего я всегда хотела. Мир, тишина, лес, эта хижина и этот совершенный, красивый, сильный мужчина?
Как я могла когда-либо сказать «нет» этому?
Я не смогла, и это была секунда, когда мое сердце покорилось. Эта мысль была последней, которая заставила сердце одержать верх над моим разумом, и внезапно я обняла его и поцеловала.
— Да, — прошептала я в его губы, постанывая, когда наши языки нашли друг друга. — Я хочу остаться здесь, с тобой.
— Будь моей невестой, котенок, — произнес Браун, его член так сильно набухал внутри меня, а его мощные мышцы перекатывались по моему телу, когда он толкал меня вверх и вниз по своему толстому стволу. — Будь моей горной женой, роди мне детей и будь моей навсегда.
Я вскрикнула, цепляясь за него так крепко, что почувствовала, как все мое тело начало падать. Слова, что он только что сказал, были всем, чего я хотела, даже если я на самом деле еще не знала этого. Но в ту секунду, как он это сказал, я поняла, что то, что он описал, было тем, чего мне не хватало всю мою жизнь.
Лес, такой человек, как он, и семья, которую можно растить здесь, вдали от безумия жизни, в которой я выросла. Это было то, чего я хотела. Я знала, что это безумие, но остаться здесь, выйти замуж за этого удивительного мужчину и родить ему детей здесь, в нашем горном домике, казалось мне идеальной жизнью.
— Скажи «да», — прошептал он мне на ухо, дразня губами мою шею, а руками крепко сжимая мою задницу, когда он засовывал свой большой великолепный член так глубоко между моих ног. Я вскрикнула, чувствуя, как мой клитор трется о его ствол при каждом толчке, и чувствуя, как он так глубоко входит в меня.
— Скажи «да», котенок. Выходи за меня замуж, будь моей женой и будь моей.
— Я…
— Просто знай… — тихо промурлыкал он мне на ухо, так глубоко всявляя свой член и ударяя меня в места, которых я никогда раньше не чувствовала. — Просто знай, что если ты скажешь «нет»? Что, ж, — прорычал он и его руки крепче сжали меня. — Если ты скажешь «нет», мне, возможно, в любом случае, просто придется оставить тебя здесь.
Все мое тело задрожало в экстазе, когда его грубый, командный голос завибрировал внутри меня. Я вскрикнула, сочетание его большого члена, так идеально трахающего меня, и его обещания удержать меня здесь, заставило меня подлететь прямо к краю.
— Да! — я кричала, раскачивая бедрами и подпрыгивая вверх-вниз на его толстом члене. Я чувствовала, как мои соски касаются его мускулистой груди, пальцами сжимала его спину, когда двигалась на нем все быстрее и быстрее.
— Да! — я застонала, яростно целуя его. — Я хочу этого, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Я хочу этого, здесь, с тобой.
— Ты останешься, — взревел он.
— Я останусь, — прошептала я в ответ. — Я останусь навсегда.
Я вскрикнула, когда он внезапно встал, легко подняв меня на руки, каждый сантиметр его члена все еще был внутри, и вышел из ванны. Я поежилась от сравнительно прохладного воздуха в комнате, но когда мужчина направился прямо к большой кованой железной кровати у дальней стены, все, что я могла почувствовать, было тепло между нами. Я застонала, когда Браун грубо толкнул нас на кровать, прижимая меня к одеялу своим мускулистым телом и поднимая мои руки над головой. Он отстранился, оставив просто внутри только большую набухшую головку своего члена. Я чувствовала, как он пульсирует напротив меня, и захныкала, когда густые капли его спермы накачали меня, стекая липкими горячими каплями по моим бедрам.
— Моя, — рыкнул он и внезапно вошел до упора, погружаясь в меня каждым сантиметром. Я закричала от удовольствия, ногами крепко обхватил его талию и подтолкнула его, когда он начал вдавливать меня в кровать. Мы сливались снова и снова, его толстый член погружался по самые яйца и так идеально заполнял меня. Его губы прижались к моим, его язык требовал входа и искал мой язык, когда Браун трахал меня снова и снова, пока я не поняла, что вот-вот потеряю его.
— Я чувствую, как твоя маленькая киска становится такой тугой для меня, котенок, — проговорил он мне в ухо. — Чувствую, как ты доишь сперму из моих яиц, ты, жадная девчонка. И знаю, ты хочешь, чтобы я выплеснул свою сперму так глубоко в тебя — так глубоко, что это займет много времени. Я знаю, ты хочешь, чтобы моя горячая сперма глубоко проникла в твое лоно, наполняя тебя моим семенем, пока не останется никаких сомнений в том, насколько ты моя.
Я вскрикнула, раскачивая бедрами навстречу его толчкам и целуя его так яростно, когда наши губы снова соприкоснулись.
— Я хочу, чтобы ты наполнил меня, — простонала я, моя
