В оставшиеся от отпуска дни он навестит немногих друзей или съездит в горы, чтобы сменить обстановку после джунглей Амазонки.
Мобильный запищал, оповещая, что пришло сообщение. Подозревая, что это извинения от Лауры, Джед не обратил внимания. Он вошел в номер и налил себе выпить. Мужчина смотрел на огни ночного города, пытаясь прогнать прочь назойливую мысль, что Лаура перепутала его с братом. Он знает ее без году неделю! Он не может испытывать к ней ничего серьезного! Так не бывает!
Джед по наивности принял ее поведение за искренний интерес к нему. Лаура не была застенчива и не сомневалась, отвечая на его поцелуи. Джед сам себя наказал. Зачем вообще нужно было начинать все это? Да у них не было бы будущего, даже если бы Лаура разглядела в нем отдельную личность. Джед должен достроить мост через Амазонку, затем появятся другие мосты. А Лаура живет в этом курортном городке и ведет свой бизнес.
Джед вздрогнул, удивляясь, почему он думает о будущем с Лаурой. Не влюбился же он в женщину, которая любила его погибшего брата!
Телефон зазвонил в очередной раз. Джед бросил на него беглый взгляд, но не пошевелился. Ему нечего ей сказать.
Лаура поставила телефон на автодозвон, но Джед не отвечал. Она уже оставила тысячу сообщений, но он не ответил ни на одно из них.
Девушка облокотилась на спинку стула, злясь на себя за глупость. Как она могла так оплошать? Лаура совсем не думала о Джордане, только о своей нерастраченной потребности любить. Она целовала Джеда. И знала это. Почему имя Джордана неосторожно слетело с губ?
Может, оттого, что поцелуи Джеда волновали гораздо больше? Но это оправдание звучало глупо даже для ее собственных ушей.
Лаура сняла трубку и набрала номер Салли Бенсон.
Подруга ответила сразу.
– Спишь? – спросила Лаура.
– Вообще-то да, времени-то уже почти полночь, а завтра мне вставать на работу. А что случилось?
– Я совершила чудовищную ошибку сегодня.
– И что ты сделала?
Лаура вдруг засомневалась, стоит ли рассказывать. Ей хотелось услышать совет подруги, но она не хотела выставлять себя полной идиоткой.
– Когда мы с Джедом целовались, я назвала его Джорданом, – наконец решилась Лаура.
На том конце провода ненадолго воцарилось молчание.
– Погоди. Твои губы были закрыты губами брата твоего погибшего жениха, а когда ты чуть отстранилась, чтобы набрать воздуха, то позвала Джордана?
– Не совсем. То есть да, именно так все выглядело со стороны, но я не хотела произносить имени «Джордан».
– Поцелуй напомнил тебе о нем?
– Совсем нет.
– Лучше или хуже?
– Намного лучше.
– Так, может, ты придумаешь ему какое-нибудь милое прозвище и забудешь об именах? Как считаешь?
– Нет. Я сама не знаю, почему вдруг назвала Джеда Джорданом. Но он теперь думает, что я использую его, как замену брата. Он ушел злой. И я не виню его. Я пыталась дозвониться до Джеда, но он не берет трубку. Оставила ему кучу сообщений, но он не ответил.
– Подумай, Лаура что, если бы он целовал тебя самозабвенно, как будто остального мира не существует, а потом шепнул тебе на ушко имя другой женщины?
– Я бы убила его.
– Ему еще хуже, ты ведь назвала имя его брата-близнеца. Никто здесь не знает Джеда. Зато все знают Джордана. Подружка, тебе срочно нужно что-то придумать и извиниться.
– Я пыталась. Он не слушает меня. Не ответил на сообщения и на звонок. Я знаю, что нужно сделать, но не знаю, как.
– Я бы на твоем месте встала пораньше, купила что-нибудь в кафе у Келли и удивила его неплохим завтраком.
– А если он не откроет мне дверь?
– Тогда по крайней мере, сама вкусно поешь.
– Ну не знаю…
– Эй, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Кроме того, ты застанешь его врасплох и увидишь, какой он по утрам.
– Уверена, Джеда меньше всего волнует впечатление, которое он производит. И он, скорее всего, ненавидит меня.
– Правильнее сказать, ему стало больно оттого, что ты перепутала их с братом.
– Но я их не путала! Не совсем… – Лаура помолчала. – Может, рассказать ему о Джордане?
– Мне почему-то кажется, что этим Джеда не удивишь.
– Ммм… возможно. Но точно удивишь его мать. Из-за нее-то я и молчу. Не хочу портить ее воспоминания о сыне.
– Ты не можешь себе во вред заботиться о душевном спокойствии Марии Броуди. Она взрослая женщина. Это ее сын. Пусть хоть раз узнает все как есть, а не так, как она себе напридумывала.
– Ох, Салли, она же потеряла своего ребенка! Она жила им, а он погиб. Мария никогда не переживет этого.
– Ты слишком добра, Лаура. И эта выставка картин Джордана уж точно не сослужит хорошую службу.
– Иногда мне кажется, что это я его подвела. Я должна была разрешить ему провести выставку раньше.
– В то время ты думала о репутации твоей галереи. Ретроспективу примут тепло, но вряд ли кто-то купит эти картины.
– Возможно, ты и права. Но это хоть как-то утешит Марию и Джефферсона. Я не могу представить себе, как больно потерять сына, но и то до сих пор горюю. А ведь ты знаешь, как я была зла на Джордана в тот день. Наверное, матери в тысячу раз хуже.
– Хорошо, будь по-твоему. А теперь давай спать. Встань пораньше и завоюй этого братца.
Лаура засмеялась и, пожелав Салли спокойной ночи, пошла в спальню. Она не хотела завоевывать Джеда. Или все-таки хотела?
Лаура поставила будильник на ранний час, размышляя, сможет ли она воплотить идею Салли.
Еще не было и семи утра, когда Лаура постучала в дверь номера Джеда Броуди. К счастью, она легко прошла в отель, соврав, что ей необходимо решить ряд вопросов, касающихся выставки. Волшебные слова. Лаура чувствовала себя виноватой за то, что люди до сих пор сочувствуют ее горю. Если бы они только знали!
Келли собрала для Лауры тяжелую корзину. Девушка лишь надеялась, что ей не придется унести все это обратно.
Дверь резко отворилась.
– Быстро вы, – сказал Джед.
Вокруг мускулистых бедер было обернуто полотенце, другим, поменьше, он свободной рукой вытирал волосы. Увидев Лауру, мужчина замер.
– Я думал, это еда в номер.
– Вроде того. – Лаура втащила корзину. – Завтрак подан. – Она затаила дыхание, ожидая, что сейчас он выставит ее вон.
– Значит, вот что теперь подают в отелях?
– Нет, это я принесла. Можно? – Лаура не могла отвести взгляд от его широкой груди и загорелой кожи.
Да, они с Джорданом отличаются не только внутренне. Девушка сглотнула. Так много соблазнительного мужского тела с утра не очень хорошо для преград, которые она себе выстроила.
Лаура поставила корзину на стол у окна. В комнате был только один стул. Кому-то придется сидеть на кровати. Девушка отвернулась. Только бы не ей! С другой стороны, если сесть на стул, то взгляд всякий раз будет замирать на кровати, в которой недавно спал Джед. Интересно, он спит в пижаме? Почему-то Лаура сомневалась в этом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
