– Ты ничего не сказала о своей матери.
– Она давно умерла, мне тогда было двенадцать лет. Многие говорят, что я похожа на нее, хотя тут же добавляют, что мне достался смелый характер отца.
– Теперь я буду знать, чего мне ждать от твоего отца.
Сара хихикнула и покачала головой:
– Я не во всем похожа на отца. Он может быть очень хитрым и скрытным.
– А ты нет?
– Я поражена тем, что вы даже спрашиваете об этом.
– Извини за невольный намек и спасибо за понимание.
– Как вы можете быть уверены, что это понимание, если верите, что я хитрая и скрытная?
– К этому списку следовало бы добавить умение манипулировать людьми.
– А вы сами? – парировала она.
А она быстро соображает, подумал Каллен и напомнил себе не забывать об этом.
– Обо мне мы поговорим как-нибудь в другой раз. А сейчас, я полагаю, неплохо бы немного поспать. Если к утру буран утихнет, мы сможем уехать пораньше.
Каллен достал второе одеяло, и после небольшого маневрирования они наконец улеглись вдвоем. Было, конечно, очень тесно. Они могли лежать на узкой кровати, только если оба лежали на боку, прижавшись друг к другу. Каллен лег у стены и обнял Сару рукой, чтобы она не упала.
Его щека оказалась прижатой к ее шелковистым волосам. Их запах напоминал ему аромат весенних цветов. И то, что она лежала так близко, тоже было приятно. Он предпочел бы, чтобы это была Алэна, но это было невозможно.
– Тебе удобно? – спросил он.
– На удивление удобно.
– Тебе нравится спать рядом со мной.
– Вы хотите сказать – приплюснутой к вам, – поправила она его.
Ее тело идеально вписывалось в изгибы его тела, и ему пришлось сделать глубокий вдох, чтобы оно – его тело – не реагировало. В противном случае она это почувствует.
Сара пошевелилась – довольно невинно, – но каждое движение было слишком интимным.
Он сжал ее талию, закинул ногу на ее ноги и шепнул ей на ухо:
– Лежи спокойно, или времени на капитуляцию не останется.
Сара сразу же напряглась, но это было еще хуже, потому что она еще теснее к нему прижалась.
Каллен застонал.
Сара тяжело вздохнула.
Потом он почувствовал, как она провела рукой совсем рядом с его ногой – или это была ее нога, до которой дотронулись ее пальцы…
– О!
– Извините! Я не хотела вас щипать, – встрепенулась Сара.
– А кого ты хотела ущипнуть? Себя? – прошипел он ей на ухо.
– Да, – с тихим стоном прошептала она.
Глава 9
– Я не собираюсь спрашивать, зачем ты это сделала.
– Вот и хорошо, потому что я не намерена ничего объяснять, – раздраженно ответила Сара. Ей стало так жарко от близости его тела, от его запаха, что если бы она нечаянно его не ущипнула, она бы набросилась на него. А это было бы плохо, поскольку он уже не сомневался, что она его хочет. К тому же он все время говорил об Алэне, и Сара чувствовала себя виноватой за то, что заставляет его переспать с ней, не говоря уже о том, что она вынудила его жениться.
– Какая же ты странная, – опять прошептал он ей на ухо.
– Да уж, такая, – согласилась она, хотя ей показалось, что это был комплимент. – А теперь давайте спать.
Он зевнул, и Сара почувствовала, как его тело обмякло и он тихо захрапел. Но сама она не могла уснуть. Мысли путались у нее в голове. Она знакома с этим человеком, которого называла мужем, всего два дня, а у нее было такое чувство, будто они знают друг друга много лет. Она восхищалась тем, что он ей о себе рассказал, и уважала его за то, что он сделал.
Сара все больше чувствовала себя виноватой. Этот человек ищет своего сына после того, как потерял свою единственную любовь, а она женила его на себе.
Но разве это не Бог послал его? Она так истово молилась, что Господь услышал ее молитвы. Может ли она усомниться в мудрости Всевышнего? Возможно, Каллен также просил Бога, чтобы он помог ему найти сына? И если она приняла бы любого человека, которого послал ей Бог, он согласился бы на все, только бы найти сына.
Они закрепят свою сделку как полагается, потому что это был ответ на их молитвы. Незачем винить себя или о чем-то сожалеть. Что сделано, то сделано. И что надо будет сделать, будет сделано. Ей придется согласиться с тем, что эта сделка нужна им обоим, и она верила, что Алэна отнеслась бы к ней так же. Благодаря этой сделке отец и сын воссоединятся, а ведь именно об этом мечтала Алэна.
Мысли изводили Сару до тех пор, пока она наконец не забылась тяжелым сном.
Она проснулась и, потянувшись, села. Она была одна. Каллена в доме не было, огонь в камине потух, а одеяло было подоткнуто вокруг нее со всех сторон. Она представила, как Каллен подтыкает одеяло.
Его забота тронула ее сердце.
Сара еще раз потянулась, сунула ноги в ботинки, встала и начала скатывать одеяло. Она чувствовала себя отдохнувшей, несмотря на то что проспала всего несколько часов. Скорее бы снова пуститься в путь, скорее бы вернуться домой, думала она. Одно это прибавляло ей силы.
Сара ополоснула лицо холодной водой из котелка и провела пальцами по волосам. Ей не терпелось сменить простую юбку и блузку, которые в течение двух лет были ее единственной одеждой, на свое платье. Долгими зимними вечерами они с сестрой сидели у камина, разговаривали, смеялись и шили себе красивые платья. Приятно иметь возможность выбрать то, что нравится! Дверь распахнулась, и вошел Каллен.
– Солнце светит ярко, и снег почти весь стаял, – провозгласил он. – К полудню вообще все уже высохнет. Предлагаю ехать прямо сейчас, чтобы захватить побольше дневного света.
– Согласна. Отрежу кусок хлеба, чтобы пожевать по дороге.
– Отрежь кусок и для меня, а я пока пойду за лошадьми.
Спустя несколько минут они уже были в седлах.
– Мы будем останавливаться лишь для того, чтобы отдохнули лошади, – сказал Каллен. – Предлагаю нигде не задерживаться до самого вечера.
– Не возражаю, но потом нам придется свернуть с этой дороги…
– Я знаю, – кивнул Каллен. – Я сегодня утром вспомнил, как мой отец взял меня с собой, когда отвозил луки, которые он смастерил для лорда Макферста…
– Земли клана Макферстов граничат с нашими на севере.
– Мой отец, помнится, упоминал клан Макхирнов. А еще помню, как мы проезжали рынок, где он купил мне сладкий пирожок. Такой вкусный!
– Это место в двух днях пути отсюда.
– Отлично, – улыбнулся Каллен, – я куплю тебе пирожок.
Думая о пирожке, Сара жевала сухой хлеб. Впрочем, она думала не о самом пирожке, а о том, что он купит его для нее. Еще ни один мужчина ничего ей не покупал и не дарил. Она почувствовала, как у нее сжалось сердце, но приказала себе больше не думать об этом.
После поворота дорога стала шире, и Сара поехала рядом с Калленом.
