— Ну, у вас и шуточки. — Я даже смогла улыбнуться.
— Не надо падать духом. Проблема в том, что вы очень тонкая натура. Мы же обедали все вместе, у меня и мысли тогда не возникло, что между вами что-то было. Думаю, Джонатану и в голову не приходит, что вы его все еще любите. Предлагаю выпить. — Фин жестом подозвал официанта. — И обязательно обдумайте свои действия, — добавил он.
— Вы предлагаете мне рассказать Джонатану о своих чувствах? — Голова у меня не очень хорошо работала после выпитого.
— Ни в коем случае! Самма, вы так меня и не поняли. Если станете на него давить, точно не вернете.
— Раз вы такой специалист в этих вопросах, посоветуйте мне что-нибудь. — Я пыталась салфеткой вытереть потекшую тушь. Какая же она водостойкая, если даже поплакать нельзя. Надо будет написать жалобу. — Если я скажу Джонатану о своих чувствах, получится, что давлю на него, если нет, он просто обо мне не вспомнит. — Я опять впала в уныние.
Официант принес пиво и «Мартини». Фин пододвинул ко мне бокал:
— За хорошее начало! Надо выкинуть из головы мысли о том, что вы зануда. Вы умная, веселая, просто не всегда осмотрительная. Я больше скажу — вы чертовски сексуальная.
Глава 5
Я удивленно уставилась на Фина. Сексуальная? Я же разумная, практичная, на меня всегда можно положиться. И ничуть я не сексуальная. Вот Джуэл сексуальная. Как она обнимала Фина и щекотала ему ухо кончиком языка. А что сексуального в моих очках на цепочке и строгом костюме? Фин просто хочет быть вежливым или опять шутит. Я вспомнила, как он вытирал капельку крема с моей щеки, но отогнала эти мысли прочь. Сейчас речь не об этом.
— Прежде всего вам надо дать понять Джонатану, какая вы потрясающая женщина, — сказал Фин.
— Но как? Он никогда не ценил меня.
— Заставьте его ревновать.
— Да, великолепная идея, — согласилась я и взяла бокал. Это был уже третий «Мартини». — Только вот одна маленькая проблема. У меня никого нет.
— Начните с кем-то встречаться.
— Как у вас все просто, — сказала я саркастически. После «Мартини» я осмелела, но это лучше, чем ныть. — Сейчас я щелкну пальцами, и появится мужчина. — Я заглянула в карман: — А может, где-то завалялась парочка.
Фин оценивающе посмотрел на меня:
— Смотрю, вам стало лучше. Такой женщине, как вы, не составит труда познакомиться с мужчиной. Встаньте у стойки бара и улыбайтесь. Кавалеры сами будут падать к вашим ногам. А еще лучше, ешьте пончик с кремом.
В воздухе повисла тишина. Я посмотрела Фину прямо в глаза, он улыбался. Когда у него был такой взгляд, мне казалось, что земля уходит из-под ног.
— У вас есть идеи? — поинтересовался Фин.
Не хочу вспоминать о том, как меня бросило в жар, думать не хочу, что бы это значило.
— Все не так просто, — сказала я, отводя взгляд. — Даже если я найду парня, который согласится встречаться со мной, зная, что меня интересует не он, как об этом узнает Джонатан?
— Я вас понимаю. Лучше, если это будет кто-то из нашей фирмы.
— Если это будет кто-то из коллег, Джонатан его, скорее всего, пожалеет, — предположила я и сделала еще глоток.
— Только не в том случае, если этот парень действительно без ума от вас.
— Тогда этот мужчина должен быть еще и хорошим актером. И где мне такого найти? Может, нанять?
— А что, если он прямо здесь?
— И как я узнаю, кто из присутствующих сможет сыграть эту роль? — Я оглядела зал. — Может, бармены бывшие актеры? Боюсь, я не решусь с ними об этом заговорить.
— Да нет же, здесь, — сказал Фин и постучал себя по груди.
— Вы? — У меня отвисла челюсть.
— Нечего так смотреть. Я отлично подхожу.
— Кто бы сомневался.
Я допивала уже третий «Мартини», и Фин усмехнулся:
— Если хорошо подумаете, то согласитесь со мной. Джонатан едва ли не заметит, что вы со мной, а я хороший актер, уверяю вас. Как утверждает моя мама, все до сих пор помнят, как я играл одну из сестер Золушки, в школьной пантомиме в рождественском спектакле уронил овцу, когда встал на колено около яслей.
— И почему вы еще не номинированы на «Оскара»? Зачем вам тратить на меня свой талант?
— Вы мне нравитесь, — признался Фин, — хотя иногда бываете слишком резки со мной. Если я могу помочь, почему бы этого не сделать. Кроме того, это окажется полезным и для моего имиджа. Джонатан же хотел, чтобы я намекнул в интервью, что собираюсь остепениться. Вот я и намекну, что вы именно та женщина. Надо будет только поприсутствовать на интервью, сказать пару слов, остальное журналисты сами додумают. Им только дай повод. Если Джонатан не узнает об этом раньше, то он уж точно все поймет. Убьем двух зайцев.
— А как же Джуэл?
— А, что Джуэл? Вы же сказали, что у нее новый кавалер. Бедный парень. Слава богу, я от нее избавился, иначе у меня в доме не осталось бы целой тарелки. Хорошо, если и она узнает, что я несвободен.
— Для того, чтобы все поверили, будто вы действительно настроены на семейную жизнь, рядом должна быть женщина, которая не вызовет сомнений у окружающих, — попыталась я переубедить Фина.
— Не хочу никого обманывать. — Он и не спорил. — Я не такой человек, не домосед. А если вы примете мой план, я, по крайней мере, буду знать, что это просто игра. Так мне будет спокойнее.
Видимо, коктейли возымели свое действие, и я увидела во всей этой затее зерно истины.
— Никто никогда не поверит, что я ваша девушка. Рядом с вами обычно модели и актрисы.
— Поэтому-то все и решат, что на сей раз все серьезно, когда увидят меня с вами.
Ах, вот как, значит. Это уже был удар по моему самолюбию.
— Да это и ненадолго, всего на несколько недель, — уговаривал меня Фин. — Потом сделаем вид, что мы расстались, и вы удалитесь с Джонатаном навстречу своему счастью.
— По-вашему, это сработает? — спросила я задумчиво.
— Слушайте, вы хотите его вернуть или нет?
— Очень.
— Несмотря на то, что из-за него чувствуете себя никому не нужной и нелюбимой?
— Но я его люблю, — сказала я и опять пригубила «Мартини».
— Хорошо. Если Джонатан действительно тот человек, который вам необходим, думаю, вы заслужили счастье. Для начала надо убедить Джонатана, что вы не скучная, а очень компанейская и веселая. Мы изобразим бурную страсть, чтобы он не мог не заметить.
— И как мы это будем изображать? — спросила я с сомнением в голосе.
— Например, можем поехать ко мне, допустим, просто выпить. Всю дорогу будем обниматься и нежно смотреть друг на друга. Когда подойдем к дому, начнем целоваться прямо у входной двери, — объяснил Фин.
— Я не думала, что все будет по-настоящему! — ужаснулась я, живо представив себе то, что описал Фин. Внутри все задрожало. Джонатан никогда бы не решился так себя вести. Я вдруг почувствовала небывалую легкость, полагая, что всему виной «Мартини», — я хотела сказать, что не знаю, как мы заставим всех поверить. Не отправлять же всем сообщения, что у нас роман.
