На тренировках все получалось куда быстрее и лучше — получившийся монстр заставил вздрогнуть даже Айлин, навидавшуюся всяких уродов, но моя аура излучалась им вполне уверенно.
Магический Голем шагнул вперед, и пятно радостно рванулось ему навстречу. Не ожидая развязки, я схватил Айлин в охапку и упал за ближайший бетонный обломок.
Ловушка оказалась бесхитростной, как противопехотная мина, но куда более эффективной — столб огня взмыл метров на пятьдесят, затем его верхушка брызнула вниз лучами и медленно закружилась подобно цепной карусели. Лучи, с каждым витком отдаляясь от основания, чертили спирали, сжигая все, что еще могло гореть.
Нависающая бетонная плита должна была нас прикрыть, но для страховки я трансформировался в ее продолжение, надежно защитив девушку от возможного поражения. Самому мне ничего не грозило — на тренировках мы пользовались энергиями помощнее, но сам факт боевого воздействия неприятно щекотал нервную систему. Я задумался, все ли сделал правильно…
— Молодец! — Сердитый голос Айлин вернул меня к реальности. — Мало того что швырнул меня на камни — синяки теперь месяц не сойдут! — так еще и оповестил всю округу, что здесь недоучка-маг бродить изволит!
И это вместо благодарности! Возбуждение от пережитого еще не угасло, и я впервые осмелился ей возразить:
— Надо было позволить тебе влезть прямо в ловушку, да? Ты ведь у нас любишь фейерверки! Не швырнуть тебя, а отшлепать стоило, чтоб не лезла поперед батьки в пекло! По мягкому месту отшлепать!
Айлин ошеломленно открывала и закрывала рот, не в силах найти подходящего ответа, потом густо покраснела и улыбнулась.
— А что, может быть, стоит как-нибудь попробовать, — промурлыкала она мягким грудным голосом и на миг прижалась к моей груди, — вдруг мне понравится?
Клянусь, когда также быстро она отстранилась, я успел ощутить на щеке легкое прикосновение ее прелестных губок! Было отчего воспарить к небесам — первый поцелуй! И я воспарил…
Айлин вернула меня на землю, дернув за брючину, когда я поднялся метра на полтора.
— Потом полетаешь, милый, — проворковала она, — когда с делами закончим.
«И если дойдем», — подумал я, но вслух не сказал, а напротив, выпятил грудь и принялся усиленно излучать оптимизм. Может, почувствует?
Путешествие продолжалось, напоминая соревнования по пожарно-прикладному спорту — ни приличных тротуаров, ни троп, ничего, куда можно было бы поставить ногу без риска ее сломать. Через несколько часов изуродованный пейзаж окончательно утомил меня своей монотонностью, если так можно выразиться о сплошном хаосе. Вверх-вниз, вверх-вниз, словно брошенная игрушка с неистраченным заводом. Цель и смысл похода терялись в отупляющем карабканье по каменным костям мертвого города.
Я упал, ободрав руку до крови, но залечить волевым усилием не сумел — сказывалась усталость. Воспользоваться магическими навыками значило нарваться на еще один выговор от Айлин. Я предпочел терпеть ноющую боль.
Вечерело. Мы остановились, выбрав для ночлега закуток, образованный двумя уцелевшими стенами когда-то пятиэтажного здания. Поужинали скромно: тушенка, хлеб и термосок с кофе, извлеченные из рюкзачка, предусмотрительно захваченного Айлин, полностью исчерпывали наше меню. Сам я, уверовав в слова Ворона о краткости пути, не взял с собой ничего. В результате девушка шла налегке, а рюкзачок всю дорогу болтался за моими плечами. Спасибо ежедневным тренировкам — о его существовании я вспомнил, только когда пришло время в нем порыться. Что ж, в крайнем случае карьера грузчика теперь мне обеспечена.
Спать устроились тоже без магических ухищрений с матрасами, палатками и нагревателями: я уселся, привалившись спиной к стене, Айлин прилегла ко мне на колени и моментально уснула. Я немного полюбовался ее лицом, обретшим во сне какую-то детскую невинность, и решил позаботиться об охранной сигнализации. Как назло, ничего путного в голову не приходило, и пришлось на первых порах ограничиться блокировкой излучения ауры и усилением слуха. Дремота навалилась раньше, чем я изобрел что-нибудь посолиднее.
Разбудило меня тихое бормотание. Я не шевельнулся, но постарался усилить слух до максимума. Двое спорили приглушенными писклявыми голосами. Манера говорить выдавала умственную неполноценность:
— Живые, живы-ые! Целых двое! Кр-ровь!.. Съедим! — жалобно подвывал один.
— Не светят ведь! — испуганно сомневался второй. — Почему не светят?
— Плевать! Есть хочу! Живая кр-ровь! Съедим! — настаивал первый, раскатисто акцентируя любимое словечко. Впрочем, может быть, он просто картавил.
— Непонятно… — продолжал скулить второй. — Не светят… Боюсь!.. — и после короткой паузы, с надеждой: — Съедим?
— Съедим, съедим! — радостно подхватил первый. — Есть хочу!
Метрах в семи от нас кто-то завозился. Я приоткрыл глаза, настроившись на ночное зрение. Ну и уроды! Бесформенные тела, едва прикрытые обрывками истлевшей одежды; облезлые пятнистые черепа, острые уши, далеко выпирающие клыки, влажно поблескивающие в лунном свете… Упыри!
Ожили забытые детские страхи, и я на миг позволил им завладеть сознанием. Очевидно, что-то просочилось наружу, и упыри это почувствовали.
— Боится! Боится! — забормотали довольные голоса. — Съедим! Живая кр-ровь!
Они уже не скрывались, но семь метров разбитого кирпича и бетонных блоков не способствовали быстроте передвижения. Я успел взять себя в руки — в конце концов эта нежить ничего не стоила против самого завалящего мага: соорудить им по осиновому колу да засунуть лицом вниз на два метра под землю! Жаль, выплеск энергии в таком варианте засветит нас не хуже маяка, и можно будет ставить крест на скрытности… Вот трансформация со стороны почти незаметна!
Я удлинил руки, вырастив на ладонях зазубренные шипы, и, схватив упырей за тощие морщинистые шеи, с размаху столкнул лбами.
— Магия! Боюсь! — успел пискнуть второй перед тем, как его череп раскололся, и во все стороны брызнула гнойно-зеленая жижа.
Я сложил их подальше и брезгливо вытер руки о камни. К следующей ночи упыри залечат полученные раны и даже восстановят то, что заменяет им мозги, но память о нашем существовании я из них выбил. Донести своему хозяину, если таковой объявится, им будет не о чем.
Немного подташнивало, и я решил, что больше не засну, однако Айлин так умиротворенно посапывала, что я разлепил глаза только поздним утром, к готовому завтраку.
— У нас были гости? — Хотя вопрос был задан небрежным тоном, но мне сразу стало понятно, что девушка успела найти ночных визитеров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
