Как только он услышал, что она вернулась в Остин, он взялся за дело, решив добавить немного перца в ее сладкую жизнь. Пусть понервничает, подергается, испугается, пусть на своей шкуре испытает то, что и Алан, когда его арестовали. Пусть хлебнет того же горя, что и Рей, когда легавые сцапали Алана.
Уж он поизмывается над ней! Пусть эта сучка пожалеет о своих словах, которые она написала о его брате.
Сегодня он сделал ей предупреждение. Хотя ему и была ненавистна мысль о том, что с каждой проданной книгой эта сучка становится богаче, он все-таки купил себе экземпляр и с удовольствием покромсал страницы ножом. А еще он купил банку красной краски и кисточку. Пробраться в дом этой стервы не составило большого труда, и он быстро проник в ее спальню.
Это оказалось самым приятным делом. В последний момент он решил вместо кисточки воспользоваться ее трусами. В ящике комода он нашел аккуратными стопками сложенное нижнее белье. Не торопясь, выбрал трусики, что ему понравились больше всего. Правда, они плохо впитывали краску, но работа все равно была сделана.
Закончив, Рей переместился на кухню, где решил дождаться ее возвращения. Утро сменилось днем. Вскоре стало жарко и душно, но включать кондиционер он не стал. По какой-то непонятной причине ему казалось, что терпеть неудобства – часть его плана.
Нельзя, чтобы все прошло легко. Он делал это ради Алана.
Наступил вечер, но с заходом солнца жара так и не спала. Ноги в джинсах взмокли от пота, кожаная жилетка противно липла к телу. Наконец он услышал, как к дому подъехала машина. Раздался стук. Это открылась и вновь захлопнулась дверца. Затем открылась входная дверь, после чего раздался испуганный возглас. Это ее глазам предстал устроенный в коридоре разгром. Рей с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться во весь голос.
Его так и подмывало с громким криком выскочить из кухни и до смерти напугать эту безмозглую девку. Но нет, он повел себя более разумно: напрягая слух, подождал.
Интересно, куда она направится дальше и как поведет себя! Вот тогда и будет видно, как ему поступить дальше.
Однако в следующую секунду к дому подъехала другая машина. Хлопнула дверца, и послышались чьи-то гулкие шаги.
Черт! Рей схватил пластиковый пакет с краской и бросился наутек. Он даже не стал закрывать за собой дверь. Перепрыгнул через осколки цветочного горшка, который разбил, взламывая заднюю дверь, перескочил через забор и метнулся к соседскому двору. Пробежав несколько кварталов, он наконец оказался в том месте, где оставил свой пикап. К тому времени, когда Рей подбежал к машине, он задыхался и взмок от пота. Впрочем, он скорее был разъярен, чем напуган: кто-то помешал его планам. Рей рискнул проехать мимо ее дома, ведь парни вроде него не боятся опасности и всегда готовы рисковать. Как выяснилось, решение было правильным. Понятно, что за мерзавец не дал ему проучить эту деваху.
Дентон Картер.
Сначала Рей отказывался верить собственным глазам и поверил лишь тогда, когда увидел, как тот стоит на крыльце дома Беллами. Поскольку фонарь над крыльцом был зажжен, ошибки быть не могло: это он.
– Долбаный летун, – буркнул Рей, сидя за стойкой бара и вертя в руках пустой стакан.
В его душе клокотала злоба. Дент Картер был из числа ненавистных ему везунчиков, которые, даже вляпавшись в дерьмо, будут благоухать как майская роза. Рей был в курсе, что в последние годы Дент имел неприятности. Из-за какой-то истории, которая чуть не закончилась катастрофой, его вроде бы выперли из авиакомпании.
Однако Дент, похоже, воспрянул духом. Перед домом Беллами был припаркован красный «Корвет», и Рей увидел, как самого Дента пустили в дом. Да и чему удивляться, ведь в своей книжонке эта засранка вывела его в образе этакого самца-производителя!
При этой мысли Рей разозлился еще больше.
Дав барменше знак, он вытащил из нагрудного кармана несколько скомканных банкнот. Увидев деньги, девушка торопливо подошла к нему с бутылкой текилы:
– Тебе еще налить, красавчик?
Так теперь он для нее красавчик? Вот ведь как легко деньги меняют сознание людей.
Может, у него сегодня что-нибудь да выгорит с этой девицей. Как она поведет себя, если он протянет руку и дернет ее за цепочку? Наверняка закричит как резаная.
– Давай еще две порции.
Она потянулась за вторым стаканом:
– Что празднуем?
– У меня сегодня поминки.
– Прости. Кто-то умер?
– Никто, – ответил он и поднял стакан. – Пока еще никто.
Глава 4
Дент посмотрел на высветившийся на дисплее номер.
– Ты что, шутишь? – фыркнул он. – Второй раз за сутки?
– Давай ноги в руки – и сюда.
Голл отключился, так больше ничего и не сказав, что было совсем не в его характере.
Он всегда любил попрепираться, особенно с Дентом. Значит, случилось что-то действительно серьезное.
Дент рывком отбросил простыню и быстро повторил вчерашнюю процедуру, правда, бриться на этот раз не стал, а вместо белой рубашки с галстуком надел джинсовую. Через пять минут он выскочил за дверь. Через двадцать минут уже был на аэродроме. Голла он застал внутри ангара. Тот стоял рядом с самолетом – руки в боки, в зубах изрядно пожеванная сигара.
Когда Дент подошел ближе, старик недовольным жестом указал на самолет, в чем, по большому счету, не было необходимости. Дент все понял с первого взгляда, как только вылез из машины. Через лобовое стекло пилотской кабины пролегла трещина. На фюзеляже красовались вмятины размером с мяч для игры в софтбол. Лопасть одного из пропеллеров погнута. Но хуже всего были зияющие дыры на верхних плоскостях обоих крыльев, как будто кто-то проткнул их гигантским штопором.
Чувствуя, как в нем закипает ярость, Дент медленно обошел самолет, внимательно разглядывая следы работы злоумышленника.
– Механика цела? – процедил он сквозь зубы, подойдя к Голлу.
– Вроде бы да. Нужно дождаться, когда приедет человек из страховой компании, и тогда станет ясно, что там с начинкой. Я уже позвонил шерифу. Он обещал кого-нибудь прислать сюда. Повреждены лишь крылья. С пропеллером тоже пока не ясно – или только лопасть погнута, или он весь сломан.
Дент выразительно посмотрел на Голла.
Старик все понял без слов, пожал плечами и сердито произнес:
– Не знаю. Не меньше месяца. Может, даже больше. Ремонт дело такое…
Дент выругался. Для него это был не просто самолет. Это была часть его жизни.
Собственно, он и являлся его жизнью. Напади бандиты на него самого, исполосуй они его ножом с головы до ног, он точно бы так не переживал, как за свою машину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
