Читаем без скачивания Мафия-93 - Ростислав Самбук

«Запоздал, – промелькнула у Сидоренко мысль, – немного запоздал… Да не все потеряно. Не так просто закрываются у нас предприятия. Профильтровать всю документацию, опечатать склады, проверить наличие пряжи, готовой продукции.

– «Красная Шапочка»? – переспросил. – Красиво звучит. Даже немного вызывающе. Прошу вас, Георгий Васильевич, задержитесь на несколько минут. Тут есть представители республиканского управления, им поручено произвести ревизию на фабрике – поедете вместе.

– Не смею отказываться, – лучезарно улыбнулся Белоштан. – Мы привыкли к ревизиям. Честно говоря, жизни от них нет. Сколько контролеров в стране развелось – с ума сойти можно!

«И все хотят жить, – добавил про себя. – Хорошо есть, обставлять мебелью квартиры, одевать жен и детей, забавляться с ларисками и верониками. И живут, сучьи дети, едят и забавляются – за наш-то счет…»

Георгию Васильевичу внезапно сделалось противно, но только на какое-то мгновение: в конце концов, надо любить все человечество, даже контролеров…

Псурцев чистил спичкой ногти и слушал Опичко, косо поглядывая на капитана. Когда тот доложил, как они с Соханем обнаружили следы через проселочную дорогу, бросил спичку в корзинку и насторожился. А вывод Опичко о том, что эти следы могут принадлежать цирковому эквилибристу или строителю-монтажнику, заставил полковника даже немного забеспокоиться.

«Свинья! – разозлился он. – Этот Филя-прыщ типичная свинья – оставить такую улику. Однако не так страшен черт, как его малюют», – успокоил себя.

– Следы… – пробормотал безразлично. – Сыщики, следы нашли… Я ту поляну знаю – царское место! – Вспомнил, как в приятной компании пил коньяк, развалившись на разостланном под дубом брезенте. Белоштан доставал из машины все новые и новые бутылки, а наливала черненькая с многообещающими глазами, он несколько раз похлопал ее по бедру, и, наливая ему в очередной раз, та прижалась к нему. Чертова девка, жаль, что жена у него психованная и контролирует каждый его шаг… – Так, – продолжал дальше задумчиво, – я на той поляне бывал и знаю, сколько там людей шастает! Туда-сюда, туда-сюда… Где же гарантия, что эти следы оставил преступник?

– Может быть, убийца ждал Хмиза в орешнике, – высказал мнение Опичко. – Там Сохань примятую траву обнаружил, а от того места до следов несколько шагов.

– Эту версию надо прорабатывать, но могут быть и другие, – заявил Псурцев. – Ты моей интуиции поверь, Опичко, и опыту. Следы следами, а искать надо и в другом месте. Друзей и недругов у Хмиза было много. Всех их следует просеять. Через мелкое сито. Не поделили что-нибудь торгаши, запутались в своих махинациях, вот и закономерный конец. Мой тебе приказ такой, Опичко: завтра поедешь на базу людей порасспрашивать, может, кто угрожал Хмизу.

Капитан немного помялся и осмелился возразить:

– Но ведь, товарищ полковник, из пистолета стреляли. Вряд ли у торгашей есть оружие. Бандитом тут пахнет.

– Сейчас у торгашей можно найти все, потому что деньги у них есть, а за деньги роту солдат вооружить можно. Разве не так?

– Так, – опустил глаза Опичко, – деньги – всему голова.

– Вот именно! – поднял указательный палец Псурцев. – Из-за денег все это и произошло. Скорее всего не поделили прибыль…

– Вот и мне так кажется.

– Конечно, не поделили. Вот тебе, Опичко, и еще один ориентир для поиска…

– Та-ак… – сказал Сохань, узнав, что утром дежурному по городскому управлению милиции звонила какая-то девушка. Назвалась Светланой. Она заявила, что Степан Святославович Хмиз исчез вчера вечером – выехал по делам на час и не вернулся. – Так-так, – повторил. – Что же это за девушка?

– Сказала, что нареченная Хмиза, – объяснил дежурный. – Звонила из его квартиры.

Сохань заглянул к прокурору, взял ордер на обыск, и через несколько минут машина с опергруппой стояла у девятиэтажного дома, на втором этаже которого жил Хмиз.

Дворничиха быстро собрала понятых, и Сохань позвонил в обитые белым дерматином двери. Открыла красивая девушка, Сохань даже удивился, что есть такие на свете – ее красоту даже не портили распухшие и покрасневшие от слез глаза. Тревога читалась на ее личике.

– Что? – спросила девушка и отступила в прихожую. Увидев людей в милицейской форме, догадалась, что произошло что-то страшное, сжала виски ладонями и побледнела.

«Правильно говорят, – подумал Сохань, – стала белая как мел».

Девушка пошатнулась, Сохань поддержал ее за локоть, и вовремя, ибо чуть не потеряла сознание, прислонилась к нему.

– Что со Степаном? – спросила девушка.

– Воды, – попросил Сохань дворничиху.

Та метнулась в кухню, принесла стакан, Сохань заставил девушку сделать глоток-другой… Глаза ее ожили, и пунцовые пятна выступили на щеках.

Сохань провел девушку в комнату, посадил на диван. Сам примостился на пуфик напротив.

– Что со Степаном? – повторила вопрос девушка. Глаза ее округлились, сделались темными – она сжала губы и тревожно уставилась на Соханя.

– Случилось несчастье… – осторожно начал следователь. – Вы только не волнуйтесь…

– Неужели Степан погиб? Не может быть! – вырвалось у девушки.

– Не нужно… не нужно… не нужно, прошу вас, успокойтесь… Не нужно.

– Погиб?.. Степа?.. – Светлана, очевидно, все еще не могла поверить в это. – Но как? Каким образом?

Сохань дал ей еще раз глотнуть воды. Увидев, что девушка пришла в себя, сказал:

– Ну вот, стало лучше. Я понимаю ваше состояние, но что поделаешь; так уж случилось… Представьтесь, пожалуйста, кто вы?

– Мы со Степаном… – Девушка отняла руки от лица, вытерла щеки тыльной стороной. – В субботу мы должны были расписаться… – Видно, наконец до нее дошло, что она уже никогда не увидит Степана. Это снова повергло ее в отчаяние – протянула руки, словно отталкиваясь от Соханя, пробормотала: – Не может быть.

– В котором часу Хмиз уехал вчера? – спросил Сохань. Думал, что своими вопросами хоть немного сможет отвлечь девушку от страшных мыслей.

– Вечером.

– А точнее?

– Еще было светло. Даже солнце не село. Часов в восемь.

– Куда он поехал?

– Не знаю.

– Чем был вызван отъезд?

– Степа совсем не собирался ехать. О боже, почему я не задержала его? Он что, разбился, на машине?

– К сожалению, Светлана…

– Герасимовна.

– К сожалению, Светлана Герасимовна, произошло наихудшее: Степан Хмиз убит.

– Как убит? Кто?

– Я не могу ответить вам, Светлана Герасимовна, поскольку не знаю.

– Вы уверены, что его именно убили? Сохань кивнул головой.

– Мы ищем убийцу, – объяснил после паузы. – И рассчитываем на вашу помощь.

– Но ведь я впервые в Городе и никого, буквально никого не знаю здесь…

– Я прошу вас, Светлана Герасимовна, собраться с мыслями. Итак, Хмиз покинул вас вчера приблизительно около восьми часов вечера?

– Да, он поехал в спортивный магазин и приобрел мне тренировочный костюм. Это было перед самым закрытием магазина. Степан еще волновался, успеет ли. Мы хотели побегать по парку.

– Что же так резко изменило намерения?

– Кто-то позвонил Степану. Он был недоволен и не хотел ехать, отказывался, но, наверное, ему доказали, что надо. Степан объяснил мне: на часок, ну немного больше, какое-то срочное деловое свидание, он быстро вернется. Прошло два часа, ночь миновала, я уже не знала, что думать, на рассвете сообщила в милицию…

– Кто именно звонил Хмизу?

– Не знаю.

– Разве Степан не сказал вам?

– Нет, только о деловом свидании. Погодите, Степан назвал его, разговаривая. Но как? Я еще в мыслях обругала того, кто звонил, да, Георгия Васильевича. Точно, звонил какой-то Георгий Васильевич. Степан ответил: «Не могу я, Георгий Васильевич». Еще какие-то слова сказал, уже не припомню.

– Это весьма важно, – сказал Сохань. – А фамилии Георгия Васильевича Хмиз не называл?

– Нет.

«Георгий Васильевич… – подумал Сохань. – Хромает на правую ногу, походка странная… Это уже след. И в первый час работы… Кажется, вам везет, товарищ следователь. Однако кто же это такой Георгий Васильевич?»

– Разговор с Георгием Васильевичем встревожил Хмиза? – спросил Сохань.

– Не думаю. Просто расстроил, поскольку менялись наши планы.

– А не сложилось у вас впечатления, что звонил близкий Хмизу человек?

– Да, он не удивился и воспринял вызов на встречу как обыденное дело. Надел только джемпер, потому что сгущались тучи и день был холодный. Сразу поехал… Чтобы скорее вернуться. А потом…

Сохань обвел глазами комнату. Хорошо обставленная, толстый, китайский ковер во весь пол, японский телевизор с магнитофоном, на тумбочке возле дивана магнитола «Шарп» – одно это стоит сумасшедших денег. А сервант, заставленный хрусталем и севрским фарфором. Неплохо устроился директор базы на свои «скромные» доходы. Наверное, из так называемых «деловых», которые не считают денег.