Катя.
Она не знала, что теперь и думать об этом несносном мажоре. Девушка всю ночь почти не сомкнула глаз, ругая себя, что написала Максу, но как обычно не смогла пройти мимо того, кто нуждается в помощи. Вот только оказалось, что у Макса тоже есть сердце. И, может, он небезнадежен?
Погрузившись в размышления, Катя погладила нового питомца и быстро попрощалась с подругой. Ей сегодня снова нужно было навестить отца в больнице. Едва девушка сделала несколько шагов по дорожке, как натолкнулась на припаркованный «Порше». Рядом, облокотившись на капот, стоял Макс.
— Подбросить тебя куда-нибудь? — спросил он.
— Не надо, — растерялась Катя. — Мне недалеко.
— Да брось, — отмахнулся молодой человек. — Ничего не хочу сказать плохого про ваш приют. Уверен, что там работают замечательные люди, но расположен он на отшибе. Наверняка до метро очень далеко и автобусы не ходят.
— Ну, — замялась девушка, — если только до метро.
— Как скажешь, — улыбнулся Макс и галантно открыл ей дверь автомобиля.
Катя с сомнением опустилась на кожаное сиденье и пристегнулась ремнем. Она обвела взглядом роскошный салон: здесь все говорило о богатстве ее владельца.
— Начало нашего знакомства оказалось неудачным. Я повел себя как полный болван, но ты мне реально очень понравилась, — произнес Макс, плавными движениями выруливая на проезжую часть. — Предлагаю об этом забыть и начать заново. Что скажешь?
[1] Выдуманное название лекарственного препарата.
Глава 12
Выйдя из дверей больницы, Катя с удивлением наткнулась на ожидающего ее Макса. Парень вопреки ее словам, что она прекрасно доберется на метро до любой точки Москвы, подвез девушку аккурат по нужному адресу.
— Ты все время был здесь? — спросила она, подходя ближе.
— Нет, — на губах Макса заиграла лукавая улыбка. Во время разговора он держал руки за спиной, словно что-то скрывал от нее. Когда Катя оказалась совсем рядом, он вручил ей необычный алый цветок в ярко-красном горшке. — Антуриум в кашпо с автополивом, — пояснил парень, прочитав этикетку. — Мы же выяснили, что ты не любишь только срезанные цветы?
— Д… да, — смутилась Катя, прижимая к себе горшок. — С… спасибо… Ты съездил за цветком специально для меня?
— А для кого же еще? — теперь, казалось, настал черед Макса смущаться. Он взлохматил волосы растопыренной пятерней, а потом принялся тщательно их приглаживать. Катя прыснула от смеха, найдя это комичным. Макс растеряно замер, будто не поняв причину смеха, а затем широко улыбнулся. — Мне нравится, когда ты смеешься, — сказал он.
— Извини, — девушка приложила ладонь ко рту, — не хотела тебя обидеть.
— Никаких обид, — молодой человек широко развел руками. — Куда ты теперь?
Катя растеряно повела плечами. Планов у нее больше не было. Она думала задержаться в палате у Сергея Владимировича, но у того должны были начаться процедуры.
— Домой, наверно, — призналась она.
— Тогда давай, я отвезу тебя, — предложил Макс. — А потом поеду в офис. Обещал отцу летом больше уделять внимание работе, но так хотелось отдохнуть после экзаменов.
— Ой, что ты! — начала отказываться Катя. — Я на метро доберусь.
— С цветком? — по-доброму усмехнулся Макс. — Не выдумывай. Идем. В больнице у тебя кто-то лежит? — спросил он чуть позже, когда они ехали в сторону Измайловского парка.
— Папа, — вздохнула девушка, держа на коленях горшок.
— А что с ним? — в голосе Макса слышалось неподдельное участие.
— Инфаркт… Понимаешь, — Катя сама не могла понять, почему ей так захотелось выговориться перед ним, — он же у меня такой, за всех переживает. У меня мама не такая. Нет, она тоже за всех переживает, но она умеет… — девушка замолчала, подбирая слова, — дистанцироваться, что ли, а папа нет. Он у меня инженер по технике безопасности, а у них на заводе приняли нового сотрудника, молодого парня, такого безалаберного! Слов нет! Инструкции не соблюдает совсем! Сколько его уже штрафовали — без толку! В общем, полез он к станку… и… короче, их обоих увезли в больницу. Парня в хирургию пришивать оторванные пальцы, а папу с приступом в кардиологию.
— Ого! — Макс присвистнул. — Сочувствую.
— Да уж… — Катя снова вздохнула. — Теперь ему грозит увольнение. Это же была его зона ответственности.
— Если он каждый раз грамотно составлял бумаги, то никакое увольнение ему не грозит, — пожал плечами Макс. — Ну, или придется готовиться к судебному разбирательству. Обычно суд встает на сторону работника.
— Не будет он ни с кем судиться, — отмахнулась Катя. — Ему не до этого. Зачем ему лишняя нервотрепка? Ему о себе думать надо, здоровье свое восстанавливать.
Макс снова пожал плечами: какое ему вообще дело до проблем с работой и здоровьем Катиного отца? Но вслух сказал совершенно иное:
— Конечно, здоровье ничем не заменишь, — у него чуть зубы не свело от такой заезженной фразы, и он сделал вид, что сосредоточен на дороге.
Сегодня Макс был доволен собой. Сначала как по нотам разыграл партию с подобрышем и помощью приюту, а потом с этим цветком в горшке. За цветком ему пришлось съездить самому в цветочный магазин, поскольку Инесса была занята на совещании. Стоял как дурак посреди этого разнообразия, а потом просто выбрал самый яркий, который попался ему на глаза.
Борис Максимович орал на него с самого утра, требуя явиться в офис, а какая ему работа после ночного клуба? Надо будет хотя бы к вечеру появиться в компании.
Макс бросил взгляд на сидевшую рядом девушку. Красивая. Но какая-то незаметная. Не будь того случая в доме Андрея, Макс бы не обратил на нее внимания. Тогда она весь день бросала на него красноречивые взгляды, а потом уединилась в гостиной. Что бы подумал любой нормальный мужчина на его месте? Это-то он и подумал! Только не учёл того, что Катя оказалась совершенно неискушенной в любовных играх. Макс досадливо поморщился: и надо было ему увлечься такой простушкой. Все равно его интерес испарится ровно в тот момент, когда Катя окажется в его постели и станет всего лишь очередной галочкой в списке его побед, чьё имя он вскоре даже не вспомнит.
— Почему ты больше не появляешься на гонках? — спросил Макс, нарушив установившееся неловкое молчание. — Твою подругу я часто вижу.
— Честно сказать, мне там не понравилось. Много шума, много пыли и выхлопов, — призналась Катя. — Я лучше дома с книгой…
— Ты, значит, домашняя девочка? — Макс постарался, чтобы в его голосе не было слышно иронии.
Ведь кто такие домашние девочки? Тихони, живущие в своих грезах, ждущие принца из сказки. Он и станет для неё таким же принцем, чтобы разбить ей розовые очки. Чем раньше эта дурочка поймёт, что жизнь это не сказка, тем лучше для неё.
