Ну спасибо!»
К счастью, хозяйка не стала развивать тему, а хозяина интересовало другое.
– А скажи-ка мне, Даг, почему у тебя вся куртка в крови?
Райли никак не прореагировал на «Дага», уплетая кашу за обе щеки, пришлось Эвелине пнуть его под столом.
– На нас в лесу напали разбойники, – сказала она правду. – Главарь у них такой мелкий, тощий, а бородой зарос до самых бровей. Все деньги забрали.
– Опять Заморыш вышел на дело, когда его уже к ногтю прижмут! – проворчал мужик.
– Как вы живы-то остались! – всплеснула руками женщина. – Он ведь никого не щадит!
Райли приосанился и распрямил плечи.
– Нет больше Заморыша! – сказал он. – И банды нет. Только один успел сбежать.
– Это ты, что ль, с ними расправился?
Вся семейка с уважением уставилась на статную фигуру гостя.
– А кто же!
Эви покачала головой: «Ну Райли, ну хвастун! Хорошо, что ты не помнишь, как тебе под ребра вонзился нож!» А вот Эвелина отлично помнила окруживших их разбойников, ужас, отчаяние и свою беспомощность. Если бы не демон – не было бы у них шансов выбраться из этой передряги. Эви вдруг ощутила странное: ненависть к краснорожей лягушке никуда не делась, но к ней примешалось что-то вроде уважения. Дегар Тэшш – враг. Но сильный враг, достойный.
«Достойный? Что за бред? От усталости, не иначе!»
Мейджи вскочила из-за стола.
– Стемнеет скоро, пора делом заняться, – ответила она на изумленные взгляды.
Волновалась, что резерва не хватит на все оговоренные услуги, но, к счастью, чирей у мальчонки лопнул сам, горшков у хозяйки набралось всего три, а у Чернявки обнаружился гнилой зуб, он и не давал кошке покоя, однако поддался на простенькое заклятие исцеления.
Дольше всего пришлось возиться с мышами. Упорные тварюшки оказались! Эви с ними и так, и этак. Из избы гнала – не идут. Снаружи выманивала – не выходят. Сто раз вокруг домика обежала, всю голову сломала, какое заклинание применить.
Райли в это время сражался с дровами. Тюк – бревно отскочило, чудом не заехав королю в лоб. Тюк – топор намертво застрял в колоде. Бедняга вспотел, но старался изо всех сил.
– Да-а, – протянул хозяин. – Вон как дрова-то тебя одолели. Это тебе не с татями сражаться!
Эви, пробегая мимо, щелкнула пальцами – наложила чары на топор. Теперь Раулар не промахнется! А у самой пара единиц всего осталась. Эх, мыши-мыши, что же вы так подводите!
К счастью, вспомнила о мышегонке – зелье, чей запах серые вредители не переносили. Еще полночи его варила под восхищенными взглядами ребятни. Они вызвались добровольными помощниками, бегали по поручению Эвелины то за коровьим навозом, то за глиной, то за шерстью рыжего кота. Зелье получилось забористое! Не то что мыши, хозяева едва не сбежали!
Мейджи внесла финальный штрих – небольшое заклятие – и протянула опешившей хозяйке горшок, полный коричневой массы.
– По три капли в углы – и забудете про мышей. На несколько месяцев хватит!
Только под утро Эви и Райли определили на ночлег в сараюшку, продуваемую всеми ветрами. Они закопались в прелое сено, прижались друг к другу, стремясь согреться. Вторая ночь вне замковых стен… А сколько их еще впереди?
Несмотря на усталость, Эвелина долго не могла уснуть. Примостила голову на грудь Раулара, слушала его сонное дыхание: короля почти сразу сморил сон, а сама все думала о камнях и разглядывала Арканар с искрой непонятной магии внутри.
Глава 8
К Фоссу – городку на границе с Верикией – добрались только через три дня. Эви и не подозревала, что путь пешком занимает столько времени.
К тому моменту, когда король и его артефактор зашли в городские ворота, выглядели они настоящими оборванцами. Райли был без куртки, в одной рубашке, благо весна вошла в полную силу: деревья покрылись листвой, солнце просушило землю.
Куртку пришлось продать, чтобы купить еды. В селении Рок, где Эви надеялась подработать, служил свой постоянный магистр. Пришел сюда двадцать лет назад, так и остался. И людей лечил, и скотину, бытовую магию знал неплохо, а что еще нужно простым селянам. Да и привыкли к нему.
Мейджи, как и положено по уставу, заняла место в ярмарочном ряду на площади, развернула диплом, выложила на прилавок. Вот, мол, практикующий маг, жду заказов. Райли стоял рядом, поигрывал мускулами. Изображал помощника. Магистры иногда нанимали подручных – вещи носить, от зевак ограждать, договариваться о ночлеге.
Селяне косились с любопытством, но ни один не подошел, пока сердобольная старушка не сжалилась над поникшей Эвелиной:
– Туточки свой магистр есть, давно уж. И берет недорого. Яичками, курочками. Только зря теряешь время, детка.
Эви собиралась сказать, что и она вовсе не против взять оплату яйцами, но Райли схватил диплом – едва не порвал, свернул и сунул в руки мейджи.
– Знали бы они, с кем разговаривают! – процедил он сквозь зубы. – Они тебя недостойны!
– Но… деньги…
– Я все решу!
Тогда и сдали куртку в лавку старьевщика. Добротную, из дубленой кожи, с металлическими заклепками куртку когда-то сшили на заказ. Она не боялась ночной сырости и пронизывающего ветра. Хозяин лавки сразу смекнул, что сделка выгодная.
– Три серебрушки!
– Ты знаешь, сколько она стоила?
– Стоила! Раньше! А сейчас – три монеты или идите в следующее село.
Райли рванул пуговицы так, что они едва не отлетели, бросил куртку на прилавок. Брезгливо принял от мужчины три захватанных серебрушки.
Зато с каким удовольствием Эвелина уплетала горячую картошку из бумажного кулька! Они купили ее тут же, на углу улицы, у разносчика. Тот выловил черпаком из жестяного бидона, над которым курился пар, пять желтых, точно слитки золота, картофелин. Щедро посыпал зеленым луком и сбрызнул маслом. Эви подумалось, что она в жизни не ела ничего вкуснее. А Райли один клубень целиком запихал в рот, обливаясь отваром.
Последнюю ночь провели в лесу у костерка. Долго не могли уснуть, смотрели на языки пламени и почти не разговаривали. Райли время от времени подбрасывал в огонь хвороста, шевелил угли веткой, чтобы сильнее разгорелись.
Эви показалось, что алый камень рядом с костром тоже налился яркостью. Будто ожил. Просто воображение, конечно…
– Что ты там увидела? – не выдержал Раулар. – Зачем ты на него уставилась?
Он-то всегда поглядывал на перстень, ставший причиной всех его несчастий, с неприязнью.
– Думаю, надо бы завязать тряпкой, – пожала плечами Эвелина. – Как бы не позарился никто…
– Да, да… Конечно…
Райли сделалось совестно. Он подсел ближе к подруге, обнял за талию и примостил голову ей на плечо. Защекотал теплым дыханием шею. Всегда так делал, когда набедокурит. Подождал, не начнет ли Эви вырываться, как обычно, когда бывала не в духе. Она и огреть могла, в шутку, конечно. Тогда Райли пыхтел и отсаживался. Но сейчас Эви расслабленно откинулась, оперлась на его грудь. Ее разморило от тепла и усталости.
Райли отогнул сзади воротник пальто Эвелины и осторожно поцеловал полоску кожи
