Золотые львы на территории Запретного города
Тем же служанкам при дворе, кто хорошо справлялся со своими обязанностями, платили ежемесячную зарплату — около 20 лянов. За провинности зарплату снижали, иногда в несколько раз, вплоть до 4 лянов. Служанки работали посменно — один раз в трое суток, некоторые один раз в пять суток по определенной очереди. У них тоже была возможность быть «осчастливленными» Сыном Неба до двадцатилетнего возраста. Если этого не происходило, то тех, кому было за двадцать, возвращали домой и, понятное дело, они уже больше не имели шансов выдвинуться при дворе.
Впрочем, далеко не всем служанкам выпадало счастье быть просто выставленными за ворота и отправленными домой. Многие умирали от тяжелой работы и плохих условий или были убиты. Потом их тела сжигали в общих так называемых «колодцах». Один из самых больших колодцев находился в 5 ли (2,5 км) за городскими воротами Фучэнмэнь г. Пекина. Это место, которое превратилось в «кладбище» дворцовых служанок, называли «Гунжэньсе». Вот что рассказывалось о «Гунжэньсе» в китайских хрониках: «Все незнаменитые служанки дворца не погребались в отдельных могилах — их трупы сжигали внутри колодца… Там есть две ямы, стены которых выложены кирпичом; на небольшом домике — пагода. Колодцы сверху покрыты каменными плитами, на них имеются небольшие отверстия, через которые в колодец проникает воздух».
Только в конце правления Цзяцзин старшим служанкам дворца Сына Неба стали разрешать покупать землю для своей могилы. Если они не желали, чтобы их труп предавали огню, им предоставлялась возможность быть похороненными в земле.
Служанки танского двора. Настенная роспись гробницы танской принцессы Юнтай
С определенной точки зрения, обязанности наложниц можно было тоже считать работой, как и обязанности служанок. Наложницы не только должны были всячески ублажать императора, за ними во дворце закреплялись и обычные бытовые обязанности. Так, во время правления Сяньфэна они выращивали шелковичных червей, шили одежду, обувь и головные уборы для придворных, готовили духи и различную косметику для дворцовых дам. Они же вместе с евнухами отвечали за убранство императорских покоев, за подготовку банкетов и т. п.
Когда будущая императрица Цыси впервые появилась во дворце в звании наложницы, ей платили в год около ста пятидесяти лянов серебром, т. е. примерно четыреста американских долларов по курсу тех лет. А накануне смерти в качестве императрицы ее ежегодные доходы составляли почти десять миллионов долларов — то есть вдвое больше, чем у любого китайского императора.
Обычно наложницы находились во дворце Сына Неба до 20–22-летнего возраста, после чего, если они оказывались бездетными, их просто выгоняли. Они жили в специальных помещениях, за ними строго надзирали евнухи дворца. За нарушение установленных правил и распорядков наложниц в лучшем случае изгоняли из дворца Сына Неба, а в худшем — казнили.
Как уже упоминалось, гаремы были не только у императоров. Уже в Древнем Китае в среде высшей знати часто практиковался сорорат — когда вместе с невестой в дом мужа ехала ее младшая сестра или племянница в качестве своего рода заместителя жены, наложницы. Кроме того, достаточно типичными были гаремы из ряда жен и наложниц.
Вообще положение женщины в гареме влиятельного китайского аристократа не было столь приниженным, как, скажем, в гареме турецкого султана. А женщины из правящего дома имели немалое политическое влияние и порой активно вмешивались в дела государства или удела, не говоря уже об упоминавшихся интригах, которые чаще всего тоже имели политический характер.
Женщины делают шелк. Начало XII в.
Женская борьба за власть
Как мы уже убедились, наложницы и фаворитки императора не всегда исполняли исключительно роль, отведенную им в покоях Сына Неба. Они активно боролись за власть, стремились либо сами стать императрицами, либо сделать наследниками престола своих сыновей. И история Китая предоставляет нам множество примеров, демонстрирующих это.
Так, императрица Ху-тайхоу (ее собственное имя было Ху Чунхуа) была вначале любимой наложницей императора Сюань-уди (483–515 гг.). После смерти Сына Неба на престол вступил сын наложницы Сяо Минди (510–528 гг.), а сама она получила титул императрицы. Поскольку новому императору было всего восемь лет, то дела управления оказались в руках его матери. Этому попыталась воспрепятствовать главная жена покойного императора — императрица Гао-хоу. Но войска, поддерживающие Ху-тайхоу, оказались сильнее, и императрица Гао-хоу была схвачена и пострижена в монахини.
Согласно официальной хронике, новая императрица была крайне разнузданна и жестока, она самодурствовала и транжирила деньги, опустошая государственную казну. Будучи ревностной приверженкой буддизма, Ху-тайхоу тратила колоссальные средства на строительство буддийских храмов и монастырей, разоряя казну и увеличивая поборы с народа. Ее действия провели к восстанию шести воинских гарнизонов. В 520 г. подросший император арестовал мать-императрицу и посадил ее в заточение. Но в 526 г. Ху-тайхоу удалось освободиться и перебить всех своих прежних недоброжелателей. В 528 г. и сам молодой император — ее сын — был отравлен ядом, подсыпанным в вино. На престол формально был возведен трехлетний правнук императора Тай Уди, правившего в 423–452 гг. Этот переворот послужил побудительным мотивом для восстания, поднятого полководцем Эр Чжужуном. Его войска в 528 г. взяли столицу, императрица и ребенок-император были схвачены и утоплены в реке Хуанхэ.
Буддийский храм в Китае в Тунли
А вот другой пример жестокой конкуренции. У Цюя, правителя Гуанчуани, были две любимые жены, которых звали Ван Чжаопин и Ван Диюй. Когда он заболел, наложница по имени Чжаосинь ухаживала за ним и снискала его благосклонность. Однажды, когда князь вместе с Диюй отправился на охоту, он обнаружил в рукаве своей жены кинжал. На допросах с применением розг Диюй созналась, что они с Чжаопин замыслили из ревности убить Чжаосинь. Цюй допросил Чжаопин, и та после жестоких пыток каленым железом призналась в заговоре. Тогда князь призвал всех трех женщин и собственноручно отрубил Диюй голову, после чего приказал Чжаосинь убить Чжао-пин. Он объявил Чжаосинь своей главной женой.
Позже та испытывала ревность к наложнице Тао Ванцин и оклеветала ее, заявив, что последняя предстала обнаженной перед художником, который рисовал ее портрет. Когда же вскоре после этого она обвинила Ванцин в прелюбодеянии, князь, поверив, приказал высечь провинившуюся розгами, а другим женщинам гарема колоть ее раскаленными иглами. Несчастная бросилась к колодцу, чтобы покончить с собой, но Чжао-синь велела ее схватить и сама убила, воткнув металлический прут ей во влагалище. Затем она отрезала нос, язык и губы своей жертвы, а труп велела сжечь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
