Господин Саолири, — Быстров крепко затянулся и, выпуская дым, тут же втянутый потоком воздуха в решетку, сказал: — давайте на чистоту. Согласитесь, вам выгоднее доверять мне, чем что-то замалчивать. Я догадываюсь, какая важная штука стояла на корвете: секретная система, позволяющая вычислять перемещение кораблей в гиперслоях. Так?
Сжав плотно губы, пристианец смотрел на землянина, черными непроницаемыми глазами. На его суровом лице не дрогнула ни одна мышца.
— Вы этого не можете знать, — шипящим голосом сказал герцог.
— Но я могу делать выводы. «Хорф-6» безошибочно находил нас после гиперброска три раза. Наводкой по туннельной связи такое чудо объяснить нельзя — получается нестыковка по времени.
— Допустим, в распоряжении Роэйрина имелось нечто подобное, — отозвался пристианец.
— Информация об этом могла попасть к Милько? Например, через Флаосара или высоких чинов флота, бежавших с Присты?
— Через Флаосара однозначно нет — он деспот, реакционер и сволочь, но не предатель. Через офицеров флота тоже маловероятно — о существовании этой системы знали единицы, и все они нам подконтрольны. А вы, капитан, делились своими догадками с Ариеттой?
— Нет, — Глеб покосился на техника в синей форме, появившегося у лифта и исчезнувшего за тяжелой дверью.
— Вы убедили меня — вам следует знать больше. Признаться, я давно доверяю вам. Я бы рискнул довериться вам, даже когда вы были с Олибрией и не разделяли мои с Флаосаром взгляды. А теперь нас связывает общая цель… Почему бы нет, капитан Быстров, — Саолири втянул ноздрями табачный дым, поморщившись продолжил. — На корвете находилось экспериментальное устройство наблюдения за турбулентностью девз-потоков. С его помощью можно вычислить как направление гиперброска чужого звездолета, так и обнаружить его след в гиперслоях. Наша секретная машина разработана недавно и называлась она «Око Арсиды».
— Ого! — Быстров усмехнулся. — Видеть след чужого корабля в гиперслоях — серьезное преимущество. Если эта вещь попадет к Милько, будет нехорошо. Также нехорошо, как если бы ей завладели Кохху.
— Слушайте дальше, — Саолири терпеть не мог, когда его перебивали. — Систем типа «Око Арсиды» было создано несколько. На всех, кроме установленной на «Хорф-6» и «Хорф-3», закладывалось устройство самоуничтожения, срабатывающее в случае захвата корабля, его крушения и попытке взлома управляющего блока. До отлета с Присты мы с Ольгером отдали тайную команду на ликвидацию систем «Око Арсиды» на имперских кораблях, а офицеров, знакомых с ней, сумели перевести на Мрилион. Центр, где наши ученые занимались «Оком» прекратил свою деятельность еще раньше — едва императрица предала Детям Алоны планеты за Полисаей, герцог Флаосар поторопился нанести удар крейсером «Греснар» по этому центру. За несколько следующих дней агенты Флаосара разыскали и убили всех ученых, причастных к проекту «Око Арсиды». Мы рассчитывали восстановить схему по образцу, находившемуся на «Хорф-3» — корвету, идентичному кораблю Роэйрина, восстановить и начать производство для маленького флота на Мрилионе. «Око Арсиды», как вы понимаете, дало бы нам серьезное преимущество против кораблей императрицы и даже пирамид Детей Алоны. Однако «Хорф-3» ушел за кораблем проклятых Детей. Тогда представился редкий случай, следуя за черной пирамидой в гиперслоях, найти их логово — звездную систему Эльвы, и герцог Ольгер решил рискнуть. Увы, наш корвет-охотник не вернулся, от него до сих пор нет никаких сообщений по туннельной связи. Скорее всего, он погиб.
— И найти начинку корабля Роэйрина — единственный способ восстановить «Око Арсиды», — подытожил Быстров. Зажав пальцами сигарету, истлевшую до фильтра, он стряхнул пепел и спросил: — Герцог, вы готовы пойти на конфронтацию с Милько? Ведь кто знает, до чего там докопалась «Холодная Звезда», и в какие отношения нам придется вступить с ней на Земле.
— Мы слишком слабы, чтобы наживать себе врагов. Но без «Ока» мы просто ничтожны.
— Тогда, надо его искать, — Глеб повернул браслет на запястье и заметил: — Наш катер вылетает через пятьдесят шесть минут. Я буду его искать. Не для того, чтобы угодить вам, а ради уцелевшей части дорогого мне мира. Пожелайте мне удачи.
— Капитан, вы помните нашу мимолетную встречу в саду перед замком Олибрии? В тот последний ее день, — пристианец с каким-то затаенным смущением взглянул на землянина.
Быстров слабо кивнул.
— Я сожалею, что не остановился тогда, чтобы поговорить с вами. Мне следовало бы догадаться, что графиня направит вас на Сприс. Следовало вернуться в замок и, переборов сомнения, начать разговор о наследнице. Честный разговор, которого мы все сторонились. Тогда бы все было по-другому. Сейчас, конечно, бессмысленно рассуждать о наших упущениях и ошибках — не наделать бы новых. Да прибудет с вами дух Оро! Я очень рассчитываю на вас, капитан, — проговорил герцог.
Он медленно подошел к землянину и по древнему пристианскому обычаю приложил ладонь к его груди.
* * *
Кэорлан все-таки убедил Быстрова воспользоваться катером с «Тирату». У этой машины класса «Керста», похожей на бескрылую пчелу, имелся ряд преимуществ: улучшенные ходовые качества, более мощное вооружение и отличная защита. А главное на ней стояла одна из самых продвинутых систем оптической невидимости: наноинженерное покрытие, контролируемое бортовым компьютером, идеально маскировало космолет в условиях планет с негорячей атмосферой.
Вместе с катером, отданным Быстрову, ангары эсминца покинули три аналогичные машины. Они должны были исследовать места падения обломков в Якутии, в Северной Корее и под Харбином. На космолетах находились небольшие десантные группы Серебряных Птиц, но высадка их предполагалась только в случае крайней необходимости: если потребуется вызволять кого-то из экипажа «Хорф-6». Основной целью этой тройки была детальная разведка с небольшой высоты. Тем временем главный компьютер «Тирату» фильтровал доступные потоки радио и телеканалов с Земли, отслеживая любую информацию по разбившемуся корвету, а несколько специалистов под началом старшего офицера Расэйса пыталась считать и расшифровать данные с закрытых сетей России и Китая.
Пройдя над Украиной Глеб взял курс на Москву и начал снижение. Три катера, пилотируемые пристианцами, на скорости двадцать тысяч километров в час ушли дальше на восток. Для земных радаров они были также невидимы, как космический ветер.
— Мне кажется, Арнольд обиделся, — сказала Ивала, придвинувшись к Быстрову и глядя на стремительно меняющийся ландшафт внизу. — Когда я помахала ему рукой, у него были такие печальные глаза.
— Я же объяснял: с внешностью «терминатора» ему в Москву противопоказано. А с чего такая забота о нашем железном друге? — Глеб заметил, что прежние эпатажные отношения галиянки к андроиду все ощутимее переходят в симпатию и даже влечение.
— Нравится он мне. Хороший мужчина. Озорной и искренний.
— Как я? — выходя из слоя облаков, Быстров включил систему невидимости.
— Как Сашка Шурыгин. Попробую вызвать его еще раз, — Ивала коснулась пальцем чешуек браслета и отыскала нужных код. Устройство связи тонко пискнуло, посылая сигнал.
Ответа не было. По-прежнему не было, хотя и Глеб и Ваала, пытались выйти на Шурыгина несколько раз на «Тезее» и на «Тирату».
— Я
