ответила толстуха.
Константин Юрьевич поднялся. На нем был одет видавший виды серый костюм, который не сочетался с черными сапогами. Расстёгнутая рубаха на груди.
– Ну и кто ты? Как здесь оказалась в таком наряде?
Константин Юрьевич пальцами потянул за ткань ажурного лифчика. Карина Карловна инстинктивно вмазала ему хлесткую пощечину.
– Вот это мне нравится – улыбнувшись, сказал он.
– Можешь идти Агафья и смотри мне, чтобы на вечерней поверке все было в ажуре.
– Так с этой, то что? – не спешила покидать кабинет Агафья.
– Разберемся – ответил Константин Юрьевич, взяв Карину за подбородок.
– Я не понимаю ее вносить в список на трудотерапию или что? – Агафья, отошедшая к двери, никак не унималась.
– Ты что дура или как? Куда ты будешь ее вносить, не зная фамилию, имя – не сдерживаясь, зарычал Константин Юрьевич.
– Так номерок в ведомость поставить, то можно.
– Поставь номерок – произнес Константин Юрьевич.
Агафья, с трудом просунувшись в дверь удалилась.
– Начнем – сказал Константин Юрьевич.
Карина Карловна молчала, Константин Юрьевич прохаживался возле нее, не предлагая ей сесть. От него исходила странная энергетика, имеющая в себе что-то дикое. Смерть и страсть, власть и безумие. – ‘’Вот это мужик‘’ – проскочила в голове Карины Карловны мысль, несмотря на то, что она уже тряслась от страха, подобно чахлому кустарнику на холодном и сильном ветру.
– Фамилия, имя – я жду.
– Бурштейн Карина Карловна – прошептала Карина, не узнав своего голоса
– Зачем послана сюда, когда и кем?
Голос Константина Юрьевича наливался смертельным металлом, глаза блестели возбуждённым нездоровьем. Карина Карловна проглотила язык, впялила глаза в одну точку. Константин Юрьевич вытащил из полочки стола черный пистолет
– Ну! – резко наставил его на Карину Карловну.
Ей показалось, что уже раздался страшный звук и ответной реакцией, стала теплая моча, побежавшая по колготкам, после чего сделавшая небольшую лужицу на полу. Константин Юрьевич громко рассмеялся.
– Это хорошо. Прямо здорово, так быстро мы описались Бурштейн Карина Карловна.
После этого позора, в глазах Карины Карловны все поплыло, затуманилось…
… – Карина Карловна с вами все в порядке?
Она стояла, прижавшись к изящным евро-панелям в коридоре, возле нее суетились девочки из отдела труда и заработной платы, не понимая, что произошло с всемогущей директоршей.
– Нормально, уже нормально.
Прошептала Карина Карловна. Она хотела пойти, но ноги слушались плохо. Со страхом она посмотрела вниз, но, слава богу, лужицы с мочой не было. От этого Карине стало хоть малость легче.
Оказавшись в своем кабинете, Карина Карловна тут же нашла номер господина Смышляева. Ее голос, видимо, о многом поведал выдающемуся психологу, поэтому он велел ей приехать на прием в ближайшие часы. Сильно испугавшись, Карина Карловна не стала пренебрегать предложением и через полтора часа на такси приехала в клинику Смышляева.
Смышляев, заставил ее выпить какие-то таблетки сразу, даже еще не приступив к разговору.
– Вы слишком много работаете Карина Карловна. На благо своего предприятия, на благо нашей неувядающей родины. Извините, но у вас, по всей видимости, случился тяжелый нервный срыв. Он может вызвать такие сильные галлюцинации, такое бывает. Вам нужно отдохнуть, куда-нибудь съездить. Например на лазурный берег или что-то в этом роде.
– Но я не могу Иннокентий Иванович, ближайший месяц точно. Приезжает хозяин, сами понимаете.
Таблетки подействовали, Карина Карловна начала успокаиваться.
– Понимаю, понимаю – не меняя интонации, произнес профессор. Карина Карловна молча разглядывала обстановку кабинета, когда Смышляев продолжил.
– Все равно вам нужно отдохнуть и, как можно меньше напрягаться. Попьете таблетки, примите хорошую ванну, обязательно расслабляющий массаж. Отдохните от работы, хотя бы дня три, четыре. Все должно нормализоваться. Если что-то подобное повторится, то сразу ко мне. Будем принимать серьезные меры. Но я надеюсь, что до этого не дойдет.
Карина Карловна вышла от Смышляева уверенная в себе.
– Нервный срыв, страшно подумать, дожилась до нервного срыва – говорила она сама себе – Все к этому шло. Вкуса пищи не чувствовала, мужика в себе не чувствовала. Все от этой работы. Еще эти скоты постоянно ноют, чего-то хотят. Радоваться должны, что их паршивые дети с голоду не умирают. Ходят в разные детсады, которые строят им наши власти. Я бы им построила детсады и школы, в придачу с поликлиниками. На всю жизнь запомнили бы, как бы я им все это построила – Карина Карловна почувствовала наступающую нервозность, от этого испугавшись, попыталась успокоиться.
Она вытащила телефон и стала искать номер доктора Шабанеуса.
– ‘’Нужна хорошая разрядка, так это сюда‘’.
Самого доктора, Карина считала, кем-то вроде божества, и, когда говорила, уничижительным тоном, слово ‘’мужик’’, то это относилось ко всем остальным, кроме доктора Шабанеуса. Его она чувствовала в себе и еще, как чувствовала, минимум два-три оргазма были ей обеспеченны, если мэтр сможет уделить ей свое драгоценное время. Он мог и не встретится с ней, но по объективным причинам. Потому что время деньги, доктор дорожит своей клиентурой, и Карина у него далеко не одна. Но она не обижалась, приятное исключение, не мешало ей, а лишь подтверждало несносный характер.
Не успела Карина Карловна, что-то произнести, как последовал ответ.
– Карина слушаю тебя.
Она что-то мычала, жаловалась, как сильно изнемогла, перенервничала.
– Оставайся там, где находишься. Я сам приеду за тобой – с довольным смехом, сказал Шабанеус.
Карина Карловна посмотрела на свои часы отделанные бриллиантами. Время подсказывало, что у доктора, только, что закончился рабочий день. Значит, он приедет скоро. Внутри стало приятно от неподдельного внимания Шабанеуса к ней.
Он появился даже быстрее, чем она ожидала, сидя за столиком в какой-то небольшой кофейне. Шабанеус подошел неожиданно.
– Заждалась меня? – спросил он у Карины Карловны.
Не успела она ответить, как Шабанеус разродился очередной пошлой шуткой, на которые, он был большой мастер. Подойдя к сидящей Карине, почти вплотную, он засмеялся.
– Сяду на пенек, пососу свисток. В этот момент его свисток, находился действительно на уровне рта, сидевшей Карины. Она, смущенно улыбнувшись, потянулась длинными пальцами с красными ногтями расстегивать ширинку штанов Шабанеуса.
– Не здесь Карина, приедем тогда сразу. – сказал Шабанеус, галантно взяв ее за руку, чтобы вывести из кафе.
– Отпусти своего водителя. Поедем на моей машине, я сегодня сам за рулем.
– Я на такси – ответила Карина Карловна.
Им предстояло оказаться за городом в элитном поселке въезд, куда был возможен только по специальным пропускам. Там находился скромный домик Карины, одноэтажный величиной всего в десять комнат.
Приехав, Шабанеус сделал все, как и обещал. Не успели они оказаться в прихожей, как он усадил Карину на изящный стул ручной работы, чтобы она с наслаждением поработала сама. Служанка, прячась в подсобке, с огромной завистью в одном месте и с отвращением в непривычной к этому голове, наблюдала, как ее строгая хозяйка с аппетитом наслаждается явным непотребством, при этом издает неподдельные звуки от наслаждения и страстно шепчет почти мурлыкающе словосочетания.
Расслабуха пошла ей на пользу, отдохнув
