…Нам надо очень серьезно продумать вопросы в связи с 50-летием Советской власти и 100-летием со дня рождения В. И. Ленина. Словом, очень большая работа предстоит нам в этой области.
В отношении личности И. В. Сталина до конца жизни Андропов не разделял ни один из известных диаметрально противоположных взглядов по отношению к этому человеку: ни восхищенного, ни уничтожительного.
Он полагал, что «всем нам надо с этим глубоко разобраться», имея в виду необходимость очень выверенной, взвешенной исторической оценки.
Наверное, главным мучившим его вопросом был тот, что на протяжении десятилетий не имел ответа: как такое могло происходить в нашей стране?
Однако желанием разбираться с этой острейшей политической проблемой никто из его современников «не горел».
Многие мемуаристы отмечали, что Андропов отличался внутренней культурой, умом, жизненной мудростью, деловитостью и поражающей работоспособностью, принципиальностью и энергией. А также жизнерадостностью, жизнелюбием и юмором.
Знавший Андропова в неслужебной, домашней обстановке, имевший немало возможностей для общения в ней со своим пациентом И. С. Клемашев подчеркивал, что Юрий Владимирович был «человеком неуклонной принципиальности, необыкновенно чутким и деликатным, верным своим обещаниям и слову, всегда точным и аккуратным, дисциплинированным в личной и общественной жизни».
В немногие свободные часы и минуты, а рабочий график Андропова с 1967 г. был крайне напряженным, включал и субботы и воскресенья, — такова человеческая, личная плата за высокий пост государственного служения, предполагающий и величайшую личную ответственности за порученное дело! — Юрий Владимирович любил читать, слушать музыку. Любив театр, после назначения на пост председателя КГБ он стал избегать его посещения.
В моем восприятии, Андропов полностью соответствует понятию «солдат Партии», готовый самоотверженно, с полной отдачей трудиться на любом посту, который будет ему определен партией.
И таких дисциплинированных и исполнительных, нередко чрезвычайно талантливых «рядовых» и руководителей у партии в нашей стране в XX веке, как известно, было немало. Причем на различных уровнях: от колхоза и цеха, конструкторского бюро и министерства до ЦК КПСС.
Это были искренне преданные социалистической идее, своим идеалам люди, движимые в своей жизни именно духовными, идеалистическими мотивами и стремлениями.
И таких по своему нравственно-психологическому складу, по отношению к делу людей немало в мире и по сей день.
Другое дело, что предмет их веры, точнее глубоко персонифицированной личной убежденности, то есть основополагающая идея, идеи или идеология, у них могут быть различен.
Можно ведь быть убежденным гуманистом, а можно и шовинистом, интернационалистом или националистом, консерватором или поборником социального прогресса.
Андропов, подобно миллионам людей на планете, был убежденным коммунистом. И этим он завоевал уважение людей во многих государствах мира.
Таким был человек, 18 мая 1967 г. получивший внезапное назначение на пост руководителя ведущей национальной спецслужбы — Комитета государственной безопасности при Совете министров СССР.
В то же время оно однозначно свидетельствует о том, что руководство Советского Союза и прежде всего лично Л. И. Брежнев были уверены как в несомненной личной честности и порядочности, партийной принципиальности Андропова, так и в его немалых организаторских способностях вкупе с качествами эффективного руководителя. И эти ожидания полностью оправдались.
Председатель Комитета государственной безопасности СССР
Назначение Андропова на пост председателя КГБ при СМ СССР говорит и о его возросшем авторитете в глазах Л. И. Брежнева, других членов Политбюро ЦК КПСС, поскольку уже чуть более чем через месяц после этого назначения Юрий Владимирович также был избран кандидатом в члены этого высшего политического органа Советского Союза.
Вечером 18 мая 1967 г., после заседания Политбюро ЦК КПСС, принявшего решение о новом назначении Ю. В. Андропова, он был представлен руководящему составу КГБ при СМ СССР.
Хотя Ю. В. Андропов был и современником образования Комитета государственной безопасности при СМ СССР, и в качестве заведующего отделом и секретаря ЦК КПСС — одним из потребителей его информации, теперь ему предстояло гораздо глубже не только познакомиться с неизвестными советским людям сторонами его истории и деятельности… А еще — осмыслить их итоги, извлечь и понять уроки, сделать личные выводы для повседневного руководства подчиненными коллективами.
— Впечатление от знакомства с новым председателем, — вспоминал генерал-майор КГБ Н. К. Вакуленко, — было следующим. Внешне он выглядел богатырем: высокого роста, плотного телосложения, плечистый, с цепким пронзительным взглядом и несколько глуховатым голосом. На первый взгляд казался несколько суховатым и малоразговорчивым. Он всегда внимательно выслушивал собеседников, задавал уточняющие вопросы, постепенно втягивал их в обсуждение затронутых вопросов и выработку возможных вариантов решения. Был проницателен и быстро «раскусывал» того, кто хотел подстроиться под него. Провести его было чрезвычайно сложно. На подчиненных Андропов производил неизгладимое впечатление своими незаурядными качествами: эрудицией, интеллигентностью, находчивостью. Зарекомендовал себя исключительно требовательным, достаточно жестким, но в то же время справедливым руководителем. Льстецов и подхалимов в своем окружении не терпел, дифирамбов в свой адрес не допускал.
На новом посту Ю. В. Андропову предстояло обстоятельно проштудировать «Положение о КГБ СССР и его органах на местах», на протяжении многих лет, с 9 января 1959 г., являвшееся основополагающим нормативно-правовым актом, регламентирующим деятельность подчиненного ему ведомства.
Прежде чем познакомить читателей с основными его положениями, отметим следующее крайне важное обстоятельство, искаженная интерпретация которого часто ставится в упрек Ю. В. Андропову. Парадоксально, но факт, что многие авторы, даже весьма информированный в этом вопросе А. Н. Яковлев, позволяют себе говорить, что якобы Андропов «писал доносы в ЦК КПСС на «несогласных» с политикой партии». В отличие от других, акцентировавших внимание на этом обстоятельстве авторов, как раз академик А. Н. Яковлев, в силу своего прошлого должностного положения, не мог не знать, что Председатель КГБ действовал в строгом соответствии с существовавшей нормативно-правовой базой деятельности органов государственной безопасности, что лишь лишний раз свидетельствует о безукоризненно четком следовании Андропова должностным обязанностям.
Положение о Комитете государственной безопасности при Совете Министров СССР и его органах на местах гласило:
«1. Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР и его органы на местах являются политическими органами, осуществляющими мероприятия Центрального Комитета партии и Правительства по защите Социалистического государства от посягательств со стороны внешних и внутренних врагов, а также по охране государственной границы СССР. Они призваны бдительно следить за тайными происками врагов советской страны, разоблачать их замыслы, пресекать преступную деятельность империалистических разведок против Советского государства.
2. Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР образован на правах союзно-республиканского министерства.
Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР для выполнения возложенных на него задач имеет свои органы в союзных и автономных республиках, краях, областях, отдельных городах и районах, военных округах, соединениях и частях Советской Армии, на флотах и флотилиях Военно-морского Флота, в войсках МВД, на железнодорожном, водном и воздушном транспорте, а также пограничные и специальные войска.
3. Комитет государственной безопасности работает под непосредственным руководством и контролем Центрального Комитета КПСС».
В пункте 11 раздела «Кадры органов и войск государственной безопасности» Положения отмечалось:
«Комитет и его органы на местах должны подбирать в органы государственной безопасности людей, беспредельно преданных Коммунистической партии, социалистической Родине и своему народу, идейно стойких и в первую очередь из числа партийных, советских и комсомольских работников.
Работники органов государственной безопасности должны воспитываться в духе беспощадной борьбы с врагами нашей Родины, умения предотвращать преступления, выполнять свой служебный долг, не щадя своих сил, проявляя при этом решительность и инициативу. В органах государственной безопасности не должно быть места карьеристам, подхалимам и перестраховщикам.
