– Успокоилась полностью, сэр, – ответил «синий».
– Тогда вызывай транспорт…
– Есть, сэр, – ответил «синий» и, достав рацию, произнес в неё несколько непонятных слов.
Скоро по колее застучали колеса, и по параллельным путям к яме подъехала ещё одна вагонетка, нагруженная длинными тюками.
Вместе с вагонеткой прибыла многочисленная команда грузчиков в синих комбинезонах. Они стали быстро распаковывать поклажу.
– Хоуп! – позвал Пятьсот десятый, и капитан, оторвавшись от праздного созерцания, поспешил к начальнику.
– Нужно проследить, как будут меняться оптические характеристики воздуха, – пробубнил Пятьсот десятый. Сквозь затемненное стекло костюмной маски его лицо выглядело совсем не таким значительным, как в кабинете.
– Да, сэр, конечно, – ответил Хоуп и тотчас распахнул стальной чемоданчик. Он уже достал портативный дефрактор, когда услышал странные звуки и чуть его не выронил.
Капитан обернулся: в руках рабочих отчаянно бился живой человек. Бедняга был связан, закрывавшая рот капа не позволяла ему кричать, и он лишь мычал и пучил глаза, зная, что его ждет.
«Да это же девайс!» – догадался Хоуп, не в силах оторвать взгляд от ужасной сцены.
Вскоре девайса стали опускать ногами вниз в жирные складки грязи. Едва их коснувшись, абориген выгнулся дугой, но вдруг обмяк, позволяя топить себя дальше.
Когда беднягу отпустили и на поверхности субстанции остались торчать только его голова и плечи, получившая жертву яма активизировалась и грязь в ней начала сгущаться и подрагивать.
Лишь усилием воли капитан Хоуп заставил себя вернуться к своим обязанностям. Он посмотрел на показания дефрактора и неверным пальцем нажал кнопку «запись».
«Так вот о чем говорил мне сержант», – вспомнил Хоуп, глядя, как подергивается тело девайса, которое пробовали на вкус невидимые силы скважины.
Наконец последовал неожиданный для Хоупа рывок, и тело жертвы в одно мгновение исчезло, а грязь сомкнулась над ним с удовлетворенным чавкающим звуком.
Кто-то радостно засмеялся и зааплодировал. Остальные подхватили эти аплодисменты, шлепая одетыми в толстые перчатки ладонями. Звуки получались глухими и оттого какими-то жуткими, а существа в мешковатых костюмах напоминали стаю сошедших с ума пингвинов.
– Хорошо получилось – чисто! – этот голос принадлежал Пятьсот десятому. – Ты замерил показания? – спросил он, обращаясь к Хоупу.
– Да, сэр. Замерил…
– Тогда поехали дальше. Нам ещё сегодня четырнадцать скважин загрузить надо…
Вся группа расселась на прежние места, и вагонетки покатили дальше. Следом за ними двинулся транспорт катализаторной бригады, рабочие которой заботливо поправляли тюки, чтобы с ними ничего не случилось.
20
Возвратившись из долины, Хоуп ещё какое-то время сидел в хранилище защитных костюмов. Сержант Пэнтфилд, который ведал сохранностью и очисткой костюмов, отпаивал его отвратительным кофе.
Капитан-инспектор тупо пил безвкусную жидкость, пока ему не захотелось в туалет.
– Спасибо вам, сержант, – сказал он, поднимаясь со скамьи. – Вы вовремя меня поддержали.
– Ничего, сэр. Всегда рад услужить господину офицеру.
Хоуп подобрал свой чемоданчик и, кивнул на прощание, вышел в коридор, чтобы успеть в туалет. Там, возле самого удобного писсуара, расположенного у окна, он встретился с Пятьсот десятым.
– Что вы себе позволяете, Хоуп9! – недовольно произнес начальник промышленной зоны. – Вассерман уже сорок минут ждет результатов замеров, а вы как в гейзер провалились!
Упоминание о гейзерах вызвало у капитана подергивание левой щеки.
– Прошу прощения, сэр, но мне было не по себе и сержант Пэнтфилд отпаивал меня кофе, – признался Хоуп.
– Ах, ну да! – вспомнил Пятьсот десятый, застегивая брюки. – B{ же у нас в первый раз.
– Так точно, – подтвердил капитан и посторонился, пропуская начальника.
Тот остановился возле умывальника, пустил воду и задумчиво посмотрел в зеркало, где отражалось лицо немолодого урайца, страдающего невоздержанностью в еде.
– Давай отливай скорее и бегом к Вассерману. Мне интересно узнать, что он на это скажет…
– Есть, сэр.
Комендант ушел, и капитан Хоуп закончил свои дела в полном одиночестве.
«Наверное, я больше не смогу наблюдать за этими беднягами в бинокль», – подумал он, отсчитывая восьмую дверь от туалета – именно там в отделе «Планирования интенсивности» сидел капитан Бакс Вассерман.
– Привет, коллега, – поздоровался Хоуп и заискивающе улыбнулся. Вассерман выпучил на вошедшего свои рыбьи глаза и, не отвечая на приветствие, бросил:
– Давай.
Хоуп молча открыл чемоданчик и, вытащив из него дефрактор, взгромоздил прибор на стол Вассермана, зная, что его это взбесит.
– Мог бы сразу достать один концентратор!
– Извини… Одну минуту. – Хоуп выдернул за колечко пластинку концентратора и протянул её Баксу. – На, анализируй…
– Без тебя проанализирую. – Вассерман быстро сбросил показания в архивный раздел базы данных и вернул Хоупу устройство.
– Можешь убираться, инспектор…
«Ах вот в чем дело! Тебе моя инспекторская должность покоя не дает, червь,» – усмехнулся про себя Хоуп, а вслух сказал:
– Я не могу, Бакс, Пятьсот десятый ждет ответа…
– Тогда и ты жди, – скривился Вассерман и указал Хоупу на стул в самом дальнем углу помещения. – Кстати, – лицо Вассермана озарилось неожиданной улыбкой, – как тебе в первый раз?
– Плохо, – не стал кривить душой Хоуп. – Кстати, ты не знаешь, откуда их берут – случайно, не из той деревни, что возле лаборатории?
– Случайно не из деревни, – насмешливо проговорил всезнающий Вассерман. Ему хотелось оставаться таинственным и надменным, однако свойственная ему хвастливость брала свое.
– С побережья их таскают, чтобы здесь никаких волнений не было… – сказал он.
– Понятно… А какой в этом смысл, Бакси? Зачем этих несчастных ошпаривают в горячей грязи?
– Ты что, тупой? Они же и есть катализатор.
– Да уж я понял, что они – катализатор. Хотелось бы узнать научное обоснование…
– Это невозможно. – Вассерман отрицательно покачал головой, не прекращая долбать по клавишам узловатыми пальцами и поглядывать на экран, где росли и множились колонки бесчувственных цифр.
– Я понимаю – секретность. Бакс перестал вводить информацию, посмотрел с ухмылкой на коллегу Хоупа и сказал:
– Нет, не поэтому. Просто никакого научного обоснования этой технологии нет. Мы суем в грязь этих папуасов, а грязь дает нам кристаллы. Механизм срабатывает уже не одну сотню лет, а когда на Политехе и Суихабере попытались поэкспериментировать, две тысячи гейзеров просто-напросто умерли.
– Умерли! – повторил пораженный Хоуп, прижимая к груди чемоданчик.
– Вот именно. С тех пор о подобных вещах даже не заикаются.
Больше Вассерман не проронил ни слова. Он работал ещё с werbepr| часа, затем распечатал результаты и подал листок Хоупу.
– Вот, – сказал он. – Двенадцать из пятнадцати скважин заряжены на ближайшие полтора-два года. Три зарядки катализатора оказались неудачными. Это легко проверить – через десять часов гейзеры выбросят тела девайсов на поверхность… Ты чего, коллега?..
– спросил Бакс, видя, как пожелтело лицо Хоупа.
– Уже все нормально, – сказал тот и, глубоко вздохнув, через силу улыбнулся. – Я пошел к Пятьсот десятому.
21
Начальника промышленной зоны Хоуп застал в его кабинете – одного, без майора Кархарда.
– А, инспектор, – очнулся от своих мыслей Пятьсот десятый. – Ну что, Вассерман видел результаты?
– Видел, сэр.
– Какова была реакция?
– Чья реакция?
– Реакция Вассермана, конечно. Что он сказал?
– Он сказал, сэр, что в двенадцати случаях закладка катализатора прошла успешно, однако три других скважины исторгнут тела девайсов обратно…
– Ну и ладно, это хорошие результаты… Кстати, – Пятьсот десятый, тяжело отдуваясь, выбрался из кресла, – пойдем, у меня для тебя кое-что есть.
– Да, сэр, конечно, – покорно согласился Хоуп.
– Это здесь, в соседней комнате. Начальник толкнул дверь и радушным жестом предложил капитану войти.
– Ну как тебе? – спросил он, указывая на молодую рослую женщину с широкими плечами, массивными бедрами и соответствующим остальным частям тела бюстом.
– Я… – растерялся Хоуп. – Ну… на мой вкус она чуть великовата…
– Да я не об этом, капитан! Это же твой новый квантовый механик – лейтенант Элеонора Файвер. Рад?
– Ну конечно, – поспешно согласился Хоуп, глядя на румяную Элеонору.
– У нее, между прочим, солидный стаж экспертной работы в УРУ и… поощрения.
– Здравствуйте, сэр, – произнесла лейтенант Файвер и первой подала Хоупу руку. Тот ответил на рукопожатие и отметил, что оно у лейтенанта более чем крепкое.
