— Так нельзя, — настаивала Эмбер, даже не пытаясь ему помешать.
Он запустил руку ей под платье, и потерпевшая бедствие ткань соскользнула с ее плеча. Нежная мягкая кожа светилась в неровном свете очага.
— Однако мы это делаем, — заметил он.
Эмбер посмотрела на руку, касающуюся ее груди.
— Да, очень на то похоже.
Потом они поцеловались, медленно и восторженно. Они не спешили — ведь впереди была вся Ночь Ведьм. Рейнард оторвался от ее губ и в сумраке стянул через голову камзол. Мягкий свет огня озарил его тело. Он начал стаскивать штаны, но Эмбер его остановила.
— Сначала ты должен выслушать мою историю. Тебе вовсе не обязательно в нее верить, но я хочу, чтобы ты ее знал.
— Что ж, я не против, — сказал он, преодолевая нетерпение. Рейнард пытался понять, кто она такая, с того самого момента, как они встретились.
Если бы он знал, что таким способом добьется своего, то не стал бы столько ждать. Некоторых женщин необходимо затащить в постель, чтобы они решились открыть вам душу.
— Я обязана тебе жизнью, — сказала Эмбер, содрогнувшись при мысли о том, где могла бы провести эту ночь. — Но я не могу принадлежать тебе, если не буду честной до конца. Ты имеешь право знать, кто я такая. Мое имя Эмбер Монтана Дон. Я не ведьма. Я преподаю историю медицины в университете Монтаны, моя специальность — пандемии. Студенты называют меня доктор Дон. Но мне нравится, когда ты зовешь меня Эмбер.
— Чушь какая-то. — Хотя Рейнарду не терпелось овладеть женщиной, его тронула удивительная искренность Эмбер.
Он не мог просто кивнуть головой и приступить к делу.
— Наверное, так оно и звучит. Но я говорю правду. Я пришла из далекого будущего. Миновали тысячи лет, и люди начали интересоваться прошлым. В течение столетий мы изучали старые записи, производили раскопки древних городов и кладбищ, пытались понять тех, кто жил до нас. Наконец мы научились путешествовать со скоростью, превышающей скорость света, и теперь можем попасть в любую точку пространства-времени. Кто-то отправился в самые дальние уголки Вселенной. Другие, подобные мне, захотели увидеть то, что находилось рядом с домом — только очень давно, задолго до того, как мы появились на свет.
— Зачем? — Он действительно хотел знать.
— Познавая наше прошлое, мы познаем самих себя. Во всяком случае, так мне кажется. Однако сейчас я начинаю думать, что ошибалась.
— Ну, а я рад, что ты пришла. — Его рука скользнула по ее бедру, под платье, пальцы коснулись гладкой кожи. — Очень рад.
— Но я не должна ни в чем участвовать, — запротестовала она.
— Не участвовать? — Его рука остановилась на ее ягодицах, и Рей-нард осторожно притянул женщину к себе.
— Предполагалось, что я буду наблюдать, изучать, но оставаться холодной. Мне не следовало лечить детей, делать прививки целым семьям, рассказывать кому-нибудь, откуда я пришла, и... — Эмбер попыталась выскользнуть из рук Рейнарда.
— Но это же невозможно, — сказал он ей. Разве она могла находиться здесь и ни в чем не участвовать? Он вспомнил, как Эмбер смотрела на детей. — Особенно для тебя.
Эмбер вздохнула.
— Наверное, ты прав.
Она и в самом деле умудрилась нарушить все правила.
— Именно. — Рейнард свободной рукой стащил ее платье, а потом сбросил штаны.
Затем он притянул Эмбер к себе. Она удивленно ахнула, когда их обнаженные тела соприкоснулись.
— Но я еще не все рассказала...
Он остановил ее поцелуем. Теперь Рейнард знал ее историю и почти в нее верил. Все остальное, что может поведать преподаватель истории медицины Эмбер Монтана Дон, подождет.
III. Наместник-Инквизитор
Ночь Ведьм никогда еще не была такой чудесной. Утром Рейнар-да разбудил голос, говоривший на незнакомом языке. Он был похож на английский, но смысла Рейнард не улавливал:
— ...12,5 кликсов, направление НОЛЬ-ЧЕТЫРЕ-ТРИ, общее положение СП737584. Подбор...
Рейнард открыл глаза. Дневной свет заливал хижину дровосека сквозь открытую дверь и отверстие для дыма, проделанное в крыше над очагом. Он приподнялся на локте и увидел обнаженную Эмбер, которая сидела у двери и чинила порванное платье. Рядом на солнышке устроилась кошка, она говорила:
— ...остальное в 21:30, 27/8/46.
Увидев, что Рейнард проснулся, кошка вскочила и исчезла за дверью хижины.
Эмбер подошла к нему и поцеловала, заставив забыть о говорящей кошке. Он привлек женщину к себе.
— Но я еще не успела починить платье, — запротестовала она.
— Сейчас оно тебе не понадобится, — пообещал он. И оказался прав.
Потом она подняла платье с грязного пола и вновь принялась за работу. Все ее царапины и синяки исчезли. Даже вблизи Рейнард не видел никаких следов!
— А теперь расскажи о кошке, — попросил Рейнард. Эмбер с невинным видом огляделась по сторонам.
— Какой кошке?
— Той, с которой ты разговаривала.
— О, — губы Эмбер образовали почти идеальный круг. — Это кот. Он умный, но по-настоящему разговаривать не умеет.
— Но я слышал!
— На нем ошейник с видео — и аудиосвязью. Человек передает команды и разговаривает при помощи ошейника.
Рейнард почти ничего не понял.
— Так что же сказал этот кот?
Эмбер вздохнула и отложила платье в сторону. Ясные карие глаза пристально смотрели на Рейнарда. Ее голос смягчился:
— Он подтвердил, что меня будут ждать завтра вечером в нескольких милях к северо-востоку отсюда. Корабль, который умеет летать быстрее света, подберет там мою команду. Вот почему мне было необходимо перебраться через Сомму. Иначе я бы застряла в твоем столетии.
— Подберет?
— Вернет меня обратно — в мое время.
— Но почему?
Ведьма она или нет, но Рейнард не желал с ней расставаться. Когда его жена умерла при родах, боль была такой невыносимой, что он больше не хотел никаких близких отношений. Но Эмбер Монтана Дон не похожа ни на одну из женщин, которых он когда-либо встречал.
— Потому что моя миссия завершена. Наша команда возвращается в будущее. В наше время.
— Значит, я тебя больше не увижу?
Она протянула руку и погладила его волосы.
— Если только не отправишься со мной.
— С тобой?
— Такой вариант возможен. Кто знает, какое ты примешь решение, когда услышишь мою историю до конца. — Эмбер тяжело вздохнула, и он почувствовал, как напряглось ее тело.
— Такое впечатление, что ты собираешься нарушить еще одно правило?
— Самое главное! — Ее глаза наполнились слезами. — Да, я никогда не думала, что способна на это. Но ради тебя я его нарушу. Ты спас мне жизнь, рискуя собой. Ты заботишься даже о тех, кого не знаешь. Тебя интересуют жалкие крестьяне, чьи дома сжигает и грабит враг. Я уже не говорю об иноземцах, случайно оказавшихся на твоем пути. Вспомни валлийца, которого повесили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
