фонде Сибистпарта (ГАНО) сохранились очень интересные воспоминания И. В. Громова, на основе которых в 1966 году был опубликован компактный вариант[228], до сих пор сохраняющий большую значимость для исследователей. Однако сверка рукописи с опубликованным текстом наглядно показывает советскую тенденциозную редактуру: выброшены либо переписаны эпизоды, касавшиеся дезертирства героя из отряда П. Ф. Сухова, его острейших конфликтов с Е. М. Мамонтовым и рядовыми партизанами, откровенно криминальных способов добычи продуктов, оружия и денег, многочисленные свидетельства партизанского насилия и прямого террора.
Современные составители очень полезного документального сборника по истории Гражданской войны на Алтае, публикуя значительные по объему выдержки из мемуаров И. Я. Огородникова[229], не рискнули воспроизвести наиболее жуткие и вместе с тем информативные фрагменты (например, о расправах и «партизанских судах» над священнослужителями и пленными белыми, размахе грабежей и повседневных убийств), а ограничились отдельными эпизодами с «просто» жестокими сценами. Между тем малограмотный Огородников писал очень выразительно; его палаческая откровенность подкупает первобытной искренностью, поскольку он считал себя «правильным» партизаном, который уничтожал врагов с определенным разбором и был против откровенного садизма в расправах. Похожим образом рассуждали и другие известные повстанческие вожаки, например П. Ф. Федорец при оценке Рогова и роговцев или воевавший в Иркутской губернии К. К. Байкалов[230]. Интересно, что на рукописи мемуаров Огородникова оставил свои многочисленные сердитые пометки один из героев его воспоминаний, известный крайней жестокостью М. З. Белокобыльский, но при этом данные маргиналии касаются в основном некоторых политических оценок тех или иных лиц, а не жестоких и грабительских эпизодов[231].
Составители ценного документального сборника о дальневосточной политике РСФСР периода Гражданской войны ограничились воспроизведением минимального по объему фрагмента из протокола судебного заседания, на котором рассматривались зверства партизанского командира Я. И. Тряпицына[232]. Между тем протокол суда над тряпицынцами насыщен информацией и дает важные сведения о самочинных жестоких казнях, расправах над детьми, изнасилованиях, грабежах, позволяющие доказательно оспаривать мнения многочисленных современных апологетов тряпицынщины[233]. Вышедший 20 лет спустя в самом Николаевске-на-Амуре сборник документов[234] опять-таки далек от того, чтобы показать подлинную картину трагедии уничтоженного города, – формально документов о ней здесь не так уж и мало, но они – вместе с комментариями – даны с определенным сочувствием к революционеру Тряпицыну.
Следует отметить важность не так давно вышедших очень информативных мемуаров В. Н. Швецова – о партизанах Алтая, и С. А. Птицына – о тряпицынской эпопее в Сахалинской области[235]. В самые последние годы в ряде городов Сибири выпущены объемистые сборники партизанских воспоминаний, где сохранены подробности девиаций и террора со стороны повстанцев. Новое видение главных эпизодов истории шиткинских партизан на основе критического анализа известных публикаций предлагают сборники краеведческих статей и материалов, вышедшие в Красноярске и Тайшете[236]. Следует отметить недавно опубликованный в Иркутске сборник мемуаров восточносибирских участников Гражданской войны, наполненный очень информативным материалом, но полностью лишенный и научного аппарата, и какой-либо выверки текстов, из‐за чего в нем, помимо массы ошибок, оказались воспоминания, давно известные в печати (например, В. Г. Никольского)[237].
В очень ценном сборнике мемуаров о Гражданской войне в Енисейской губернии, составленном и откомментированном Т. С. Комаровой, использовано около 200 ранее неизвестных текстов, сохранивших свидетельства изнанки партизанской войны. Вторая часть сборника составлена в основном из неопубликованных и неприглаженных воспоминаний видных подпольщиков и партизан из фондов Красноярского краеведческого музея. Сборник отличается объемным научно-справочным аппаратом и включает около 600 биографий в именном указателе[238]. К сожалению, уже в заголовке почему-то разделяются синонимические понятия «воспоминания» и «мемуары», а в текстах, биографиях и комментариях нередки грубые ошибки.
В конце 2021 года Новосибирским облгосархивом выпущен интересный сборник документов о партизанском вожде П. Щетинкине, выполненный, однако, в традиционной житийной традиции писаний о героях Гражданской войны, небрежно подготовленный, почти лишенный реального комментария и совершенно невычитанный[239]. Напротив, составленный В. И. Шишкиным и Т. И. Морозовой сборник писем, направленных сибиряками во властные структуры, содержит немало важных партизанских документов, подготовлен с должной тщательностью и очень полезен исследователям[240]. Издательство «Посев» только что выпустило объемистый сборник мемуаров и других материалов об уничтожении партизанами Николаевска-на-Амуре[241].
Создавая настоящую книгу, автор постарался насытить ее достаточным количеством архивного материала. Важнейший из привлеченных архивных источников – партизанские мемуары, огромная часть которых до сих пор погребена в истпартовских коллекциях Госархива Новосибирской области и, хотя охватывает события Гражданской войны на территории от Казахстана до Дальнего Востока, совершенно в недостаточной степени введена в научный оборот. В силу субъективности это очень своеобразный источник, недаром еще в 1934 году один из руководящих научных работников предупреждал исследователя: «Надо залезть в архивы и к партизанам в душу. Правда, они (партизаны) много любят прибавлять того, чего не было»[242]. Другой участник Гражданской войны в 1929 году заявил: «В отношении хвастовства можно сказать одно, что у многих партизан это… какая-то больная струнка»[243]. Однако заметная часть довоенных мемуаров красногвардейцев, партизан, подпольщиков носит достаточно объективный характер, поддается перепроверке, откровенна в описании проблем, касается малоизвестных эпизодов и обладает особой ценностью.
Т. Г. Рагозин, один из видных партизан армии А. Д. Кравченко, понимая ущербность своих опубликованных в 1926 году мемуаров «Партизаны Степного Баджея»[244], специально для архивного хранения написал интересные дополнения, прямо названные «Тяжелые моменты в партизанской армии». Первый абзац этой небольшой рукописи гласит: «…мне хотелось бы остановиться на более тяжелых моментах [истории] армии… а такие моменты были[,] и я о них сказал в книжке мало или умалчивал. И вот что в эти моменты у нас там было[,] мне и хотелось бы высказать[,] не замазывая истины. Поистине, это были очень горькие и печальные минуты…»[245] Только в 2021 году было обнародовано драматическое признание другого предводителя енисейских партизан, А. Т. Иванова: «Как оглянешься назад, [видишь столько] ошибок, легкомыслия, мелкого самолюбия, и сердце сжимается, и перо выпадает из рук»[246].
Следует отметить особую ценность лежащих в архивах – и пока недостаточно используемых историками – обширных мемуаров И. В. Громова, Р. П. Захарова, К. И. Матюха, И. Я. Огородникова и других видных партизан. Но и в менее объективных и подробных воспоминаниях попадаются ценные исторические фрагменты, относящиеся к так называемой ненамеренной информации. Полезными оказались даже очень тенденциозные мемуары – вроде воспоминаний А. Н. Геласимовой, которая была известна подделыванием свидетельств о собственном героическом прошлом (сохранился протест рядовых партизан Кузбасса по поводу того, что Геласимова называла себя, а
