Читаем без скачивания Безрассудство - Джил Уилбер

Ралф изобразил замешательство.

- Шампанское? О, это была моя идея, чтобы отпраздновать начало нашего сотрудничества.

Он ловко откупорил бутылку и разлил шампанское по бокалам, где оно заиграло тысячами искр. Кейт подняла свой бокал:

- За успех твоей книги!

- Нашей книги, - поправил он, взглянув на нее поверх своего бокала. - И за моего неустрашимого соавтора, осмелившегося взяться за дело, к которому еще никто не подступался.

Кейт отпила шампанского, хотя тост Ралфа показался ей двусмысленным. Говорил ли он только о книге? Но если бы она прямо спросила об этом, то ее любопытство тоже могло показаться не только профессиональным, так что пришлось промолчать.

- Я должна позвонить родителям и рассказать им о том, что произошло, раньше, чем они прочтут в газетах.

- Что, вероятно, случится завтра утром, если газетчики еще с вечера толпятся у моих дверей, - заметил Ралф и потянулся к телефону, который стоял тут же. - Можешь позвонить отсюда или из спальни, если предпочитаешь конфиденциальный разговор. Или же, тут в его глазах сверкнули веселые огоньки, - я могу поговорить с ними вместо тебя.

- Спасибо, но уж лучше я сама им все объясню, - сказала Кейт.

- Да, тем более что им вовсе незачем знать, что это я впутал тебя в авантюру, - согласился Ралф.

Доверительные нотки в его голосе заставила Кейт вздрогнуть. Ей не следовало бы пить шампанское так быстро. Это вызвало некий побочный эффект, придавший особое направление ее мыслям.

- Ты, ни во что меня не впутывал, - запротестовала она, сама удивляясь тому, насколько решительно прозвучал ее протест.

Ралф обвел комнату небрежным жестом.

- А это? Мы ведь поселились вместе в одном номере!

Руки Кейт начали дрожать, и, боясь, как бы Ралф этого не заметил, она крепко сжала их вместе.

- Как ты уже сказал, мы можем даже не видеться, - напомнила она. Ей необходимо было внушить такую уверенность в равной степени и ему, и себе. Кстати, сколько времени мы здесь пробудем? С моим запасом одежды я вряд ли смогу остаться дольше, чем на двое суток.

Его усмешка ясно показывала, что он не дал обмануть себя ни на минуту.

- Думаю, двух суток вполне достаточно, чтобы папарацци утомились и оставили наши дома в покое.

Он придвинулся ближе к ней. Меньше всего ей хотелось бы, чтобы он это делал. Или больше всего?

- Неужели это действительно так тяжело - провести здесь двое суток? Или проблема в том, что ты сама за себя не ручаешься? - спросил Ралф, слегка поддразнивая ее.

Кейт сердито фыркнула и отвернулась. Это начинало напоминать дурацкий фарс. Если Ралф и дальше будет вести себя подобным образом, то оставаться здесь явно не самый лучший выход из положения. Она знала, что становится уязвимой под напором его обаяния, но даже не подозревала о степени этой уязвимости до тех пор, пока они не оказались наедине в такой одновременно роскошной и интимной обстановке.

Может быть, ей как раз и следовало бы встретиться с журналистами. Самое худшее, что они могли сделать, - это состряпать какую-нибудь дурацкую историю про нее и Ралфа. Похоже, лучше всего было покончить со всеми проблемами прямо сейчас.

- Я позвоню родителям из спальни, - сказала Кейт извиняющимся тоном. Он кивнул.

- Можешь выбрать любую из спален. Что до меня, мне все равно.

Кейт подхватила сумку и буквально взбежала по ступенькам, сознавая, что Ралф следит за каждым ее движением. Затем открыла дверь ближайшей комнаты.

Вслед за этим она подумала, что находится в слишком сильном смятении, чтобы звонить родителям, и решила пока распаковать вещи и осмотреться. Огромный балкон, на который выходили раздвижные двери обеих спален, располагался вдоль западной стены, и отсюда наверняка можно было наблюдать ослепительные по красоте закаты. Кейт подумала, что там, снаружи, сейчас тихо и прохладно, а вид моря, залитого лунным светом, делал мысль оставаться в комнате невыносимой. Но она по-прежнему помнила, что должна позвонить родителям, - это давило на нее как груз, от которого надо было поскорее избавиться.

Они так начали гордиться ею, когда она получила работу на телевидении, что стало ясно: наконец-то и вторая дочь оправдала возлагаемые на нее надежды. И вот теперь Кейт жестоко их разочарует.

Смирившись с неизбежным, она вздохнула и набрала номер. Трубку взяла ее мать.

- Уже так поздно... Надеюсь, ничего не случилось? - обеспокоенно спросила Агата Сондерс. Почему-то мать всегда начинала думать, что у Кейт что-то не в порядке, как только слышала ее голос по телефону. Когда звонила Маргарет, такого не происходило.

- Кое-что действительно случилось, ма. Я отказалась от работы на студии. И хотела, чтобы ты услышала это от меня прежде, чем прочтешь в газетах.

- Почему ты думаешь, что об этом напишут в газетах?

Все оказалось сложнее, чем Кейт предполагала.

- Произошла одна история, касающаяся меня и Ралфа Хойта, - сказала она нарочито небрежно.

- Это тот самый знаменитый гонщик? Но при чем тут твоя работа? Ведь ты так много сделала для того, чтобы стать ведущей телепрограммы...

- Так получилось, ма. Эта история наверняка будет раздута прессой до невиданных размеров. Ну, ты догадываешься, как это делается...

- В наши дни так трудно найти хорошую работу, особенно в твоей сфере... Мать глубоко вздохнула. - И что ты собираешься делать сейчас?

- Я получила предложение написать книгу.., биографию, - ответила Кейт. - Я не могу пока сообщить подробности, потому что их лучше не разглашать раньше времени.

- И тебе это предложил тот самый гонщик в отставке? - спросила Агата.

- Он консультант в крупной автомобильной фирме, - поспешно возразила Кейт, слишком поздно заметив ловушку. Надо же было до такой степени забыть всякую осмотрительность! - Ну хорошо, да это так.

Хоть когда-нибудь ты скажешь, что гордишься мной? - мысленно спросила она мать вслед за этим. Скажи, что ты будешь поддерживать меня, что бы я ни решила, независимо от степени моих достижений, даже если по твоим меркам они недостаточно велики.

- Ты с ума сошла! - воскликнула Агата Сондерс. - Наконец-то ты добилась известности и теперь хочешь от всего отказаться!

Прежде чем Кейт успела ответить, кто-то осторожно взял трубку из ее дрожащих пальцев.

- Алло, миссис Сондерс, это Ралф Хойт, - бодро сказал он. - Дело в том, что это я предложил Кейт оставить работу на телевидении, чтобы сотрудничать со мной. Мне крайне необходим ее профессиональный опыт для осуществления одного проекта, причем сумма, оговоренная в контракте, измеряется шестизначным числом. Так что именно я, очевидно, буду виноват в том, что вы какое-то время станете реже видеться с вашей дочерью.

Ралф держал трубку таким образом, чтобы Кейт тоже могла частично слышать разговор. Вначале последовали сбивчивые возражения матери, затем собеседники, кажется, пришли к какому-то соглашению. И наконец, после заключительного обмена любезностями, Ралф сделал Кейт знак снова взять трубку.

- Вот видишь, ма, это действительно очень выгодное предложение, - сказала она, почти полностью успокоившись.

- Подожди, пока я расскажу об этом твоему отцу, - ответила Агата. В голосе ее звенело возбуждение. - А как долго продлится работа над книгой?

Кейт пробормотала что-то уклончивое в ответ и простилась с матерью. Наверняка им с Ралфом придется проводить вместе больше времени, чем Агата Сондерс сочла бы допустимым.

- Спасибо за помощь, - сказала она, обращаясь к Ралфу. - Мама вовсе не такой уж диктатор, но всегда предъявляла к нам с Маргарет самые высокие требования.

- Которые ты и выполнишь, - добавил он со спокойной уверенностью. - Тебе вовсе необязательно преувеличивать свои достижения, чтобы показать, какая ты на самом деле, Кейт.

Ралф медленно взял ее руки в свои и поднял с кровати, так что она оказалась стоящей почти вплотную к нему. Дыхание Кейт участилось. Когда дело касалось Ралфа, она сразу теряла всякую способность к сопротивлению. Они ведь совершенно чужие друг другу, словно разные галактики. Почему же ее тело не хочет признать этот факт?

Непонятный трепет, который Кейт отказывалась считать предвестником желания, пронизал все ее существо, едва пальцы Ралфа коснулись ее пальцев. Вопреки всем доводам рассудка в этот момент она хотела его так сильно, как не хотела еще ни одного мужчину в своей жизни.

Но он сам развеял гипнотические чары, отстранившись от Кейт, однако усилие, с которым он это сделал, не осталось для нее незамеченным. Его голос звучал немного хрипло, когда он произнес:

- Спокойной ночи, Кейт. Выспись хорошенько.

***

Удивительно, но ей это удалось! Когда Кейт открыла глаза, солнце потоками заливало комнату. А она-то думала, что ни за что не уснет.

Кейт лениво повернула голову, посмотрела на часы, стоявшие на прикроватном столике, и почувствовала настоящий шок. Десять часов! Она никогда не спала так долго.