Читаем без скачивания Песочные Часы - Сергей Недоруб

– Смотрите сюда. Мы находимся здесь, – Марк ткнул веткой в начерченный круг. – Это Свалка. К югу от нас Кордон. Слева Агропром, справа Темная долина. Севернее находится Бар, левее от него Дикая территория и озеро Янтарь.

Борланд с Орехом молча кивали.

Марк провел несколько прямых линий, помечая направления, и продолжил:

– До этого момента проблем нет. Севернее Бара располагается военная зона.

– Милитари уже не военная зона, – вставил Борланд. – А намного хуже.

– Твоя помощь понадобится, чтобы пройти дальше, через Милитари, к Рыжему лесу. Потом мы выйдем к Заслону, закрывающему дорогу на Припять.

– Допустим, – сказал Борланд.

– И я полностью обезврежу Заслон, – заявил Марк.

– Каким образом?

– Вот это вторая, сложная часть плана. Я достоверно знаю, как можно пройти через Заслон, но для выяснения всех деталей мне понадобятся некоторые документы ученых.

Борланд удивленно поднял брови:

– Какие документы?

– Я не знаю точно, как они выглядят, но точно определю их, когда увижу. Вероятно, это части одного большого научного отчета.

– И где они находятся?

– Здесь, в Зоне. Если точнее – в каждой из научных лабораторий.

Борланд хотел что-то сказать, но передумал.

– Нас интересует лаборатория Икс-семнадцать в Агропроме, – Марк обозначил точку на почве, – Икс-восемнадцать в Темной долине, – ветка вонзилась в землю еще раз, – и Икс-шестнадцать на озере Янтарь, – ветка поставила последнюю точку.

Орех с шумом втянул воздух:

– Дела, однако...

– Про Икс-семнадцать знаю, – сказал Борланд. – Легендарные подземелья Агропрома. Даже один раз туда спускался. Остальные для меня новость.

– Поверь мне, они существуют, – заявил Марк.

– Значит, нам придется там побывать. И затем ты сможешь снять Заслон.

– Совершенно верно.

– И что потом?

Марк взглянул на Борланда и усмехнулся:

– Если все получится, то откроется выход дальше на север, в Припять. Если нет, то мы, по крайней мере, об этом узнаем.

– И ты пойдешь в Припять? – спросил Орех.

– После Заслона любые наши договоренности теряют силу, – ответил Марк. – Я могу пойти в Припять, если получится. Вы тоже можете пойти. Но решать этот вопрос сейчас я не стану. Речь идет только о снятии Заслона.

– Откуда тебе все это известно? – спросил Борланд. – Ты из ученых? Красиво излагаешь.

– Да, раньше был.

– Бывший ученый, – хмыкнул Борланд. – Я еще понимаю, бывший военный. Но бывший ученый – это пять баллов. Таких у нас еще не водилось.

– Считай, что я буду первым.

Борланд прикинул правдоподобность легенды и понял, что как ни удивительно, но придраться действительно не к чему. Все, что находится в Зоне, так или иначе создано людьми либо является следствием их деятельности. Логично, что в мире хватает как хранителей секретов, так и жаждущих их разузнать.

– Ты не будешь сильно возражать, если я время от времени буду тебя спрашивать, на кого ты работаешь? – спросил Борланд.

– Не буду, – ответил Марк, встал и стер схему ногой. – Потому что каждый раз я буду отвечать тебе: «Ни на кого».

– Тогда хотя бы скажи, зачем тебе все это нужно.

– Я просто хочу знать, что происходит.

– И для этого пришел в Зону.

– Да.

– Видимо, для тебя это имеет большое значение, если ты так хорошо подготовился и так упорствуешь.

– Очень большое, – подтвердил Марк.

Борланд взглянул на заходящее солнце.

– Вечер, – констатировал он. – Когда выходим?

– Завтра, – сказал Марк. – Начнем с Икс-семнадцать. Она ближе всех.

– Меня устраивает, – торопливо вставил Орех и с боязнью взглянул на Марка. – Я же иду с тобой, верно?

Марк доброжелательно кивнул:

– Если ты хочешь.

Орех преобразился.

– Друг, я за тебя жизнь отдам! – торжественно провозгласил он и для пущей убедительности стукнул себя кулаком в грудь.

– Погоди жизнь отдавать, она тебе еще пригодится, – сказал Борланд. – Так, нам нужно кое о чем перетереть. Марк, если ты принимаешь в команду Ореха, то это твое право. А теперь я должен заявить, что это последний твой поступок, не согласованный со мной. Если ты берешь меня фактически на роль проводника, то я отныне становлюсь главным в команде.

– Разумеется, – склонил голову Марк.

– Если вдруг кто-то понимает слово «главный» по-своему, я позволю себе разъяснить. Я даю указания, а вы их исполняете. Не спрашивая, зачем. Если кто ослушается – я, в лучшем случае, буду бить, и, может быть, даже ногами. Я человек нервный. В худшем – наше соглашение частично теряет силу. Это означает, что провинившийся будет мне по-прежнему должен, в то время как я не буду ему должен ничего. Ясно?

– Да, да, понятно, – ответил Орех, немного смутившись.

– Согласен, – сказал Марк.

– Отлично.

Борланд секунду подумал и продолжил:

– Теперь давайте определимся, кто чего хочет. Куда идешь ты, – он посмотрел на Марка, – мне неважно. Я склонен считать, что Заслон не просто так мешает тебе спать по ночам. Если его возможно снять вообще и если ты это сделаешь, то это означает одно: у тебя есть свои интересы в северных от Заслона районах, куда пока ни один человек не добрался. Теперь ты, Орех. Чего ты хочешь?

– Я сталкер, – ответил Орех. – И хочу изучить Зону.

– Все с тобой понятно. Ну, а вот чего хочу я. Во-первых, если Заслон будет снят, я хочу это видеть. Во-вторых, я хочу пройти дальше. Но этого, как я понимаю, мне гарантировать никто не может, так что это не условие, а так, информация к размышлению. Времени на распитие бутылки, чтобы узнать друг друга лучше, у нас нет, да я и сам пойму, кто чего стоит, в первом же совместном бою. Так что будьте готовы к тому, что нам придется повоевать. И третье. Я хочу хороший хабар.

– Он будет, – сказал Марк.

– Не сомневаюсь, так как после Заслона хабаром станет любая фиговина, которой не найти в южных районах. Но я не об этом. Я хочу артефакты. Настоящие, с уникальными свойствами, дорогие. Чтобы душа плясала. Чтобы можно было их продать либо употребить в личных нуждах.

– Ты получишь во много раз больше того, что видел в моем рюкзаке, – сказал Марк.

– Малыш, ты с поразительной точностью улавливаешь мои мысли, – усмехнулся Борланд. – Вам с Орехом нужно будет добыть себе нормальное снаряжение. Оружие я предоставлю – хорошее, проверенное, пристрелянное. Если понадобится, выменяй хлам в своем рюкзаке, только не переусердствуй с редкими образцами. Но чтобы завтра вы оба любовались восходом на границе с Кордоном в полной боевой готовности.

– Будет сделано, – кивнул Марк.

– И еще одна деталь. Я включу в группу двух человек.

– Зачем? – спросил Марк, а Орех начал переминаться с ноги на ногу.

– Потому, что я так решил, – спокойно ответил Борланд. – Без обид, парни, я не намерен бродить по всей Зоне вдоль и поперек, имея вас обоих на хвосте. Будь вы профессионалами, другое дело. Но, вместо того чтобы стать моей тенью, глазами и дополнительными руками, вы окажетесь обузой. Подробности объяснять?

– Нет, – сказал Марк, а Орех мотнул головой.

– Вот и прекрасно. Потому что если бы вы не поняли смысла моего простейшего требования, экспедицию можно было бы заканчивать, не начиная. Завтра к восходу солнца я приду на границу с Кордоном с двумя парнями. Хорошими, надежными. А вы оба помните, что я вам сказал. Есть вопросы?

– Нет, – ответил Марк, слегка улыбаясь.

Борланд словно не заметил улыбки:

– Отлично. Тогда расходимся.

– Расходимся, – повторил Марк и поправил рюкзак на спине.

Орех приготовился последовать за ним.

– Удачи тебе, сталкер, – сказал он Борланду.

Вдали раздался звериный рев.

Сталкеры быстро повернулись в ту сторону.

– Что это? – спросил Орех дрогнувшим голосом.

– Не знаю, – ответил Борланд, озадаченно осматривая холмы. – Но мне это не нравится. Ну что, исследователи? Хотели изучить Зону? Вот вам и шанс.

Рев за холмом сменился урчанием. Орех положил руку на автомат, Борланд коснулся пальцами рукояти ножа. Марк сделал шаг вперед и в следующую секунду увидел зрелище, от которого все внутри словно стало скручиваться в тугой узел.

Мягко ступая, на ближайший холм взошла огромная химера. Она царственной походкой двигалась к сталкерам, не приминая ни травинки на своем пути. И остановилась метрах в пятнадцати от них, глядя на Марка большими зелеными глазами.

Орех еле слышно охнул.

– Все стоим на месте, – прошептал Борланд, крепко сжимая бесполезный нож.

Марк почувствовал, что земля словно уходит у него из-под ног. Усилием воли он заставил себя стоять прямо и смотреть химере в глаза. Это была та самая тварь, чьих троих детей он убил на Кордоне. Он знал, что других химер быть здесь не могло. Другие не смотрели бы на него так, как эта.