бы ставил на Святогора, но мне известно больше. Намного больше.
— Начали! — скомандовал я, и Пряня в буквальном смысле взлетел.
Такого я от него ещё не видел. Казалось, что пряник действительно научился летать. Да и последний раз я видел его сражения давно. По всей видимости, Пряня в моё отсутствие стал больше ходить в пряничную качалку. А я и не против. Всегда интересно посмотреть на то, как сражаются и отрабатывают новые навыки другие. И я не был исключением. Насколько же стал силён Пряня? Не терпелось посмотреть.
Даже Святогор растерялся, когда со всего маху в него врезался пряник. Героя откинуло в стену подвала. Даже Сора появилась и покачала головой, намекая, что не нужно разрушать её детище.
Я услышал претензию духа и тоже мысленно дал понять, что мы так больше не будем. Будто нашкодившим мальчишкой был, пусть и жившим до этого много дней.
А Пряня и Святогор уже вошли во вкус. Замешательство героя прошло, уступив место азарту. Так что сражались они на полную, и я мог их оценить.
Выходила ничья. Пряня и Святогор были на одном уровне. Да и то, только потому что Святогор лишь начинал восстанавливать свою силу. Будь Святогор в той же форме, что и прежде, то Пряне было бы куда хуже. И это бы пошатнуло самооценку моего главного пряника.
Хм, пока я мог оставить вошедших в азарт Святогора и Пряню. Сам же пошёл в соседнее помещение, чтобы проверить других спящих красавцев. Они уже должны были прийти в себя.
Я оказался прав. Все уже сидели, каждый на своём месте, и ели разные блюда, которые таскала Сора из кухни моих помощников. Бывшие заключённые даже радовались такой помощи от духа, немного залипая на её униформу. Она выбрала свой самый откровенный вариант, таким образом решив, что поднимет настроение проснувшихся красавчиков.
Стратегия была верной. Наверное. По крайней мере теперь они зависали не от философских мыслей на тему бытия, а на простое и приземлённое.
Я подходил к ним по одному и рассказывал краткую версию того, что пересказал Святогору. Каждый заключённый смирился со своей судьбой. Многие были одиноки. Они не имели как возлюбленных, так и семью.
Лишь некоторые говорили про семью, но как-то отстранённо, порвав с ними все связи. Это было мне даже на руку, ведь очень многие могли быть мне полезными в будущем расширении территории.
Ремесленники, кузнецы, юристы, даже работник банка высшего звена имелся. Но не только простые профессии объединяли их, но и тот факт, что они все были героями. Некоторые использовали свою силу в работе, но другие занимались исключительно Зонами. И это был ещё один плюс.
У многих не возникло никаких вопросов, когда я предложил им работу. Заключённые были согласны на всё, лишь бы чем-нибудь заняться. И это не было плохим путем.
А те, кто не согласился сразу, просто задавали уточняющие вопросы, на которые я развёрнуто отвечал. Кем им нужно будет работать, сколько они будут получать и всякая прочая лабуда, которая интересовала простых людей. Некоторая стабильность, которая нужна каждому. И неважно, какого они слоя общества.
Эту стабильность я могу оценить. Только в голове не укладывалось то, что им нужно было лишь это. Какие-то гарантии того, что их не вышвырнут на следующий день. В тот, что был бы хуже, чем они могли представить.
А позже я обговорил с этим импровизированным советом будущих работников свои условия и то, что им требовалось сделать.
В итоге у меня появилось две группы из героев шестого уровня, которые будут мне добывать ингредиенты, ведь их постоянно требовалось доставать. А тут я убил двух зайцев одним махом. И ингредиенты получу, и время станет чуть свободнее.
Я уже почти победил отпуск, лишь бы новые проблемы не прибавились.
Также появились кузнецы, которые будут делать на продажу новые разные доспехи и оружие, позволив мне побадаться с теми, кто всегда специализировался на этой отрасли.
Были и инженеры. Компания стала такой разношерстной, что всё это вскоре облегчит им жизнь, несмотря на их небольшое количество. Всё же мы не смогли бы долго сидеть на тех работниках, которые уже свыклись с бешеным рабочим режимом. Но, увы, после турнира нужно расширяться. И этого требовала не Элеонора, а сам факт моего участия в турнире. Спасибо, Дагон. Очень удружил.
В итоге отдал всех своих новых сотрудников в лапы Соры, а так же наказал Элеоноре сделать все документы так, чтобы получалось, что мне просто повезло с новыми работниками. Вот уже подарок бабке. Самое оно.
Вернулся к Святогору и Пряне. Их битва была в самом разгаре, и я задавался вопросом, что же могло их остановить. Ведь они вошли в раж. И стоило бы уже их остановить, а то получим от духа нагоняй и наказание.
— Хватит, — сказал я так, чтобы меня услышали. — Я увидел всё, что хотел.
* * *
Это же время
Императорский дворец
Спальня второй жена Императора, Ольги.
Ольга сидела и смотрела пресс-конференцию, которую её личный помощник сказал обязательно ей посмотреть. Ей не нравился Имперский канал, ведущей которого была Мила. Неизвестно, как она получила своё место, но Ольгу сейчас интересовало другое — зачем барон устроил эту пресс-конференцию? И второе: зачем помощник попросил её это посмотреть?
Ольга смотрела эту запись уже третий раз, но лишь теперь поняла, что хотел от неё помощник.
Она увидела брошь у барона и знатно перетрусила.
— Не может быть, — выдохнула Ольга, приглядевшись к кадру, который она поставила на паузу. Она даже приблизила его, чтобы понять, не показалось ли ей.
Эту брошь вторая жена Императора лично подарила Насте перед свои планом, чтобы убрать принцессу. Она совершенно не ожидала увидеть её на бароне, который стал мелькать в Империи с завидной частотой. Даже Его Величество, муж Ольги, не так часто был на телевидении. А тут барон…
Ольгу накрыла паника. Она тряслась, пытаясь собраться с мыслями. Неужели этот барон Адалороков в курсе того, что творила вторая жена? Этого не могло быть. Неужели кто-то знал о вмешательстве Ольги? Но ведь посредник перед заказом сказал, что ни одна живая душа не сможет догадаться. Неужели обманул?
В голове у Ольги крутилась одна единственная мысль. Нужно было убить барона Адалорокова. И сделать это как можно скорее. Очень быстро, пока он не смог накопать больше информации под Ольгу.
То, сколько она старалась для себя и Марии. Оно не могло пойти крахом. Столько усилий и
