вовремя. Тут уж как посмотреть.
- Запросто. Вы умрёте от воды. Увы, очень скоро умрёте.
В этот момент мой прилив вдохновения кончился. Как всегда, внезапно и бесследно.
Улыбка на лице полицейского тоже как-то... померкла. Он попытался уточнить что-то, но я махнул рукой и закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла. И я не робот, мне несладко пришлось. Лерке премию, охранника уволить на хрен, отгулы ему, понимаешь, лучше двоих вместо нанять, но чтобы здесь круглосуточно кто-то был. И Людмиле Марковне позвонить, рассказать. Люсе...
Я старался не называть её так даже мысленно, мало ли, где брякну, это сразу провал и - что гораздо хуже - здравствуй, бедность.
Люсей она была только в короткие моменты встреч на нейтральной территории, постельных битв за спиной её мужа все эти десять лет нашего знакомства. Так что - Людмила Марковна. И точка.
- Так мне чего - на речку не советуете? Или ванны опасаться? - дотошно выпытывал "космонавт". - Уж давайте всё подробно, раз сказали!
- Я не знаю подробностей. Не знаю. Простите. Это минутное откровение, оно уже всё. Кончилось. На всякий случай на речку не советовал бы. И в ванне аккуратнее...
В кабинете стоял сущий ад: этот мужик со своими вопросами, рыдающая Лерка, озабоченно заглядывающий в дверной проём врач скорой в белом халате, из-под которого выглядывали мятые штаны и сандалии на толстый носок. Звонили оба телефона - и мой в кармане, и городской, в приёмной кто-то хрипло матерился - похоже, пришедший в себя Михаил Петрович, вдруг осознавший перспективу отбыть на лесоповал лет на пять-семь. Или в дурку, тут уж как карты лягут.
- Идите все отсюда, - ровно сказал я и достал из кармана трубку.
Разумеется, если бы я знал, к чему приведёт моё предсказание полицейскому, я бы ещё с утра зашил себе рот суровыми нитками, сам себя связал и засунул в подвал, где до сих пор в маленькой клетушке с криво намалёванным краской на двери номером тридцать семь стояли позабытые банки с давно протухшим вареньем, ящик с инструментами, рулон рубероида и отцовский велосипед.
Но... Но. Своё будущее я не видел никогда, даже так, всполохами, как чужое. Темнота там для меня, темнота и пыльный занавес. Как в подвале.
* * *
Полицейского звали Юра. Это ни имеет ни малейшего значения, но надо же как-то называть человека, которому я предсказал судьбу.
После смены, в течение которой он, посмеиваясь, рассказывал об утреннем вызове всем встреченным коллегам, Юра переоделся. Снял свою сбрую, сдал в оружейку табельный автомат и заехал по дороге домой в магазин.
Никакой экзотики: сигареты, хлеб, колбаса, морковка-редиска, яйца опять же, и масло. Пара бутылок вина - день рождения жены же, на сухую такие вещи не празднуют. Его двадцать восемь исполнилось ещё зимой, а она вот летняя. Близнецы, так что ли получается. Он не был сведущ в гороскопах, да и не верил во всю эту чепуху, а вот супруга увлекалась когда-то, даже рассказывала о совместимости знаков, всяких домах огня и воды, и прочих играх престолов.
Бред же. Несомненно, бред.
Вот и этот пацан-экстрасенс, которого в заложники взял клиент (Михаилу Петровичу Юра сочувствовал - понятно, нервы сдали, жена умерла, а тут этот прощелыга сидит, деньги стрижёт с лохов), он тоже предсказал, как в лужу пукнул.
Смерть, значит, близкая. Угу. От воды. Коллеги тоже ржали.
Машину во двор, в одну руку пару пакетов с едой и выпивкой, в другую - неловко, как обычно женатые мужики и носят, нечасто же - букет алых роз. Старательно выбранный, не абы как, если нечасто, это ж не значит, что плохой дарить нужно. Наоборот.
Жены дома ещё не было, но это и хорошо. Есть время рассовать всё в холодильник на разные полки, положить вино в морозилку - жарища-то какая, а тут ледяное каберне! - и поставить цветы в высокую вазу, залив её холодной водой под горлышко.
Всё? Да, наверное, всё. Телефон на зарядку ещё бросить, чтобы не отключился к ночи, и можно идти рубить овощи на салат.
Так вернувшаяся часом позже жена и нашла Юру - в своём фартуке, нелепом на лежащем посреди комнаты мужчине с телефоном в руке. Следователь потом смотрел, кто звонил: совершенно случайный человек, номером ошибся, но Юра-то думал: жена, схватил трубку, не отключая от сети, задел проводом вазу и перевернул её на зарядку. С электричеством шутки плохи, убило на месте - сердце слабое.
Так бывает.
Ещё и не так бывает, если честно.
04. Рабочие вопросы
Я даже вздрогнул: аватарка в WhatsApp до боли напоминала ту, старую, что любил ставить когда-то Филипп. Солнце, слепящее раскалённой точкой через синевато-серые тучи. Но нет, конечно, не он - из-под двух метров земли особенно не напишешь...
"Прив, Кир! Меня Нани зовут. Я блогерка, пишу про аномалии, надо встретиться, ок?".
Блогерка она. Ну-ну.
"Добрый день, - осторожно откликнулся я. - Адрес знаете? Приезжайте к двенадцати".
В ответ был смайлик. Из этих, которые сразу и не поймёшь, как расшифровать: упитанный жёлтый кружок обнимал сердечко. В фейсбуке такие любят, понимай их как знаешь.
Мы вместе, мол, бро.
До полудня дел было немного, но кое-что всё-таки происходило: я одобрил кандидатуру второго охранника - после той истории неделю назад прежний, взявший отгул, был на всякий случай уволен, замена ему нашлась сразу, а вот сменщик - только сегодня. Крепкий мужик, если на вид, а в деле посмотрю, конечно. И лучше бы не пришлось, не каждый день ко мне клиенты с обрезами заваливаются в гости. Впервые такое, если уж честно, хотя пару раз почти доходило до драки из-за смешных претензий: не то, не так, не сделал. Об-ма-нул. Что поделать, деньги я беру со всех желающих, а вот инсайтов на всю массу не хватает.
Но это должны быть их проблемы, не мои. Потому и охрана.
Отпустив с уверениями, что всё с
