— Лети к хижине, кого увидишь, сразу обратно с подробным докладом кто и сколько, а я пока разомну плечи, заодно проверю возможности тела некроманта.
То ли персонаж слабоват, то ли сыграло, что Руся оказалась на редкость длинноногой особой с большой и упругой в кавычках душой, но от напряжения лицо покраснело похлеще брони Талоса, а ведь ещё половина пути. Деревья постепенно расступались, просачивались мимо, давая дорогу, и вскоре в воздухе появился знакомый запах высушенных трав, перемолотых кореньев и помёта крыланов. Руся поморщила носик, будто пробовала во сне лимон и громко чихнула. Я в панике закрутил головой в поиске опасности, но в этот раз обошлось: у кустов всё так же стрекочут сверчки, а где-то вверху, у самой макушки толстого как пивной бочонок дуба постукивает глупый дятел. В такой поздний час умные тихо спят в дуплах, ну а я всё бреду и бреду через силу переставляя ноги. Чего только не сделаешь ради симпатичной девушки. Ах да, я ведь тут ради денег, забываю, приходится почаще напоминать. Лишь в темноте проступил край крыши, как луна зайчиком отразилась в знакомом окошке, маякнула о близком конце пути. Ватные ноги понесли скорее к крыльцу, где как ни в чём ни бывало, ждёт на ступеньке Мунин. Приблизившись, я заметил странность. Разноцветные глаза ворона закрыты, чёрное как смоль тело, слегка покачивается, будто стоит на ветру, хотя кругом полнейший штиль.
— Ты случаем не заболел? — спросил, перекинув на другое плечо упругую часть Руси. Невинная душа должна быть невесомой, а эта так и тянет к земле. — Вроде бы тяжести таскаю я, — вновь обратился к ворону. — Хоть бы вид зараза сделал что устал!
Ворон приоткрыл зелёный глаз:
— Один сказал, ты на верном пути. Шансы на успешное прохождение квеста Ночь тёмного жреца были менее десяти процентов, но ты справился, даже более чем.
— Ага, очень ценная инфа, спасибо. Передай, пусть в следующий раз деньжат подкинет. Когда меня выселят из квартиры, искать Глаз будет некому. И к слову, опыта за прохождение не дали — значит провалил.
Дверь под усилием заскрипела и не дожидаясь пока в край обленившийся помощник закончит разговор с Богом, я шагнул за порог. Атмосфера внутри значительно изменилась, добавилось ощущение безопасности, и как подтверждение, выскочило сообщение:
Добавлена контрольная точка «Хижина в лесу». В случае гибели Вы окажетесь на месте последней записи. Желаете записать прогресс?
Ещё бы, конечно желаю, добавил про себя и тыкнул на подтверждение.
Контрольная точка обновлена.
Русан, мне конечно приятно тебя носить, — обратился к начавшей тихонько посапывать. — Но нам придётся расстаться.
Она ответила что-то невнятное, зевнула, а я с удовольствием свалил сонное тело на большую кровать в углу. Рядом нашёлся бабушкин вязаный плед с красными драконами по краям, им бережно укутал похолодевшие за время прогулки ножки, заправил плед в бока — так теплее.
— К утру проснётся, — услышал со стороны двери.
— Знаю. Заклинание сна активно до восхода.
Эх, был бы хоть немного опытнее, уже давно снял. Развеять чары доступно и на первом круге, но учителя на дороге не валяются, разве что пьяные, но у тех научиться ещё успею. Пока мы в относительной безопасности последую совету колдуна.
— Можешь отыскать тубус навыком?
— Шутить изволите? С пятнадцатью процентами Кладоискателя я могу найти лишь слабые амулеты и кольца. На редкое оружие потребуется двадцать пять, а для брони все тридцать. Ну, честно говоря, что-то стоящее попадается свыше пятидесяти процентов навыка.
Слушая занудное объяснение, полез искать в большой сундук у кровати. Мунин настолько увлёкся болтовнёй, что растопырил крыло, будто бы желая на перьях подсчитать проценты, и как думский депутат, принялся важно расхаживать. Сундук забит разноцветным тряпьём: пара ночных халатов, три золотых кольца, необычайно красивой работы кинжалы с тонким блестящим лезвием и золотой рукоятью в виде переплетённых драконов. Опустил руки глубже, ладони зачерпнули горсти драгоценных камней цвета гранатового сока и тут же устремились за новыми сокровищами. Следующие камни прозрачны как слёзы младенца, с отточенными подобно дамасским клинкам гранями. В Чернотопи, как и в любом другом большом городе выложат приличную горку золотых. Сокровища небрежно падали под ноги, раскатывались по деревянным доскам, и вот пальцы упёрлись в холодный металл. Меня передёрнуло, на самом дне тускло светится серым четыре слитка мифрила. Я в панике перевернул каждый, и не обнаружив клейма владельца испугался ещё больше. Соблазн велик. Как назло ощутил под ступнями горсти монет, они как злые духи нашёптывают мне в ухо, соблазняют. Говорят, как я разом решу все проблемы, стоит лишь протянуть руку, сжать прохладный металл в кулак. Как же приятно хрустят вдавливаемые в пол драгоценности. Можно забрать всё себе, но Амон Анвар ясно дал понять, что забрать разрешено только карту.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мунин просунул голову мне под плечо, тоже завороженно пялясь на матовый блеск. Жёлтый клюв осторожно звякнул о мифрил.
— На слух как настоящий, — произнёс задумчиво. — Может, возьмём парочку, побудем хоть иногда благородными разбойниками? Хозяйка всего этого добра уже отправилась к Баалу, а нам пригодится.
— В воровстве нет ничего благородного, да к тому же сам слышал. На вещах сильные чары, и я сильно сомневаюсь, что ты разберёшься какие. Пока кроме поиска колец и ожерелий ничему не обучен, помалкивай. Аура скрытности возможно вещь полезная, но это ещё надо доказать.
— Ладно, ладно, не кипятитесь господин адепт. Это я так проверял Вашу память. Посмотрю у печки, на полках всегда найдётся что-нибудь. Клюв даю на отсечение среди той кучи зелий запрятано много интересностей.
Кровать коротко скрипнула, и мы с вороном одновременно устремили взгляды туда. Русана снова перевернулась на другой бок и положила большой палец в рот, как делают дети в детском саду.
— Ты не отвлекайся Мун, мне скоро выходить. Сам понимаешь, реал — девушка капризная, как наша юная травница, иногда и ей приходится уделять время.
— Мне вас смертных тяжело понять. Почему бы просто не придумать способ, как переселиться в Серогорье навсегда. Ну чего в вашем реале делать? Надо каждое утро ходить в школу, в институт, а потом вообще хуже некуда — работа. То ли дело у нас… Взмахнул мечом, разрубил врага пополам и все дела, осталось только монеты собрать.
Крыланы закачались, когда ворон взметнулся на полку, по-хозяйски зашагал вдоль длинных пыльных рядов с цветными склянками. Пока я исследовал подстольное пространство на предмет тайников, о пол билось стекло, на стены летели разноцветные брызги, собираясь в лужицы. Густые струи текли к двери, где и впадали в одно небольшое цветное озеро. Стало тяжело дышать, хижину всё больше заполняли пары кислых запахов, от которых в горле свербело как шило в одном месте. Глаза слезились, а руки так и просились остановить рьяную птицу парой затрещин. Я рванул к окну. Ещё пара секунд, и случится самая нелепая смерть в истории.
— Да что ты за демон такой, — прокричал, высунув голову на воздух. — Ладно меня, девушку пожалей!
— Кажется, я что-то нашёл! — раздалось победное позади.
Как ни хотелось возвращаться в затхлое болото, а пришлось. К счастью дурман потихоньку улетучивался, и воздухом вполне можно дышать через раз. Ворон отодвинул остатки того, что ещё осталось целым на полке, и столкнул напоминающий гладкое полено предмет. Он хрястнул внизу о битое стекло, покатился, собирая осколки ко мне.
— А нельзя поаккуратнее? — сказал, вытаскивая из-под ноги тубус.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
По старой привычке не стал сразу бросаться открывать, а присмотрелся к определённо древней вещице. Вдруг да найдётся полезная информация. Чёрное дерево на ощупь гладкое, правильной цилиндрической формы, по всей поверхности множество разводов от годовых колец. Кажется, что выточено прямо из ствола молодого дуба. Ближе к завинчивающейся крышке налеплена маленькая красная печать, как раз на стыке с тубусом. Если вор попробует открыть, то сургуч сломается, а виновника в лучшем случае ждёт метка вора. С волшебными печатями вообще стоит быть осторожным, одно неверное движение и молнией шарахнет так, что пятки завернутся до самых ушей, а тои уши до задницы.
