За столом образовалась тишина, я не знала, что ему еще сказать и усердно пережевывала, дольше, чем обычно, периодически поглядывая на дочку и прогоняя мысли о муже и его реакции, Тимур же тоже принялся есть, молча буравя нас взглядами, о чем он думал мне неведомо, скорее всего, был недоволен нашим присутствием, а может, просто мучался головной болью с похмелья, так как он периодически морщился, словно ему больно.
Глава 11. «Как же эту боль мне преодолеть?»
ОЛЕСЯ
Близился вечер, а вопрос все не решался, Кирилл Алексеевич не выходил на связь. Я начинала нервничать, но ждала, больше ничего не оставалось. Софа после дороги и обеда задремала прямо на диване, на котором смотрела мультики, чему я было очень рада. Накрыла ее пледом и решила обследовать дом, периодически набирая номер отца друга.
Хозяин дома, как он сам выразился, подкрепился и отправился к себе на второй этаж. Туда я не решилась взобраться, боялась ненароком с ним столкнуться, а прошлась по первому этажу, подыскивая нам с дочкой комнату. Она обнаружилась достаточно быстро. Просторная и светлая с большо кроватью, где мы можем вдвоем комфортно разместиться. Но перед тем, как перенести сюда вещи, решила немного прибраться, больше занять руки, так как сидеть ничего не делая накатывала депрессия, не хотелось думать о своем бедственном положении.
Увлеклась мытьем полов и не заметила, как оказалась в комнате не одна.
— Что вы так бесшумно подкрадываетесь?! — испугалась его неожиданного появления.
— Так девочка спит, — посмотрел с укором, хотя он и раньше постоянно бросал похожие взгляды.
И долго от тут стоял, пока я мыла полы кверху попой? Смутилась, а у него вид невозмутимый, лицо кирпичом, наверное, только подошел. Нахождение с неизвестным мужчиной в доме и так напрягало, были свежи воспоминания, что любой мужчина сильнее женщины и стоит быть аккуратной, но, чтобы не развивать эти страшные темы, решила сразу его отвлечь на другое.
— Вы дозвонились?
— Да, я как раз и пришел по этому поводу…
— Странно… А мне он так и не перезвонил.
— Разговор состоялся буквально минуту назад, у него было совещание, не мог разговаривать.
— Ясно. И?
— Я перееду в маленький домик во дворе, чтобы не смущать вас с дочкой.
Никакой домик я не видела, но я и не смотрела, он, видимо, находился позади большого дома. Такой вариант меня вполне устраивал, если он не будет нам мешать и постоянно тут шастать.
— Если позволите, то я бы приходил на обед и ужин, там нет где готовить.
— Хорошо, только…
— Да?
— Только приходите в конкретное время, у нас с дочкой режим.
— Договорились, — сказал он так по-деловому, будто каждый день многомиллионные контракты заключает, а не с вынужденной соседкой договаривается о совместной площади.
— Не подскажите, где тут магазин, нам надо закупиться.
— На соседней улице. Минут пятнадцать ходьбы, пару минут на машине.
— Я без автомобиля.
— Я могу, если что, вам помочь, — как-то нехотя, но вызвался помогать, видимо, воспитывала мама его хорошо, это потом он превратился в угрюмого мужика, обросшего не только бородой, но и социальной браней и в придачу пофигизмом.
— Только если вам нетрудно.
Не мне судить, из приличной жены я превратилась в беглянку, увезшую дочь от собственного отца. Может, стоило еще раз попытаться поговорить с Женей, может, мне бы удалось все решить мирно… Меня мучила совесть и терзали сомнения правильно ли я поступила.
Глупая, ты хочешь, чтобы он забрал у тебя дочь? Лучше ты у него, чем он у тебя. Он бы запретил бы вам видеться, а я в будущем не планирую запрещать им общаться, мне просто нужно поставить жизнь на новые рельсы, ни от кого не зависеть.
Но совру, если скажу, что не переживала и чувствовала удовлетворение. Нет, такого и в помине не было. Все что сейчас ощущала — боль. Словно кусок сердца вырвали наживую, и оно кровоточит по утерянному счастью. Сложно в одночасье изменить свою жизнь, принять и смириться. Нужно начинать все сначала, но уже без опоры, без крепкого плеча рядом, без поддержки любящего человека.
Где взять силы, когда внутри лишь опустошение? Как двигаться дальше? Тимур ушел, просто кивнув напоследок, а на меня накатили эмоции, слезы потекли ручьем, присела на заправленную кровать и снова ревела. При дочери плакать нельзя, это так трудно сдерживать бушующий поток.
Женя наверняка уже подъезжает к дому… скоро он застанет пустой дом и осознает, что произошло. Осознать осознает, но вряд ли примет. Он будет зол. Скорее всего, позвонит матери…
Завибрировал телефон. Кирилл Алексеевич вышел на связь. Утерла слезы ладонью, сделала глубокий вдох, постаралась успокоиться, чтобы он не услышал расстройства в голосе.
— Олеся, прости, что так получилось. Тимур трубки не брал, а потом у меня началось совещание.
— Ничего, — главное, что все выяснилось и мне не придется спешно искать новое решение. А то комнату я нам с дочкой выбрала, полы даже в ней вымыла и пришлось бы уезжать.
— Как я тебя и просил ранее, ты приглядывай за ним, — в голосе сквозило беспокойство и грусть.
— По виду с ним все в порядке, — не считая пагубной зависимости, но про нее не стала ничего говорить, как-то стыдно, я не выходила на связь столько лет и вот объявилась и прошу помощи, а этот мужчина может хороший друг или вообще родственник, — Но я, конечно, буду приглядывать и, если хотите, буду сообщать.
— Нет, это необязательно, только если какое-то чрезвычайное происшествие, но, надеюсь, до этого не дойдет.
Я тоже хочу верить, что сосед не принесет нам неприятностей, своих вполне хватает. Стало немного интересно почему он тут прохлаждается с бутылкой наперевес, но не настолько чтобы выспрашивать. Я же только приехала, может, он только вчера напился, а я тут ему уже приписала алкоголизм в полном рассвете. Мало ли что у него в жизни случилось, может, тоже развод переживает. Вдруг его жена с его братом переспала, и он на собственный день рождения про это узнал. Усмехнулась сама себе, ну а что, может нас случай с похожими проблемами свел.
— Кирилл Алексеевич, еще раз спасибо вам, — искренне его благодарила.
— Мне не сложно. Как и обещал, постараюсь выбраться на выходные к вам.
— Хорошо, я буду ждать.
Я собиралась немного порелаксировать, как это возможно в моей ситуации, и заняться делами, немножко прийти в себя, дать себе немножко дней свыкнуться с новой реальностью. Мне и сейчас кажется, что откроется дверь и в нее зайдет злой муж. Сим-карта у меня была новая, но все равно боялась, что он меня быстро вычислит и накажет за своеволие. Мне он сейчас кажется монстром, способным на все, но я любила его, а он меня предал.
Думаю, Оля обрадуется моему исчезновению, никто не мешает занять мое место, броситься его утешать. Оно и к лучшему, он скорее забудет о нас в объятиях сестры. Но стоило подумать о их совместных поцелуях и занятиях любовью в нашей кровати, в нашем доме как становилось мерзко.
Брось, Олеся, это больше не твой дом… И не твой муж… Да на бумагах иначе, но тебе не нужен предатель, ты выше этого, ты сможешь без него.
«Ты сможешь, ты сможешь…» — твердила своему уставшему и возбужденному от стресса мозгу.
Заглянула в гостиную, дочь еще спала, и я решила, раз уж мы точно остаемся, разобрать вещи. Назло своим мыслям, что нас найдут и сумки не нужно распаковывать, наперекор своим страхам.
Не думала, что это будет так трудно, но уехать на эмоциях оказалось легче, а сейчас, находясь в чужом доме за сотни километров от прошлого, которое еще утром было единственно возможным настоящим, я, глотая слезы, развешивала свои вещи на плечики и раскладывала на полочки в шкаф. Откуда столько слез, уже достаточно плакать, но они все текли и не думали останавливаться и лишь то, что скоро проснется Софа и застанет меня с опухшими глазами, помятой и расстроенной остановило наконец этот «водопад».
