На мне уже был чёрный фартук, символизирующий скорбь и траур. Те участники, которые спаслись от «отсева», надели белые фартуки.
— Так и на что вы пытаетесь намекнуть? Всё, что мне нужно сделать — приготовить блюдо… или два блюда. Или есть что-то ещё? — Я занервничала, сама не знаю почему.
— Есть.
— Что же?
— Я могу повлиять на оценки.
У меня дар речи пропал. Я стояла как вкопанная, не зная, что ответить. А Франко расценил это по-своему и продолжил:
— И плата совсем пустяковая.
«Плата?» — скользнула мысль.
— Поужинаешь со мной в ресторане.
Я заморгала, но смысл услышанного, хоть с опозданием, всё же до меня дошел. Сейчас знаменитый Франко Руис — женатый мужчина! — предложил мне свидание взамен на хорошие оценки и, в последствии, выход из «отсева»? И как реагировать?
Он сунул руки в карманы брюк и пристально посмотрел на меня.
— Ответ нужен прямо сейчас.
Я собралась с мыслями и ответила:
— Если мне суждено уйти, то я уйду. Но сегодня я выложусь на все сто процентов, мистер Руис. Простите. — Я вышла и почти бегом отправилась в студию.
Никто не посмеет меня использовать.
14
Йозо, Стен, я, Ханна, Зельда и Рико стояли за своими тумбами, ожидая начала соревнования. Остальные участники сидели на балконе. Они смогут наблюдать за нами ровно до середины первого тура, а потом их уведут в специально отведённую комнату, куда по одному придут победители.
Я подняла голову и увидела, как Беркер улыбается мне, сжимает кулак, как бы говоря, что я сильная и справлюсь. Талия стояла рядом с ним и тоже мысленно желала мне выйти из первой тройки. А у меня так тряслись руки, что казалось, стоит взять в руки нож, и я рубану острым лезвием по пальцу.
Когда перед нами показались судьи, Руис был серьёзен. Его холодный вид вызвал дрожь во всем моем теле.
«Знаешь, у нас — у жюри — есть свои фавориты, и ты, Найджела, одна из моих фавориток».
Наши глаза на мгновение встретились, но он быстро перевёл взгляд на следующего участника.
«Я могу повлиять на оценки».
Почему-то мне теперь казалось, что после нашего разговора в гримерке, шансов у меня стало намного меньше. Тем не менее, я приказала себе сосредоточиться. Когда Гордон спросил тех, кто наверху, за кого они «болеют», то помимо Талии и Беркера, мое имя прозвучало из уст Мерти, Людмилы, Дамьяна и — что удивило меня больше всего — Бернардо. Хотя потом он пояснил, что и Рико заслуживает выхода из «отсева». Наш бывший капитан пожелал нам удачи и попросил не сдаваться.
«Не сдаваться», — про себя повторила я. Это именно то, что я должна не забывать. А ещё о маме и сестре.
В первом туре мы должны были приготовить блюдо, где главным ингредиентом стал имбирь. Рико взялся за сладкое, Зельда тоже принялась месить тесто. Йозо пять минут эфирного времени разглагольствовал о том, какую сочную говядину с имбирем он приготовит.
— Шеф, это будет шедевр! — воскликнул он, экспансивно взмахнув ладошками. Мы все без исключения заулыбались. Даже шеф-поваров забавляла его громкая и бессвязно-поэтичная речь.
— М-м-м… — Руис приложил палец к губам. — Интересно, что оригинального ты приготовишь.
— О, шеф, видите этот красный сочный кусочек мяса? Я буду обращаться с ним очень нежно, как с женщиной: погружу в воду, затем оботру салфетками и нарежу небольшими брусочками, похожими на пальчики моей возлюбленной!
— О! Мы хотим знать, кто же она такая, чтобы представить ее пальчики, глядя на говядину Йозо.
В студии раздался дружный смех.
Йозо смутился.
— Будущей возлюбленной, шеф.
— Значит, мы попробуем пальчики твоей будущей возлюбленной с имбирем. Очень интересно!
Снова смех.
У меня кипел мозг, я старалась придумать хоть что-то необычное, но в голову лезли примитивные рецепты: цыпленок с имбирем или паста с имбирным соусом. Всё это не то, тем более, что Стен и Ханна взялись за макароны. Я не желала повторяться. Самая бредовая идея, какая могла прийти мне на ум только в день «отсева» — взять карпа.
Руис подошёл ко мне как раз, когда я чистила рыбу.
— Что это будет, Найджела? — в его тоне чувствовалась явная озабоченность.
Я улыбнулась, стараясь вести себя так, будто в гримерной появился вовсе не он.
— Карп-белка, — ответила я.
У Руиса брови взлетели вверх.
— Почему «белка»?
— А вы не слышали легенду? — не отрываясь от дела, говорила я. Камера была совсем рядом, и у меня задрожали руки.
— Можешь коротко рассказать?
— По легенде превращать карпа в белку придумали китайцы в XVIII веке, во времена правления императора Цяньлуна. Разумеется, речь идёт не о вкусе, а о внешнем виде. Кстати, сейчас это блюдо присутствует в меню практически любого китайского ресторана, в какой стране он бы ни находился. — Я видела как Руис переглянулся с Джеймсом Бардуго, который пробовал почти все азиатские блюда. Тот поднял брови и кивнул. Видимо, впечатлился. Не обращая на это внимания, я расправлялась с рыбой и рассказывала примерный процесс приготовления. — Имбирь здесь играет немаловажную роль — из него я приготовлю соус. Сейчас я сделаю филе, удалю мелкие косточки, затем последует нелегкий процесс: мне необходимо будет сделать надрезы поперёк филе от головной части к хвосту.
— Зачем?
— Чтобы сделать белку!
— Какие техники будут использованы?
В этот момент я готова была зажмуриться, ведь я не подумала о том, что должна применить как минимум три вида техники. Что я собиралась делать с рыбой? Только жарить! Эта ошибка и сыграла последнюю роль в этом туре. Руису не пришлось трудиться, чтобы занизить балл и отправить меня в оставшуюся тройку. Блюдо вышло красивым, и действительно шефы похвалили меня за оригинальность подачи, имбирный соус вышел превосходным, но я слегка пересолила рыбу. А Джеймс нашёл косточку. Это был провал.
Как бы мы ни смеялись над Йозо, но он
