Читаем без скачивания Малыш и Странник - Владимир Буевич

Велев Гришке держать его под прицелом и пресекать любую попытку сдвинуться с места, Володька быстро преодолел разделяющее их расстояние и в прыжке обрушил на раненого духа всю свою мощь. Оглушенный враг сразу превратился в мешок опилок и был в одну секунду связан собственной чалмой. Закончив с пленником, Малыш махнул рукой Черепу, и через пару минут шорох гравия под ногами, перемежающийся с отборным русским матом, выдал приближение друга. Проклиная ночь, горы и идиотских духов, Гришка на пятой точке спускался по осыпи. Проверив живы ли два других духа и убедившись в отсутствии жизненных функций у них, ребята провели беглый осмотр места происшествия. Оказалось, духи собирали пусковую установку для стрельбы „Эрэсами“. Гришка сказал, что частенько духи обстреливали расположение части с помощью таких установок. Три — четыре ракеты класса „Земля-Земля“ с помощью часового механизма делали залп, когда духи, собравшие установку, находились уже в безопасном месте. Сама установка после запуска ракет автоматически уничтожалась с помощью взрывного устройства. Обстрел места запуска нашими „Шилками“ и артиллерией довершал сокрытие следов.

Вот так случайно ребята обезвредили одну из таких диверсионных групп. Оставшись охранять пленника и оружие, Володька отправил Черепа в часть за помощью. Немного подвыпивший Исса крепко спал и, разбуженный незнакомым сержантом, никак не мог понять, что от него хотят. После трёхминутного разговора он, наконец-то, „вкурился“ в курс дела, и поднял взвод по тревоге. Череп был их проводником и, по мере продвижения, ещё раз пересказывал всю историю ночной охоты. Пока взвод выдвигался к месту встречи, Панин доложил дежурному по части об уничтожении диверсионной группы и попросил обследовать склоны ближайших гор на предмет обнаружения других духовских групп. Уже, когда разведчики выдвигались назад, гружённые трофеями и пленником, ночную тишину разорвали залпы „Шилок“ и орудий артполка. Оказалось, что были выявлены ещё две группы духов, монтировавших пусковые установки в других местах. Утром, после прочёски склона горного хребта, были обнаружены остатки искореженных взрывами установок и несколько трупов. Малыша с Черепом вызвали в штаб, где сначала дали хорошего прочухана за своевольные охотничьи похождения, а потом стали хвалить их за героические действия. Ребята сначала упавшие духом и ожидавшие за свою самоволку самое строгое наказание после первых хвалебных слов, поняли, что никто их казнить не собирается. В результате двухчасового разбирательства — допроса их отпустили, огласив приговор: „3а мужество и героизм, проявленные при уничтожении диверсионной группы моджахедов, а также отведении угрозы уничтожения личного состава, войсковой техники и другого имущества гарнизона, представить сержантов Маркевича и Черепанова к награждению орденами „Красной Звезды““.

Плененный ребятами дух на допросах рассказал, что четыре ночи они пробирались в обход постов и засад к расположению гарнизона. Потом выбирали цели для поражения, впервые им удалось так близко подобраться к части, поэтому удар должен был быть очень эффективным и точным. Спокойно, не спеша, устанавливали пусковую установку, нацелив „Эрэсы“ на штабные модуля. Они рассчитали, что часовой механизм запустит ракеты, когда в штабе соберутся офицеры. Другие группы должны были нацелить свои ракеты на склады боеприпасов и автопарк. Об этой атаке можно было бы, потом трубить на весь мир. А это они умеют. „Голос Америки“, „Радио Свобода“, „Немецкая Волна“ и ещё несколько мусульманских радиостанций ведут трансляцию на весь мир.

Он так и не понял, как удалось советским бойцам раскрыть так тщательно спланированную операцию. Так дух рассказывал о своих ощущениях при захвате: сначала я почувствовал, как будто меня кто-то ударил палкой по ноге и упал, падая, заметил, как Искандер мёртвым падает на камни. Попробовал отползти за валуны, но звонкие удары пуль над головой заставили лежать, вжавшись в землю. Потом словно молотом ударили по голове, очнулся уже связанным в руках советских солдат. Когда ему сказали, что все группы и установки уничтожены, а в живых остался только он, бедный мужик заплакал, как ребёнок. Потом попросил переводчика передать слова благодарности тому солдату, который сохранил ему жизнь. Ведь ранение, и срок в тюрьме — всё же лучше, чем смерть.

Малыш не ожидал такого от врага, уже намного позже беседуя с другими пленными, он узнал, что многие шли в банды не по своей воле, и ранения с последующим отбыванием тюремного заключения спасали их от преследования со стороны моджахедов. Так была разрушена ещё одна сказка о том, что все — духи, заклятые враги. Весть о ночных похождениях двух друзей и о последствиях их охоты с быстротой молнии облетела гарнизон, на лету обрастая вымышленными подробностями и небылицами. Все хотели видеть героев ночного боя и пожать им руки. Малыш и Череп почивали на лаврах славы. День пролетел незаметно, и на гарнизон опустилась новая ночь, утром колонна уходила назад, и друзьям предстояло расставание.

Когда они смогут увидеться вновь, никто не знал, поэтому прощались они как будто навсегда. Пока колонна не скрылась за поворотом, одинокая фигура Черепа маячила на возвышенности возле КПП.

Дорога назад почти ничем не отличалась от пути в Асадабад, машины, освобождённые от своего груза, легко и быстро бежали по асфальту. Ничто не предвещало беды. Уже прошли самый опасный участок, где скалы вплотную подходят к дороге, а ущелье ограничивает манёвр машинам.

Голова колонны скрылась за поворотом и шлемофон вдруг, словно взорвался скороговорками команд: „Справа в зелёнке духи, огонь из всех стволов“, „Справа вверх“ ДШКа», обработать его позицию «ЗГУ». «В бой не ввязываться, проходим зелёнку на скорости». «102я, столкнуть горящий „КАМАЗ“ с дороги».

102я — это была «БМП» Малыша, выскочив за поворот и снизив скорость, машина упёрлась носовой частью в бок горящего «КАМАЗа» и, скрежеща гусеницами по асфальту, сталкивала его к краю обрыва. Духи, сметённые огнём пушек «БМП» и стрелкового оружия взвода, ещё изредка постреливали из-за камней. «ДШКа» под градом пуль «ЗГУ» уже давно заткнулся, но колонна всё равно спешила покинуть место засады. Потеряв один «КАМАЗ» после прямого попадания из гранатомёта, водитель и сопровождающий груз прапорщик, были легко ранены осколками, колонна сравнительно благополучно отделалась от духов.

Теснина гор осталась позади, по обе стороны от дороги раскинулась равнина с одинокими точками зелёнки и террасами полей на предгорьях. На одном из таких полей, возле небольшого кишлака Малыш заметил интересную картину: Словно в одной из «Арабских сказок» дехканин обрабатывал своё поле деревянной сохой, которую тянул за собой запряженный вол. Так по порядку и шли: вол, тянущий соху, старик, держащий соху в борозде, и старый ворон, выковыривающий личинки из перевёрнутых сохой земляных комьев.

В век современной техники эта картина была как будто из другого мира, времен глубокой старины.

Километрах в пяти от кишлака, в небольшом оазисе возле ручья, виднелись какие-то грязно-серые шатры. В шлемофоне раздалась команда: «Лагерь кочующих пуштунов. Быть на чеку, огонь не открывать». Из рассказов Худого, Малыш знал о существовании таких групп кочевников, но видел их лагерь впервые.

Этот гордый и своенравный народ живёт от продажи верблюдов и ослов, постоянного места жительства не имеет. Они кочуют со своим скотом по Афгану, Пакистану, Индии и каждый мужчина, независимо от возраста, готов всегда воевать с любым врагом, посягнувшим на свободу своего племени. Несколько мужчин с карабинами и автоматами наперевес стояли возле шатров и взглядом провожали проезжающие мимо машины. На их мужественных, почерневших от солнца и ветров, лицах чётко обозначилась тревога и готовность в любой момент дать отпор даже такой грозной силе, как советская колонна. Неравность в численности и превосходство в вооружении нисколько не пугала их, наоборот, было ясно — они скорее умрут, чем дадут возможность вторжению в свой суверенный мир.

В этот момент Малыш понял, что этот народ можно только полностью уничтожить, а покорить и навязать свою волю невозможно. До последнего мужчины в роду они будут сражаться за свою свободу. Потом в процессе дальнейшей службы он не раз убеждался в правоте своих выводов. Любая армия захватчиков рано или поздно всё же уходит из страны, наёмники, получив оплату за свои услуги, ищут заработок в других войнах, а народ всегда остаётся на своей земле независимо от того, какая власть в стране. Англичане много лет пытались установить свой порядок в этой стране, теперь мы поддерживаем новую власть, но только стоит последнему советскому подразделению покинуть Афган, как эта власть «народа» распадётся в один момент. Только мы уйдем, как американцы под любым предлогом введут свои войска или при поддержке талибов постараются перекроить власть в стране на свой манер. Однако их постигнет та же участь, как и всех предыдущих завоевателей. Эту страну ещё долго будут разрывать на куски междоусобные войны и неизвестно, кто и каким образом сможет объединить различные племена в единое государство. За подобные рассуждения в то время можно было крепко погореть, и поэтому Малыш ни с кем не стал делиться своими умозаключениями. Всё, о чём он рассуждал, произойдёт в будущем, а пока военная колонна советской армии тащится по раздолбанной дороге. На башне одной из «БМП», свесив ноги в командирский люк, сидит наш герой и размышляет о превратностях судьбы и истории.