Летучие корабли во главе с «Тигрицей» оторвались от земли, чтобы вскоре почти полностью раствориться в ночном небе. Через несколько минут над головами солдат начали сверкать вспышки, ушей коснулся грохот выстрелов, а несколько зависших в вышине летательных аппаратов с крепостью соединили ослепительно яркие лучи, двигающиеся то туда, то сюда. К огромному сожалению Олега, его летучие корабли не могли провести достойную артиллерийскую подготовку вражеских позиций. Чародей бы очень хотел подсократить число врагов и разнести крупнокалиберными снарядами в пух и прах как минимум вражескую артиллерию и ставку командования…Но не имел возможности добиться желаемых результатов или использовать буквально напрашивающуюся при превосходстве в авиации тактику высотных бомбардировок. Нет, технически-то им никто бы не помешал. Подняться повыше, навести орудия на цель так, чтобы двигающиеся по баллистической траектории снаряды уж точно не пролетели мимо крепости или вообще зависнуть прямо над вражеским укреплением и вывалить за борт побольше взрывоопасных подарочков…Только результата такие действия не принесли бы, если опустевших снарядных погребов не считать. Ибо противник окопался в натуральной скале, а потолок ему заменяли десятки метров сплошного гранита. Долбить такую крышу следовало целым флотом, притом желательно не один день. И то без особых гарантий на успех. Производимый прямо сейчас обстрел разрушить вражескую крепость не мог. Его целью было предоставить солдатам противника лишний повод для нервных терзаний, заставить магов перебросить часть энергии на защитные барьеры и ослепить вражеских канониров прожекторами, которые специально для этой цели запихнули на «Тигрицу» столько, сколько смогли собрать.
Три тысячи человек двигалось вперед тремя десятками отдельных групп, прячущихся под тройными куполами мобильных барьеров. В распоряжении отряда имелось достаточно трофеев, чтобы один артефакт создавал защитную пелену от себя на расстоянии сотни метров, а второй на восьмидесяти, а последний всего на сорока. Каждую подобную композиции артефактов настраивал признанный мастер своего дела, а потому между собой они не конфликтовали. Почти. Эффективность каждой отдельной волшебной пелены снизилась примерно на половину, а вот скорость расходывания топлива и износа возросли чуть ли не десятикратно. Для обычных отрядов пехоты подобные излишества с защитой, ставшей лишь вдвое надежнее считались бы огромным расточительством… Но денег на амортизацию оборудования чародею было не жаль, в отличии от человеческих жизней. Особенно если вспомнить, каких трудов ему стоило выделить этих людей из общей массы солдат-новобранцев, а после обучить и снарядить в соответствии со стандартами, до которых большинству боярских дружин было еще расти и расти. Солдаты Олега передвигались при помощи бега трусцой, стремительно сокращая расстояние между собой и вражеской крепостью. На учениях их заставляли поддерживать подобный темп часами, а потому путь до стен не вызвал бы особых проблем у людей, пусть даже тащащих на себе разнообразные доспехи и оружие. А также катящих вперед несколько самодельных таранов, сколоченных инженерами этим вечером из стройматериалов, позаимствованных в деревне. Разрушительная магия и взрывчатка были, разумеется, вполне достойными инструментами для взлома ворот…Но возможность садануть в них окованном в железо бревном, на которое дополнительно немного ярко светящихся в ночи рун нанесли, лишней при штурме вражеского укрепления точно бы не оказалась.
— Как думаешь, с какой дистанции по нам откроют огонь? — Осведомилась у супруга Анжела минут через десять, перепрыгивая глубокую яму, оставшуюся в земле после контакта грунта и тяжелой драконьей лапы. Трехголовый ящер, целиком закованный в броню и сам по себе являющийся эквивалентом маленькой армии, шествовал во всей своей ужасающей красе чуть впереди основной массы пехоты, являя собой очень завлекательную мишень для первого удара. Мишень, которую противник совсем уж проигнорировать не мог, ибо если такая зверушка в крепость все же проникнет и найдет в изрытой ходами скале коридоры, по которым она может протиснуться, то остановить её будет не проще чем затормозить бронепоезд, стоя на рельсах по курсу его движения. Плюс всемирно известное драконье дыхание…У данного конкретного экземпляра оно отсутствовало, ибо головы его являлись не более чем искусной фальшивкой, а управлялась живая марионетка спрятавшимся внутри пилотом. Да только мелким провинциальным князькам, ну или кто там руководил вражеским гарнизоном, подобный факт вряд ли был известен.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я думаю, примерно…Сейчас! — Олег знал, что время, которое противник получил на подготовку к отражению штурма, будет потрачено им с пользой, а потому и не очень удивился, когда сначала почувствовал некую смутную угрозу со стороны крепости, а потом увидел, как там чего-то сверкает. Вражеские чародеи, число и возможности которых, к сожалению, пока были известны лишь очень-очень приблизительно, объединили силы и подготовили необходимые материальные компоненты для сотворения магических атак, обладающих повышенной мощью и дальнобойностью.
Яркие точки стремительно приближались, увеличиваясь в размерах, пока не стали полноценными огненными шарами. Примерно два десятка файерболов ударили в мерцающий купол, прикрывающий одну из сотен Олега. Причем эти чары оказались отнюдь не простыми сгустками разрушительного пламени. Двигаясь в воздухе, они образовали нечто вроде цепочки, и когда первые из них ударились о барьер, они словно бы лопнули направленным исключительно в одну сторону взрывом, искры от которого полыхали в воздухе секунд пять или шесть, дестабилизируя щит и прожигая его. Через эту пылающую дыру внутрь проникли остальные снаряды, и все повторилось. А затем еще раз. Последние штук пять из них, более ничем не удерживаемые, обрушились на людей Олега, разбрасывая человеческие фигурки ударной волной в разные стороны и заливая все и вся колдовским напалмом.
— Хм, а у них там хороший огневик, — заметил Олег, наблюдая за тем, как его бойцы поднимаются обратно на ноги, сбивая с себя пламя, жадно жрущее сочную зеленую траву и грунт, но не способное всерьез зацепиться за человеческие фигурки. — Мне до такого мастер-класса еще учиться и учиться.
— Вот не надо самокритики! — Фыркнула Анжела под согласный рык Доброславы, уже давным-давно вернувшейся обратно в свою волчью форму. — Как пиромант ты не просто твердо находишься на четвертом ранге, но еще и чуть ли не к самой границе пятого шагнул! Далеко не каждый истинный маг умеет зажечь с той же силой и на тех же дистанциях, что тебе подвластны!
— Пусть так, — не стал спорить чародей, внимательно наблюдая за входящими в состав попавшей под атаку сотни санитарами, сейчас на ходу латающими тех солдат, кто все-таки до конца не уберегся. Такие были. Штук пять-шесть. И еще парочка уселась прямо на землю, распивая зелья из имеющегося у каждого бойца при себе маленькой аптечки и явно не собираясь идти дальше. Судя по тому, что командиры к ним не применяли методов дисциплинарного воздействия — действительно обгорели, а не просто филонили. Олегу оставалось лишь посочувствовать им, ибо он по себе знал, как много неприятных ощущений способны даровать человеческому телу обширные ожоги. И пусть солдаты уже жадно глотали жидкое обезболивающее, нужное дабы даже при тяжелых ранах люди смогли хоть как-то позаботиться о себе и сохранить минимальную боеспособность, слабенькие и дешевенькие зелья, стоящие сущие гроши и вышедшие из-под рук мастеров, которые в своей работе и магией-то могли не пользоваться, банально делая вытяжки из каких-нибудь местных опиатов, сумели бы лишь приглушить терзающую их агонию. — Однако тут явно были чары достойные магистра, пусть и слабенького. Например, имеющего только пятый ранг, но залившегося стимулирующими эликсирами и облегчившего себе работу при помощи нужных инструментов…Интересно только, он там такой один?
— Вряд ли, — пожала плечами супруга чародея. — Только это ничего не меняет, если в крепости не окажется магов рангом повыше, наших солдат им не взять… Ну, или выбивать по одному и небольшими группами, вкладываясь в каждую атаку, как в разрушение какого-нибудь голема.
