Лайонел перестал пятиться, и Эсси сама не заметила, как подошла вплотную.
– Да, я мечтала об этом, когда была подростком. А хочешь узнать о моих нынешних фантазиях? О не праведных фантазиях, как ты их назвал вчера вечером? – Эсси прикоснулась рукой к его щеке. Ладонь легла на квадратную челюсть, однодневная щетина слегка покалывала ее кожу. Ощущать свою власть над ним было невыразимо приятно. Оказывается, тайные фантазии были не только у нее. И сегодня ночью претворятся в жизнь не только они.
– Эсси, боюсь, это не слишком удачная идея, – сказал Лайонел.
– А по-моему, это самое лучшее, что когда-либо приходило нам в голову.
Она поднялась на цыпочки и прижалась губами к его губам. На какое-то мгновение Лайонелу удалось сдержать себя. Его руки остались опущенными, грудные мышцы напряглись под ее ладонью. Эсси ощутила его внутреннюю борьбу со строгими моральными принципами. Именно они не позволили им быть вместе много лет назад. Но на этот раз Лайонел не смог устоять.
Он притянул Эсси к себе и обвил ее руками.
Объятия были такими крепкими, что она едва могла дышать. Эсси задышала только тогда, когда он усадил ее на стойку.
Вкус его губ был таким же упоительным, как и вкус дорогого виски. От ощущения его сильных рук у Эсси кружилась голова. Казалось, его ладони были повсюду: они одновременно ласкали ее волосы, стягивали тенниску и гладили сквозь шорты округлые бедра.
Эсси заподозрила, что она ошиблась. Ненасытный, безумный и грубый секс может ей понравиться. Он жаждал ее тела, жаждал овладеть ею немедленно.
Его дальнейшие действия только подтвердили это. Лайонел заставил Эсси обхватить ногами его талию и притянул к себе ее бедра. Шорты задрались и полностью обнажили ноги. Почувствовав прикосновение грубой ткани к чувствительным ляжкам, Эсси скрестила лодыжки на спине Лайонела и уперлась ступнями в его ягодицы.
Губы Лайонела двинулись к ее шее. Эсси запрокинула голову и выгнула шею, подставляя ее страстным поцелуям. Его зубы жадно впивались в нежную кожу.
Она наслаждалась прикосновением восставшего члена к промежности. Сердце бешено билось от наслаждения. Хватая ртом воздух, Эсси вцепилась в плечи Лайонела. Казалось, она вот-вот потеряет сознание.
Лайонел стянул с нее шорты. Скорее, скорее! – мысленно умоляла его Эсси. Его пальцы скользнули по трусикам, и Эсси инстинктивно раздвинула бедра.
Большой палец властно развел половые губы, проник внутрь и задвигался взад и вперед. Эсси вцепилась в его плечи и испытала неслыханный оргазм.
Ее тело сотрясла дрожь. Но, как ни странно, прикосновение горячих мужских рук продолжало возбуждать Эсси. Она желала Лайонела еще сильнее, чем прежде. Хотелось сорвать с него одежду, увидеть его обнаженным, полностью доступным ее ласкам и трепещущим от сладостного желания. Однако больше всего ей хотелось ощутить внутри его твердую плоть.
Дрожащими руками она нащупала ремень, но тут Лайонел схватил ее за руки, закрыл глаза, прижался лбом ко лбу и сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями.
– Пойми меня правильно, Веточка. Ты очень соблазнительная… – Внезапно он отпустил руки Эсси и отошел от нее. – Но я не хотел разбивать тебе сердце, когда мне было восемнадцать, и тем более не хочу делать это сейчас. – Затем он повернулся спиной и ушел, не дав ей открыть рот.
7
Она еще долго сидела на стойке, дрожащая, опустошенная, пытаясь совладать с эмоциями и прийти в себя. Затем посмотрела на дверь, за которой он только что скрылся, и на недопитую бутылку виски.
Неужели он отказался от нее? Она поправила тенниску, соскочила со стойки и принялась натягивать шорты. Колени дрожали и подгибались, но Эсси нашла в себе силы выпрямиться.
Неужели она и вправду думала, что секс с ним не доставит ей никакого удовольствия?
Жаль, ничего не вышло. Она испытала один из сильнейших оргазмов в своей жизни, но Лайонел ни капли не возбудился. Все это время он держал себя в руках.
Он что, каменный? Сколько можно поворачиваться к ней спиной?
Только сегодня утром – нет, черт возьми, еще несколько минут назад! – она верила, что сможет забыть Лайонела, если претворит свои фантазии в жизнь. Как же она ошиблась! Теперь ей не удастся забыть его никогда…
А если секс с ним окажется таким, как она мечтает? Что ей тогда делать?
Но если случится худшее и ей не удастся переспать с ним, придется провести всю оставшуюся жизнь в мире своих фантазий. Это просто немыслимо!
Если за эти две недели она не сможет заманить его в постель, то будет жалеть об этом до конца своих дней. Нужно действовать, действовать наперекор всему, иначе утром его чертовы моральные убеждения воскреснут снова.
Лайонел наверняка подумал, что воспользовался ситуацией, и ощутил чувство вины. Именно поэтому он развернулся и ушел, решив исчезнуть из ее жизни. Опять.
Но на этот раз она не позволит ему так поступить.
Нужно найти способ заставить его остаться в городе. Тогда у нее будет достаточно времени, чтобы соблазнить его. Если придется, она воспользуется его чувством вины. И ни перед чем не остановится, чтобы заполучить Лайонела в свою постель.
На грудь Лайонела обрушилась страшная тяжесть, и он очнулся. Голова гудела, тело ныло, во рту было так сухо и противно, будто туда влили ведро помоев. А еще хуже было ощущение того, что вчера он не только слишком много выпил, но и совершил куда большую глупость.
Какого черта ему вздумалось откровенничать с Эсси?! И с какой стати взбрело в голову рассказывать о чувствах, которые он питал к ней в школе? Ей ни к чему это знать! Какого дьявола он целовался с ней?!
Как будто этого было достаточно. Как будто он смог бы просто целовать ее и не прикасаться к ней. Как будто он никогда не мечтал сорвать с нее одежду и увидеть тело, которым бредил всю свою юность. Как будто не жаждал исследовать каждый дюйм этого трепетного тела, познать его, войти в него и насладиться им.
Он так хотел ее! Отказаться от нее и уйти было труднее всего на свете…
В животе заурчало, желчь медленно поднялась по пищеводу и подступила к горлу, усугубив гадкий привкус во рту. Лайонел с трудом подавил позыв рвоты.
Силы небесные, о чем он вчера думал?!
Тяжесть в груди – что это? Чувство вины?
Вдруг ему показалось, что груз слегка переместился.
Он заставил себя приоткрыть один глаз и сквозь смутную пелену различил крупное медово-кремовое пятно. Пятно Повернулось, и лицо Лайонела обдал поток теплого воздуха.
Он с трудом открыл второй глаз и пристально разглядел пятно. Нет, это не чувство вины.
Это собака.
Лайонел смутно подумал, что нужно подобрать псине новую кличку, но тут же забыл об этом. Он стал мысленно прокручивать все детали вчерашнего разговора с Эсси. Каждое слово, каждое прикосновение вплоть до последнего манящего и одновременно умоляющего взгляда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
