Фуууу…. Жив, цел, орёл.
Мёртвое сердце колотится от волнения. Осматриваюсь. Не знаю, что за подсобка такая, но валяются тут множество пыльных свитков неизвестного содержания. Можно стырить, но моя сумка не сможет перенести их из этого мира в мой, да и наши учёные сейчас заняты более актуальными проблемами, вроде Большого Писца. Ладно, пёс с ними. Аккуратно, помня, что мой блинк стал «бесплатен» перемещаюсь в сторону маленького окошечка, закрытого мутной плёнкой неизвестного мне происхождения. Смотрю в щёлочку. Во дворе почти никого. На пробу блинк на улицу, озираюсь, дальше ногами, даст система, под моей усиленной невидимостью — не увидят.
Перемещаюсь пешком и сравнительно коротким блинком. Невидимость классная штука. Кто знал, что на втором этаже главного корпуса будет парная с бассейном, где томно моются две дюжины разнокалиберных дам, включая очень даже ничего?
Я оказался на вымощенном высокохудожественной плиткой полу и чуть не навернулся от разлитой воды. В шаге от меня был край большого, но довольно мелкого бассейна. Длинноволосая подтянутая брюнетка, совершенно (в чём я убедился через мгновение) голая, ловко уцепилась за край бассейна, перевалилась, поднялась, закинула ногу и плавно встала в полный рост.
Вода стекала с её обнажённого тела потоками, она картинно запрокинула волосы чтобы убрать их чуть назад, надменно прищурилась глядя на меня и произнесла пару коротких фраз на незнакомом мне языке.
В горле ком размером с кулак. Глупо моргнул.
Из-за моей спины донёсся смеющийся ответ и мне потребовалось пара секунд чтобы понять, что смотрит обнажённая красавица не на меня, а «сквозь» меня. Ситуация как в моем подростковом возрасте, когда девушки меня в упор не видели, что, впрочем, они делали практически со всеми парнями.
Посторонился, чтобы голая мокрая девушка не оказалась в моих объятиях. Вообще, надо бы двигать отсюда, но я потратил ещё пару минут чтобы созерцать и ту вторую девушку, и ещё нескольких, которые парились, купались, кушали какие-то фрукты, смеялись или хмурились.
Ладно гуль, некрасиво это, подглядывать. Что ты как живой себя ведёшь?
На прощанье увидел, как «моя» брюнетка звонко шепнула по голой заднице идеально сложенную блондинку и даже немного задержала руку, ощупывая. Вздохнул и поблинкал собирать слюни по всему дворцу.
Оказавшись на небольшой кухне (скорее всего, это не основная), нашёл кувшин, пощупал, понюхал, решил, что там что-то вроде воды, выпил по меньшей мере два литра. Фу… Меня постоянно мучает жажда.
На поясах некоторых стражников висели магические приблуды, так что я старательно соблюдал дистанцию. Мне потребовалось ещё минут пятнадцать, чтобы попасть в помещение на втором этаже, в котором сидел молодой, сравнительно симпатичный парень и что-то хмуро читал. На голове у него была составная, увесистая, с короткими зубьями корона с выведенными на ней иероглифами местной власти. Гм. Корону носят только главные представители правящей династии, из которых сейчас большая часть (после умалчиваемых Трогом событий, хотя нетрудно догадаться, что приход к власти очередного наследника нельзя назвать бескровным) сейчас пребывала в местной усыпальнице. Надо думать, после стольких мытарств я набрёл на здешнего пока-ещё-монарха.
Я стал напротив его рабочего стола в полный рост, скрестил руки на груди и придал лицу строгость. В таком виде снял невидимость, однако ушлый молодой царь был так поглощён чтением, что буквально не заметил моего появления.
— Экхе, экхе, — несколько театрально закашлялся я, чтобы обратить его внимание.
Он коротко бросил взгляд.
— Я никого не звал. Поди прочь. Вон! И пусть Эрцио даст ещё шербета.
Моё терпение, и без того весьма слабое и шаткое, дало некоторую трещину.
Брезгливо, словно дохлую змею, двумя пальцами выдернул со стола изучаемое письмо с вензелями, приподнял и отшвырнул в сторону.
Теперь уж мне удалось обратить на себя внимание. Чисто выбритое гладкое лицо Иороса запылало гневом, он открыл было рот, однако, когда перед его лицом материализовалось копьё с повышенной пробивной способностью, благоразумно не издал ни звука.
— Пришли убить меня? Дядя Клайконнеж подослал, надо полагать? Я давно знал. Имеется ли возможность договориться или вы чтите кодекс сумеречных убийц превыше золотого звона? — великолепным, звучным, хотя и приглушённым голосом спросил он, сохраняя при этом видимое достоинство.
— Ни то, ни другое и вообще… Поговорить надо.
И я открыл портал, с сожалением истратив на это целых 220 маны.
— Прошу пройти туда.
Царь раздумывал целых десять секунд, осматривая круг малого портала, вздёрнул голову и шагнул на другую сторону. Слава яйцам, а то я уж собирался вырубить его ударом по голове, что могло слегка подпортить дипломатию.
Мы стояли на верхнем этаже набатной башни, которая возвышалась над большой торговой площадью. Прямо под нами копошился народ, чинилась торговля, суета и спекуляция. Башня заперта и не обитаема, мы стояли на чём-то вроде встроенного полуоткрытого балкона. Я был тут во время одного из блинков пока добирался, поэтому заприметил и изучил подходящую локацию. От загаживания вездесущими птицами «балкон» защищён мелкой сеткой. Сейчас это выглядело так, будто я опасался, что царь от меня улетит. Хотя чёрт его знает…
— Меня зовут Леонид.
— Странное имя.
— Да кто бы говорил. Я иномирец, если твоё величество не заметило. И давай сразу на ты и без церемониала.
— Царь разговаривает на равных только с другими царями. Даже лидеры разбойников, грязные командоры, епископы и вожди дикарей-еретиков под стенами Вечного города мне не ровня.
— Тогда очень удачно, что я — царь Леонид.
— Это меняет дело. Но я прошу тебя убрать оружие. Сбивает со степенного настроя на разговор.
Поджал плечами, убрал. Иорос долго молчал и озабоченно смотрел вниз, словно впервые видел свой город и суету его обитателей. Выждав для приличия целую минуту, откашлялся и начал разговор.
— Твоё величество, смотри… зачем позвал… у тебя там под стенами армия.
— Мой родной и подвластный город, называемый Левобазилия, город золота и стали, торговцев и лучших во вселенной воинов, выдерживал и не такие осады.
— Громкое заявление. Правда, никакой «осады» не будет. Не будет подмоги Приморских баронов, не будет наёмников из Рыжей степи, на которых ты рассчитываешь. Буквально сегодня-завтра случится штурм. Нападающие заморозят кусок моря, прорвутся в порт, огненные маги ударят по Буцифским воротам и разнесут в щепки, в паре мест рухнет стена, ворвётся войско.
— Сборище воров и насильников, которое ошибочно именуется армией конклава, слишком малочисленно для этого, — раздражённо перебил меня Иорос.
— Было. Было малочисленно. У них приблизительно двадцать тысяч клинков, у тебя около тридцати, из которых только шесть можно условно назвать обученной армией, а остальные двадцать четыре — местные крестьяне и горожане, которых ты спешно и насильно поставил в строй. Сражений они до смерти бояться. Но это не главное, конклав осуществил системный призыв и вызвал ещё десять тысяч игроков в усиление.
Зубы молодого царя скрипнули, он уцепился за сетку, ограждающую балкончик, поглядел вниз, насупился и процедил, словно продолжая давний спор.
— Да чего стоят эти игроки? Бродяги, проходимцы, разбойники, трусы, слабаки.
— Стоят, Иорос, стоят. Например, я один из таких игроков и в одно рыло этой ночью перебил рейдовую сотню твоих солдат.
Царь посмотрел на меня разгневанно.
— И ты смеешь мне об этом говорить⁈
Хмыкнул. Ну, для начала я смог вывести его из равновесия, уже хлеб.
— Смею, твою мать. Ты забыл, что разговариваешь с равным? И не надо мне тут щёки надувать. Специально вытащил тебя из твоей зоны комфорта чтобы ты не пыжился под защитой своих стен, мол, я нихера не боюсь. В этом первая проблема, что ты весь из себя такой молодой, тупой и смелый.
