Читаем без скачивания Бесконечный прорыв граймов - Тарс Элиан

– А как же иначе, Сергей Луисович? – ответил Добрин, приняв предложение майора наконец-то перейти к серьёзному разговору. – Мой клан, как вам известно, понёс серьёзные потери в войне против «Багряных псов»…

Не справившись с эмоциями, Илья замолчал, поморщился и отвернулся.

– Я вместе с вами скорблю о вашем сыне, Илья Львович, и обо всех достойных людях, преждевременно покинувших нас, – с сочувствием сказал майор.

Добрин кивнул в ответ.

– Мы сражались за правое дело, – проговорил он и решительно уставился на собеседника. – «Багряные псы» контролировали граймов с помощью артефакта, заставляя тех нападать на беззащитных людей, то есть они использовали граймов в военных действиях. Мы считали своим долгом пресечь их бесчинства! До сих пор считаем.

Майор сверкнул глазами и быстро спросил:

– Этот артефакт, как я понимаю, после ликвидации «Багряных псов» вы не нашли.

– Синее кольцо отступника осталось у Рыкова и Власовой, – ответил я вместо Добрина.

– Мы принимали немало усилий, чтобы отыскать беглецов, но всё тщетно, – зло процедил Илья Львович. – А теперь… Мы со Станиславов Георгиевичем очень надеемся, что государство не позволит использовать граймов против людей. Это недопустимо. Разве что в тех случаях, когда используются для защиты пострадавшей стороны.

Последнее уточнение Добрина заставило майора на миг задуматься. После чего он кивнул и попросил рассказать подробнее о роли синего кольца в минувшей войне.

– Что ж, благодарю вас, – обозначил поклон Ивашкин, когда Добрин замолчал. – Полагаю, вы сами продолжаете поиск беглецов и артефактов, которые по праву победителя должны принадлежать вам. Так что даже не буду просить вас одолжить нам «Красное кольцо влюблённой девы». Вместо этого, если возможно, прошу вас рассказать, как вы вообще узнали о том, что «Багряные псы» обрели столь мощный артефакт и хотят использовать его во зло.

Илья Добрин откинулся на спинку кресла.

– А вот это, Сергей Луисович, ещё одно белое пятно во всей истории с кольцом. Однажды мы получили анонимное письмо, в котором говорилось, что псы завладели этим артефактом и хотят использовать его отнюдь не в добрых целях. Автор письма уповал на то, что наш долг, как истинных вайлордов, пресечь деятельность «Багряных псов» и отобрать у них кольцо. Разумеется, мы не поверили на слово анониму – ведь это выглядело как попытка стравить нас с нашими соседями. Однако и проигнорировать мы это послание не могли. Стали присматриваться к «Багряным псам» и однажды заметили синеглазого грайма. Как раз в тот день, когда моя племянница познакомилась со Станиславом Георгиевичем. Ну а затем мы получили ещё одно анонимное сообщение, всё так же, через посредника от клана Изаксон. В нём говорилось о красном кольце и о том, что его выставят на аукционе.

– Вот как… – задумчиво проговорил майор. – Очень любопытно. Появляется ещё больше вопросов.

– Которые вы можете задать клану Изаксон? – спросил я, предполагая, каким будет ответ.

Майор отрицательно покачал головой:

– Увы, даже у слуг государства нет полномочий допрашивать Изаксонов. Тем более по подобным вопросам.

– Вам кажется этот вопрос… недостаточно важным?

– Нет, – он вновь мотнул головой. – Дело в другом, Станислав Георгиевич. Репутация Изаксонов безупречна отчасти и потому, что государство выстраивает с ними отношения, будто само является огромным кланом. Отчасти именно так оно выстраивает отношения со всеми синдикатами и кланами. И поэтому вмешиваться в дела кланов и синдикатов напрямую может лишь в том случае, если эти кланы и синдикаты подозреваются в серьёзных преступлениях, и на это указывают серьёзные улики. Изаксоны передают письма, не зная их содержаний. Это не преступление. А сейчас я знаю содержание письма. В нём нет состава преступления, так что я не смею даже просить Изаксонов выдать мне имя посланника. В противном случае теряется весь смысл анонимной передачи разного рода жизненно важной информации.

Несколько секунд мы сидели молча. Майор не спешил продолжать рассказ. У меня же имелось к нему несколько вопросов. Начал я с того, что поинтересовался, есть ли продвижение в поиске того, кто послал Свете коробку с бомбой.

– Увы, порадовать вас мне нечем, Станислав Георгиевич, – изобразил сожаление майор. – По горячему следу далеко уйти не получилось. Однако полученных крох информации мне хватило, чтобы ещё сильнее уверовать в то, что заказчик покушения на вашу сестру – не Власова. След ведёт в другую сторону.

– Надеюсь, вы сообщите мне, когда станет известна хоть какая-то конкретика? – спросил я.

– Будьте уверены.

– А может быть, прямо сейчас намекнёте? Что это за другая сторона? – не унимался я.

– Увы, не могу посвящать сторонних лиц в детали расследования. К тому же детали уж очень туманные.

Отчего-то я был уверен, что больше из него насчёт покушения на Свету ничего вытянуть не удастся.

– Да, понимаю… – закивал я. – Это след Власовой вами уже довольно хорошо изучен. Верно?

Майор нахмурился и покачал головой.

– Не вынуждайте меня идти на должностное преступление, Станислав Георгиевич. Я всё равно на него не пойду.

– Даже после того, как мы, переступив через себя, поделились с вами тайнами клана Добриных и «Малахитовых щитов»? – спросил Илья твёрдым голосом.

– Даже после этого я не могу вам сказать, куда привёл нас след Власовой, – ответил Ивашкин, поднимаясь. – Благодарю за беседу, господа, мне нужно возвращаться в офис. Не хочу опять задерживаться на работе. Я, знаете ли, вчера посмотрел первую серию документального фильма о смутном времени. Не терпится глянуть вторую. Понимаете, заставляет задуматься, кто в те времена потерял больше других влияния? Почти умерший царский род, член которого в итоге стал первым президентом? Или же, может, какой-то другой род? Ослабление которого, по мнению некоторых исследований, и привело к смуте, свержению монархии и упразднению сословий… Очень любопытно!

Ещё раз попрощавшись и пожелав нам хорошего дня, майор наконец-то оставил нас с Добриным наедине.

Положив в травяной чай ложку мёда и размешивая его, я с любопытством поглядывал на Илью. Мой союзник пребывал в глубочайшей задумчивости.

– Тебя так сильно поразило то, что майор стал намекать на Романовских? – спросил я.

– А? – Добрин встрепенулся. – Ты тоже так понял его речь? Что Власова скрывается у Романовских? Ну или то, что они её как-то прикрывают?

Я кивнул.

– Да… – протянул Добрин. – Иначе и не подумаешь. Но… это очень неожиданно. Откуда ты знаешь о Романовских?

– Что-то рассказывали в детстве, когда говорили о кланах вайлордов. Что-то подцепил из школьных знаний. Не последние бояре, как-никак.

– А кто-то говорит, что и вовсе первые после царя. А раньше… в царские времена, по слухам, некоторые так и совсем шептались о том, что на самом деле истинные правители России – Романовские. Власть их, основанная на авторитете и влиянии, была огромна. А кровь… Ну так русских царевен постоянно главам и наследникам Романовских в жёны отдавали, а дочерей Романовских царям и царевичам. Нда… Легендарный был род. Когда-то давно Добрины ему служили.

– Вот как? – удивился я. – Не знал.

– Мои предки получили вольную, когда решили отправиться в Малахитинск, чтобы строить город и бороться с граймами. Предки отправились сюда третьей волной. В первой тоже имелись Добрины, но вышедшие из рода. Первыми поселенцами были сильнейшие из рода Романовских, их верные вассалы и крестьяне. Здесь должно было родиться княжество. Но первопоселенцы в конечном счёте обрели лишь смерть. Мои предки винили себя за это. Сильнейших из Добриных не было во время первого похода. Кто-то же должен был остаться в Москве? – Илья горько хмыкнул. – Лишь к третьему походу им позволили присоединиться. Но после первого провала уже сами Романовские не могли одни организовать поход. Так что начиная со второго, походы были сборными. Романовские тогда не могли тратить собственные ресурсы, силы и внимание на покорение новых земель – проблемы были колоссальными, нужно было не растерять влияние в Москве. Однако же и полностью проигнорировать походы не могли.