– И все-таки вы зайдите ко мне завтра, – уже у самого входа догнал меня голос Стоуна. – Успокоительное вам не помешает.
Я смогла лишь сдержано кивнуть и пулей покинуть смотровой кабинет.
За дверью меня встретила стайка, выстроившихся в очередь коллег, которые немедля засыпали десятком вопросов:
– Ну как?
– Не правда ли он хорошенький?
– А пальцы нежные?
– Нежнее некуда, – рыкнула я и метеором промчалась вдоль всей очередь на выход из дома гадкой старухи.
Сбежала по лестнице, при этом едва не оступившись и не сломав себе голову, а наконец оказавшись на улице, с шумом вздохнула полной грудью.
Что это черт возьми было?
Почему он меня не сдал?
Он ведь все понял!
Десятки вопросов вращались в моей голове, оставаясь без ответов. Дымя вишневым дымом, я торопилась к дому, обдумывая по пути произошедшее. Докторишка определенно оказался ушлым. Я не верила в добрые порывы его души. Просто Стоун быстро сообразил, что я стану отличной дойной коровой, которую он будет шантажировать на протяжении следующих недель, а при Марджери решил предусмотрительно промолчать.
А капельки? Как же! Он не зря попросил меня зайти к нему завтра, ему явно не терпится озвучить сумму за это самое успокоительное средство. Интересно сколько нулей она будет содержать? Два, три, четыре?
Я с гулким треском хлопнула входной дверью собственного дома. Злость, бессилие и страх перед неизвестностью переполняли меня.
Уверена, мне придется из кожи вон вылезти, чтобы покрыть счет, который он выставит за свое молчание. Поэтому сегодня необходимо не просто охмурить Аластара, а превратить его в безвольную тряпку под моими каблуками. Я должна получить этот вексель, и пусть он станет моей страховкой на черный день. Неприкосновенным запасом средств на экстренный случай.
Сразу с порога я отправилась в ванную комнату, где поспешила смыть с себя ужасные ощущения сегодняшнего дня. В голове медленно рождался план будущего вечера с аристократичным снобом.
Итак, что мы имеем? Этот спорщик любит играть, я ему до глубины души противна, а значит даже если он станет изнывать от желания ко мне, муки совести все равно не оставят его в покое.
Неожиданно для себя, я испытала желание не просто забрать у зарвавшегося типа деньги, но и унизить его. Так, чтобы все его выполненные желания до конца жизни преследовали и грызли его душу.
Определенно нужно сделать так, чтобы Аластар переступил через свои принципы и сам совершил первый шаг.
Я выбралась из ванной и, накинув халатик, спустилась в кладовую. Тут до сих пор лежал так и не сожженный ковер. Я взглянула на него и махнула рукой. Потом избавлюсь. Не сегодня. Мой взгляд блуждал по многочисленным полкам и ярусам, где во множестве складировался мой, так сказать, “профессиональный инвентарь”. Многочисленные смазки, дилдо и имитаторы различных цветов и размеров, плети, наручники, шелковые ленты, кляпы. Я вдруг задумалась, что из этого может мне понадобиться, понимая что – ничего. И тут мой взгляд упал на стопку книг, оставленных здесь живущей до меня предшественницей. Я потянулась к цветной обложке и вчитываясь в название : “Порочная страсть”, поняла. Вот оно, то, что нужно!
Легкомысленный любовный роман, изобилующий откровенными сценами. А главное, рисунок на обложке, где томная полуголая дева прижималась к брутальному самцу, не оставлял никаких сомнений, о чем же пойдет сюжет.
На вечер я подобрала самое простое и неброское платье из всех нарядов в моем распоряжении. Полностью закрытое, из плотной темно-синей материи. Такие наверняка составляют основу гардероба всех приличных леди, проводящих свободное время за молитвами. Единственным украшением наряда служило пышное белое жабо и строгие манжеты. Волосы я собрала в высокую прическу, которую заколола на затылке. Минимум макияжа, лишь легкие едва-заметные тени на уголках глаз. Из бижутерии позволила себе скромные серьги-гвоздики, с поддельным жемчужным камушком. Что поделать, настоящих драгоценностей у меня не было. Да и не особо они клиентов интересовали, мужчины ко мне не за разглядыванием ушек приходили.
Осмотрев полученный результат в зеркало, я коварно усмехнулась отражению.
Теперь мне оставалось только приготовить гостиную к прибытию особо аристократичного сноба. А для этого мне нужен был чай, которого в моем доме не водилось все три года.
Пришлось вытащить несколько купюр из пачки денег и сбегать к лоточникам. Так за тридцать серебряных были куплены вкуснейшие миндальные печенья и самый элитный сорт черного чая. А еще, давя жабу в душе, раскошелилась на чайный сервиз из костяного фарфора. Ничего не поделать, это сопутствующие расходы, которые я планировала сегодня окупить с лихвой.
За подготовкой гостинной и сервировкой стола время пролетело незаметно, я даже удивилась, когда напольные часы пробили одиннадцать.
Вместе с этим раздался нетерпеливый звук входного колокольчика.
Открывать я не торопилась, еще раз взглянула на себя в зеркало, прихватила предварительно раскрытую где-то на середине книгу, и не спеша двинулась в холл.
Шла нарочито лениво, громко стуча каблучкам, гость ведь должен услышать мою поступь.
Открывая дверь, я состроила самое скучающее выражение лица и добавила к нему толику расстройства. Ведь Аластар оторвал меня от важного дела – я книгу читала.
Ночной гость, как и вчера, обнаружился закутанным в плащ, даже не смотря на то, что погода сегодня была весь день преотличнейшая.
– Вы? – очень натурально удивилась я. – Признаться, после утреннего бегства, даже не ожидала, что вы вернетесь.
Ох, как же я лукавила. Ожидала, еще как. Он же человек слова и чести, не мог поступить иначе.
– У меня спор, – коротко бросил мужчина и прошел в холл.
Как и вчера, он сам повесил плащ в гардеробную. Забавно, у меня уже коллекция его одежды в шкафу. Первый плащ он благополучно забыл, сбегая.
Я проследила за действиями брюнета в маске и не размениваясь на любезность вернулась в гостиную. Аластар ведь прекрасно помнит дорогу до нее, сам дойдет.
– Вы меня даже не проводите? – раздалось удивление мне вслед.
– А вам оно нужно? – откликнулась я. – Утром вы прекрасно дали понять, что я вообще не особо вам нужна. Так к чему эти лишние расшаркивания?
Я вернулась к своему креслу, прислушиваясь к его шагам за спиной. Сейчас нас разделяли метры и я просто физически ощущала напряжение господина сноба, витающее в воздухе. Я демонстративно положила якобы “недочитанную” книгу на столик, где уже стоял остывший чайник и одинокая чашка.
