Читаем без скачивания Народный мститель - Кирилл Казанцев

Со дня приобретения гигантского попугая дела в карьере Виктора Андреевича почему-то пошли в гору. Да и оболтус Алекс на какое-то время взялся за ум. Попугай и в самом деле разговаривал на четырех языках: русском, английском, испанском и матерном. В качестве хозяйки признавал только Валерию; Алекса и главу семейства неизменно называл обидными словами и норовил сделать какую-нибудь пакость, если его по доброте душевной выпускали из клетки.

Орнитологи утверждают, что попугаи ара могут жить в неволе по двести лет, а то и дольше. Так что этот экземпляр вполне мог раньше принадлежать какому-нибудь британскому каперу, чем и объяснялось его умение говорить по-английски. Испанский же язык он мог выучить от своего прежнего владельца – одного из пиратов Карибского моря. Русский же, судя по набору слов, ему преподавали в питерском припортовом кабаке, где птица осталась в залог после крутой гулянки или игры в карты. Во всяком случае, старорежимная лексика попугая вела свое происхождение не из светских салонов Лондона времен Байрона и Санкт-Петербурга эпохи Пушкина. Все вещи, физиологические явления и части тела Ара привык, не задумываясь, называть своими настоящими именами. Правда, загадочная судьба птицы не давала ответа на вопрос, как с такой словесной несдержанностью и склонностью к космополитизму ей удалось пережить времена правления Сталина. Спасти Ару от длинных рук Лубянки могло только одно – его хозяином в те страшные годы должен был быть какой-нибудь высокопоставленный чин НКВД. Во всяком случае, Матюкова-старшего он обычно называл «врагом народа» и «оборотнем», а его отпрыска «дураком» и «нариком». Откуда умная птица пронюхала о кокаине, было непонятно – все-таки Алекс дома старался порошок не употреблять. Во многом Валерия Никодимовна разделяла мнение Ары, и это стало той причиной, по которой попугай задержался в их доме до нынешнего дня. Ара стал единственным членом семьи, с которым Матюкова могла общаться по душам, поверять ему самые сокровенные тайны. Ее саму попугай уважительно называл почему-то на старорежимный лад боярыней.

Все заботы по отмазыванию сыночка от уголовной ответственности Матюков-старший взял на себя. Последствия же этой комбинации предстояло расхлебывать и финансировать его супруге. Затягивать с этим было нельзя, ведь Алексей Базанов свою часть работы выполнил и теперь мог справедливо рассчитывать на щедрое вознаграждение.

Матюкова отстроила работу своего холдинга так, что могла не появляться в офисе неделями. Все толково исполняли тщательно подобранные ею помощники. Однако даже самые исполнительные люди имеют склонность расслабляться, если их время от времени не подстегивают. Поэтому никогда и никому – кроме, конечно, самой хозяйки – не было точно известно, когда она появится в своем кабинете. В связи с этим все сотрудники старались постоянно держать себя в тонусе.

Через день после суда автомобиль с Матюковой подкатил к офису за полчаса до начала рабочего дня. Мать Алекса, несмотря на странный вчерашний разговор с сыном по мобильнику, не особо за него беспокоилась, хоть его телефон больше не отвечал. Муж сказал ей, что Алекс перезвонил ему чуть позже с чужого номера, разговаривал вменяемо, а его «Гелендваген» стоит на подземной стоянке. Валерия Никодимовна выбралась из машины, ленивым взглядом окинула здание. Стеклянные двери, оснащенные фотоэлементом, предупредительно раздвинули перед ней створки. Только что сменившийся охранник почтительно поприветствовал хозяйку и вызвал для нее лифт.

Кабинет Матюковой с обширной приемной располагался в самом конце крыла – так, чтобы возле двери не сновали сотрудники. Несмотря на то, что Валерия Никодимовна вот уже три дня не наведывалась на свое рабочее место, уборщица постаралась. Кое-где еще виднелись влажные следы мокрой тряпки, а в воздухе ощущался запах дезодоранта. Матюкова бросила на стол папку, которую перед отъездом на работу вручил ей муж, и тут же направилась к большой, чуть ли не в человеческий рост, клетке, накрытой пледом.

– Арочка, как ты тут без меня? – с чувством произнесла бизнесвумен, снимая материю.

Попугай, сидевший на жердочке, сверкнул желтым круглым глазом и тут же обиженно сунул голову под крыло. Вот уже восьмой год, как он «прописался» в офисе. Матюков-старший, ненавидевший птицу, заставил супругу забрать попугая из дома, заявив: «Или он, или я».

– Ну, не могла я раньше приехать, – Валерия открыла клетку и высыпала на край письменного стола горочку жареных фисташек.

Попугай для порядка еще немного подулся, выдержал паузу, затем выбрался из клетки, расправил крылья и гортанно прокричал:

– Привет, боярыня, – после чего шумно взмыл в воздух, совершил круг почета под самым потолком кабинета и спикировал на письменный стол.

Крепкие скорлупки затрещали в мощном клюве.

– А теперь мы с тобой немного поработаем, – пригласила Валерия Ару к сотрудничеству.

Попугай расклевал еще пару орешков, чисто по-человечески икнул и взобрался на малахитовый письменный прибор, украшавший стол хозяйки. Матюкова придвинулась к столу поближе и раскрыла полученную от мужа папку. На самом верху тонкой стопки бумаг лежала цветная фотография майора ФСБ, взявшего в суде вину Алекса на себя. Снимок практически ничего не мог сказать о Базанове. За годы супружества Валерия отлично изучила эту породу людей – дружков и сослуживцев своего мужа. Они хоть и отличались ростом, прической, разрезом глаз, но, в сущности, все были для нее на одно лицо. Их невыразительные, абсолютно бесцветные глаза, на дно которых невозможно заглянуть, были словно непрозрачным занавесом между их обладателем и тем, кто на него смотрел. С таким типом можно целые сутки ехать в одном купе поезда, а потом, сойдя на перрон, даже не припомнить, как он выглядит.

Валерия отложила фотоснимок в сторону и глянула на своего верного друга Ару. Тот ничего не ответил, лишь неопределенно взмахнул крыльями, как бы оправдываясь перед хозяйкой – мол, ты же сама знаешь этих сотрудников спецслужб, «фейсов», другими они не бывают. В биографии Базанова тоже не на чем было остановить взгляд. Все в ней было ожидаемо и абсолютно предсказуемо. Родился в провинции, звезд с неба не хватал, за годы исправной службы получил стандартный набор поощрений и наград. А вот что на самом деле стояло за проведенными в погонах годами, было и не понять.

«И что, мой урод, – нелестно подумала о супруге никогда не любившая его Матюкова, – не мог сам все разрулить? Переложил проблему на хрупкие женские плечи?»

Владелица холдинга захлопнула папку и принялась изучать обложку глянцевого гламурного журнала. Но раздражение все не покидало ее. Модель на обложке выгодно отличалась от читательницы журнала по всем параметрам: и возрастом, и стройностью… Матюкова не была бы женщиной, если бы невольно не сравнивала ее с собой.

– И что эти мужики в такой худобе находят? – презрительно произнесла она. – Ни рожи, ни кожи. Только и умеют, что задом вертеть.

Валерия буквально ощутила складки на своем теле, почувствовала тяжесть отвисшей груди. Попугай хрустнул орешком и заботливо положил перед хозяйкой зеленоватое зернышко.

– Ты меня, Арочка, единственный понимаешь.

В кабинет заглянула секретарша и доложила, что в приемной появился Базанов. Матюкова бросила взгляд на напольные куранты, солидно тикавшие в углу кабинета. По майору можно было часы сверять – явился на встречу минута в минуту.

– Приглашай, – распорядилась хозяйка холдинга.

Визитер выглядел немного уставшим. Нижние веки набрякли – то ли пил последние дни больше обычного, то ли недосыпал. Он умудрялся ступать абсолютно бесшумно. Подошел к столу, поздоровался, назвав Матюкову по имени-отчеству, и добавил:

– Я по рекомендации Виктора Андреевича.

Майор сел на кресло для посетителей лишь после того, как его пригласили. Даже попугай, разгуливавший по столу, Базанова не впечатлил.

– Да, Виктор Андреевич мне говорил о вас как о человеке, на которого можно положиться. Отзывы о вас самые лестные, – произнесла Валерия, присматриваясь к Алексею. – Именно такой человек мне и нужен.

Базанов смотрел, не мигая, и не пытался напомнить о своих заслугах перед семьей. Внешне он оставался спокойным, словно пришел не за вознаграждением, а просто устраивался на работу. И должность в холдинге – лишь один из возможных вариантов.

– У нас есть вакансия инструктора по безопасности.

Базанов кивнул. И тут Ара нарушил мерное течение разговора. Он повернулся к майору боком, уставился на него своим нечеловеческим глазом и абсолютно ясно произнес:

– Вредитель, пиастры, – после чего на всякий случай перебрался поближе к Валерии Никодимовне.

Базанов позволил себе контролируемую улыбку.

– Милая птичка.

– Не обращайте внимания, Алексей… – Матюкова покосилась на папку и прочитала: —…Павлович. Оклад в триста тысяч рублей. Свободный график работы…