Да, между ним и Маргарет нет и не будет настоящей любви, но, может, это даже к лучшему. Сильные эмоции — штука опасная, недаром говорят: от любви до ненависти всего один шаг.
Да, многое в характере Маргарет его раздражало, но Дэйв полагал, что справится с этим, когда они поженятся. Словом, решение соединить свою жизнь с мисс Диггинс, было принято обдуманно, построены определенные планы на будущее, и сейчас ему нелегко от них отказаться. Тем более, что он вообще редко менял свои решения.
Мужчина напряженно размышлял.
Безусловно, Шейла нравится ему. Девушка задела в душе что-то такое, до чего до сих пор не удавалось добраться ни одной из представительниц слабого пола. И дело не во внешности, в его жизни и прежде бывали женщины не менее красивые. Тут что-то другое, а что — он не мог понять. При каждой встрече эта дерзкая девчонка заставляла учащенно биться его сердце. Он знал себе цену, был хладнокровен, уравновешен. Даже взбалмошной мисс Диггинс редко удавалось вывести его из себя. Но в присутствии Шейлы эти качества, которыми он втайне гордился, давали сбои. И он порой терялся, не без труда подбирал слова. Потом ругал себя за это и за излишне откровенные проявления нежности.
А Шейла? Что чувствует к нему она?.. Похоже, ни-че-го. Кроме, конечно, признательности за внимание к ребенку. Придя к такому неутешительному выводу, Браун дал себе твердое слово больше не пытаться ее увидеть.
Его решимости хватило на две недели.
Доктор доехал до больницы, включился в ее привычный суетный ритм и на время забыл личные проблемы. Только ближе к вечеру вспомнил, что обещал Маргарет поехать в оперу. Заторопился домой, чтобы успеть принять душ, переодеться в смокинг. Не хотелось тратить вечер на пустую светскую болтовню с ее друзьями, но решил не обижать невесту еще раз.
Однако судьба распорядилась иначе. Она явилась в лице старого джентльмена, который, входя в двери больницы, упал на пороге и сломал шейку бедра. Операционная сестра недоуменно подняла брови, увидев облегчение на лице доктора Брауна, когда его вызвали к этому новому пациенту.
Несколько часов он провел в операционной — перелом оказался сложным. Домой приехал очень поздно. Верный слуга за считанные минуты приготовил ужин и, только подав кофе, сообщил: звонила мисс Диггинс, он, Пол, сказал ей, что хозяин задерживается в больнице. Слуга не решился воспроизвести услышанную в ответ тираду, лишь заметил, что мисс Маргарет была немного расстроена.
— Сейчас я ей позвоню. — Дэйв посмотрел на часы. — Нет, слишком поздно. Лучше завтра. — Он быстро лег в постель и уснул с чистой совестью.
Когда утром машина подъехала к квартирке Шейлы, Том выскочил навстречу.
— Я знал, что вы приедете, — сказал он, светясь от счастья, — взрослые не всегда выполняют обещания, а вы всегда!
— Насколько возможно, дружок. Запрыгивай в машину, а то мы опоздаем. — Дэйв помахал Бетси и усадил мальчика на переднее сиденье.
В больнице, приведя его к молодому врачу, который осматривал руку ребенка в первый раз, он попросил:
— Когда закончите, позвоните, пожалуйста, я буду в операционной или в поликлинике.
Примерно через час, когда все было сделано и Браун уже вез мальчика домой, Том не удержался и пригласил его зайти, заранее заготовив деликатную фразу:
— Бетси сказала, что приготовит нам кофе с тортом.
Дэйв понял и улыбнулся:
— Это как раз то, что нужно. Но, не обижайся, пожалуйста, я останусь ненадолго: у меня сегодня операция и еще много всякой работы.
— Конечно, — согласился мальчик, — я думаю, Бетси поймет.
Выпив чашку кофе и съев кусочек торта, Браун вернулся в больницу. За всеми этими делами он совершенно забыл о Маргарет. Вечером она сама позвонила ему домой, и бедному доктору пришлось выслушать много всяких неприятных вещей, так что он даже почувствовал себя виноватым и долго извинялся. Положив трубку, подумал, что хорошо бы снова послать цветы…
Шейла только успела открыть магазин, как вошел Браун.
— Бетси сказала, что у Томми все в порядке… Что-нибудь случилось?
— Доброе утро, мисс Колдуэлл. Почему при виде меня вы сразу начинаете паниковать? Неужели я всегда приношу только плохие вести?
— Когда я вас вижу, я думаю, что это в последний раз, — искренне призналась она и, уловив двойной смысл фразы, рассердилась на себя. — Опять цветы? А не пора ли подарить вашей девушке что-нибудь вроде бриллиантовой броши от Картье?
Дэйв укоризненно посмотрел на цветочницу.
— Не указывайте мне, пожалуйста, у меня скверный характер, и я могу разозлиться.
Только сейчас Шейла заметила, какой у него усталый вид.
— Извините меня и мой язык, он меня не слушается. Я знаю, что надо думать, прежде чем что-то сказать, но все время об этом забываю. — Милая, застенчивая улыбка сопроводила эти слова. — Вы очень устали. Вам нужно отдохнуть от больницы и от Лондона.
Поскольку Дэйв ничего не ответил, девушка сменила тему:
— Может, на этот раз вы пошлете что-нибудь особенное… Как насчет бледно-розовых орхидей с ветками папоротника? Можно прямо в одной из этих ваз. Правда, они довольно дорогие, работы девятнадцатого века. Хозяйка объездила все антикварные магазины, прежде чем купила их. Я думаю, мисс Диггинс понравится.
Он произнес без малейшего интереса:
— Хорошо, пусть будет и ваза. Отошлите к ней домой, пожалуйста, если сможете, сегодня.
Браун расплатился, коротко попрощался и вышел из магазина. Девушка стояла и смотрела, как он перешел на другую сторону, сел в машину и уехал. Может быть, она видит его в последний раз. Дэйв не подписал карточку, но было уже поздно — его машина растворилась в потоке других автомобилей.
Хозяйка велела Шейле самой поставить подпись и отвезти цветы в обеденный перерыв.
— Я побуду здесь, пока ты не вернешься. Автобусов много, сейчас они не слишком загружены, добраться до места назначения не составит труда.
Двери девушке открыла сухопарая женщина в белом фартуке.
— Цветы для мисс Диггинс. — Шейла уже протянула букет горничной, когда услышала голос Маргарет:
— Кто там? — И та появилась в прихожей. — Опять вы?! Опять с цветами! Джина, вы можете идти.
Подождав, когда горничная уйдет, и слегка понизив голос, невеста Дэйва сказала многозначительно:
— Милочка. При следующей вашей встрече с моим женихом объясните ему, пожалуйста, что цветы мне дарит каждый второй.
— Но… мы с мистером Брауном не…
— Вот-вот! Вы с мистером Брауном, — передразнила Маргарет. — Богатого мужа себе ищешь? Подходит его кандидатура?
Шейла побелела от гнева:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
