тихим голосом:
— Не стоит пытаться разрушить эти оковы. Для того, чтобы связать тебя, было затрачено столько усилий и людских жизней. И даже сейчас ты готов бороться, поистине ты являешься сильнейшим среди людей, — наконец, фигура вышла из тени, раскрывая свою сущность.
Фигура имела лишь немного схожести с человеком. Ее лицо украшали множество глаз, в то время как рот отсутствовал, и голос исходил непонятно откуда. Лишь что-то напоминающее костяную броню прикрывало нижнюю часть лица. На голове был надет капюшон, бросающий тень на черты лица и придававший ему зловещий вид.
— Твой собственный народ предал тебя и вонзил нож в спину. Благодаря их содействию, нам удалось запечатать тебя, — хотя голос был монотонным, в его тоне прослеживались нотки злорадства.
Тело в котором я был, молчало, но я чувствовал, как ярость заполняет меня полностью. Желание уничтожить это существо передо мной, а затем отомстить предателям, захлестнуло меня.
— Тебе нечего сказать, человек? — спросило существо вновь.
Тело с трудом подняло голову и взглянуло на него с яростным взглядом.
— Похоже, ты не настроен на диалог. Знаешь, все могло быть иначе, если бы ты сразу подчинился. Мы бы не разрушали твое Королевство, — существо продолжало говорить. Тело, словно не осознавая услышанное, замерло, но вскоре во мне отразилась сильная горечь и сожаление.
— Твою страну забудут, и тебя тоже, — прозвучали его слова.
Мне пришло словно какое-то умиротворение. Я уже не мог отличить свои чувства от тела, в которым был. Потом осознание нашло меня — мне нужно сразиться в последний раз, за всех. Мои мышцы напряглись до предела, цепи заскрипели, пытаясь остановить меня. Боль была адская, каждая клетка моей кожи горела, но моя ярость пылала. Алтарь треснул под моим напором.
Существо уже не выглядело уверенным в созданной тюрьме, даже в его многочисленных глазах отразился страх.
Внутри меня что-то начало гореть яростным пламенем, словно я сжигал в себе что-то. Раздался мой яростный крик
— Для меня нет предела, я разрушу любые оковы! — алтарь покрылся глубокими трещинами, металл на цепях начал гнуться и рваться.
— Созовите войска срочно! — панический голос существа разнесся вокруг.
— Я уничтожу вас всех! — едва слова покинули мой рот, я полностью разорвал свои оковы. Мощный выброс энергии пронесся сквозь пространство, разрушая все на своем пути.
Но резко появилась тьма словно выключили лампочку. В моих легких не хватало воздуха, и я с ужасом пытался схватиться за грудь. Постепенно чувствительность возвращалась ко мне, и я открыл глаза, сильно кашляя и глотая воздух.
Это был всего лишь сон, и я до сих пор нахожусь в своей комнате. Все было настолько реальным. Вчерашний день, вероятно, вызвал во мне такие эмоции. Во сне я был таким сильным, и в последние мгновения сна я увидел последствия того энергетического выброса, ничего не осталось на ближайшие километры.
Интересно, что еще может присниться мне, хотя во сне я испытываю боль, но и разобраться откуда они тоже нужно. Сейчас не стоит забивать голову плохими мыслями. Я направился в ванную комнату, пора готовиться к школе.
Утро прошло как обычно: я позавтракал, и мы с Алисой поехали в школу. Я ожидал, что Брюс придет сегодня, но он так и не явился. Видимо, его разногласия с Альфредом достаточно серьезны. Надеюсь, что он появится завтра.
На уроках стало скучно, предметы стали для меня слишком легкими. Я уже хорошо владею чтением и письмом, отлично справляюсь с другими предметами. Время тянется медленно из-за этого. Я думаю, что лучше всего для меня будет перейти в следующий класс. Сегодня я загляну к директору и узнаю об этой возможности. Конечно, мне потребуется согласие моего опекуна, Элизабет. У нее мало свободного времени, но все равно я попрошу ее разрешение.
Так до конца дня и скучал, хоть появился один из плюсов перемещенье по школе стало легче, из-за того что смог ходить без костыля. Мы как обычно ждали автобус, но меня стало одолевать какое-то странное чувство, похожее на беспокойство хотя вроде ни о чем не переживаю. Оно словно скребло стенки внутри меня, и заставляло обратить внимание на что-то. Я не понимал к чему это.
Когда наш автобус подъехал, ощущение стало еще сильнее и начало давить на меня. Я осторожно огляделся вокруг, но ничего необычного не заметил. Хотя водитель сменился и выглядел знакомым. Чем ближе я подходил к своему сиденью, тем сильнее становилось это ощущение. Алиса заметила мое состояние и начала беспокоиться.
— С тобой все хорошо? — спросила она.
— Не знаю какие-то странные ощущение, — я смотрел в доль улицы, наблюдаю за проносящимися пейзажами, совсем другие. Сменился маршрут?
Автобус внезапно остановился в тихой улочке, и двери его открылись. Внутрь вошел мужчина водитель в униформе, на его шее была видна татуировка, а его серьезный взгляд был обращен на детей. У него была повязка на правой руке. Меня вдруг осенило, это те двое из переулка, их разыскивает полиция за похищение детей.
Пока все с непониманием смотрели на него, он надел противогаз, также как и водитель, и в воздухе появился странный запах. Я не успел ничего предпринять, как начал терять сознание. Я слышал только обрывки фраз, доносящиеся до меня.
— Черт, сегодня настоящий куш, — сказал кто-то из них.
После этих слов я перестал слышать что-либо и вскоре уснул.
Проснулся я от холода, лежа на твердой и влажной поверхности. Мне было трудно осознавать окружающее. Казалось, это был усыпляющий газ. Медленно открыв глаза, обнаружил себя связанным и лежащим в какой-то камере вместе со всеми остальными детьми из автобуса. Я быстро нашел взглядом Алису и немного успокоился. В карманах моей рубашки ощущались мои ножи. Благодаря этому я немедленно начал пытаться достать их руками. К счастью, они были связаны спереди, и я смог достать один из ножей. Медленно и осторожно я принялся разрезать веревки. Почти дорезав их, услышал приближающиеся шаги, поэтому решил притвориться спящим.
Замок на двери щелкнул, и дверь камеры открылась. Я услышал шаги трех человек, что подтвердил немного приоткрыв глаз.
— Молодцы, сегодня вам удалось поймать месячную норму, — раздался мужской голос.
— Почему мы раньше не захватывали автобусы, а ходили по подворотням? — спросил один из похитителей.
— Потому что это слишком заметно, но Босс приказал сделать большую партию. Нам нужны деньги на одно дело, — ответил, похоже, их начальник.
— Так сколько мы сможем получить за них? — спросил раненный в руку похититель.
— Примерно, 100 тыс. долларов, — произнес начальник.
— А кому мы продадим их на этот раз? — спросил первый похититель.
— На черный рынок органов,
