Он вел себя так предупредительно, пока они вместе убирали на кухне, передавая друг другу тарелки, вынимая их из мойки, что Энни снова принялась упрашивать его:
— Ну пожалуйста, отвезите меня в Париж. Не стоит зарываться. Мои друзья примутся за поиски, они пойдут в полицию.
— До завтра никто тебя не хватится, — спокойно сообщил ей Марк. — В отеле получили сообщение, что ты решила провести день-другой у старого друга.
Энни едва не задохнулась от такой наглости, ее изумрудные глаза даже потемнели от гнева.
— Кто такое мог им сказать? Вы?
Марк согласно кивнул.
— Я позвонил в твой отель из машины, пока ты оставалась наверху.
Заметив, как изменилось выражение ее лица, Марк слабо улыбнулся.
— И чтобы тебе в голову не лезли глупости, хочу сразу предупредить, что машина крепко заперта, а ключи я постоянно держу при себе.
— Сколько же вы намерены держать меня здесь? — прервала его Энни.
— Только ночь.
Энни вздрогнула и вся съежилась, кровь застучала в висках. Что еще он придумал для нее на сегодня? Ее зеленые глаза тревожно мерцали, пока она смотрела на Марка сквозь пелену сомнения и беспокойства, окутывавшую ее. Он ее похитил, силой привез сюда, а ночью намеревался, без всякого сомнения, переспать с ней. От этой мысли Энни стало совсем худо. Как могла она воспрепятствовать его намерениям? Он гораздо сильнее ее, чтобы она могла вступить в открытый бой. Туг у нее не было никаких шансов на удачу. Можно, конечно, попытаться и внезапно огреть его по голове чем-то тяжелым. Но ее воротило от мысли об этом. Неужели она действительно способна на такое? Он же может истечь кровью. Да она просто убьет его! Энни стиснула зубы в нервном ознобе. В горле пересохло, и она с трудом выдавила из себя:
— Если мой менеджер прилетит в Париж и обнаружит, что меня нет в отеле, он будет в полной панике, какую бы историю вы ни сочинили для портье. Мой менеджер знает, что у меня нет друзей в Париже.
— Твой менеджер сейчас наслаждается медовым месяцем, ведь так? С чего бы это ему срываться и сворачивать медовый месяц раньше времени? А ты снимала квартирку пополам с Дианой Эббот, той самой девицей, которая вышла за него замуж?
Энни всякий раз поражалась, насколько подробно он изучил ее жизнь, но слышать, как Марк неуважительно упоминает имя Дианы, было выше ее сил. Энни разъярилась
— Да, — коротко ответила она. — Полагаю, что мне не следует спрашивать, откуда вы все это узнали?
Марк искоса с удивлением взглянул на разъяренную девушку.
— Я просто читаю газеты. В них много можно найти, или ты сама никогда не читаешь их? Свадьба заметное событие, ее не спрячешь. Почти в каждой газете были упоминания о ней и о том, что невеста, Диана Эббот, была твоей давней подругой, с которой ты долгие годы делила квартиру. Что она выполняла обязанности секретаря, коммерческого агента, телохранителя и что именно она преимущественно занималась разбором почты от твоих поклонников, общалась с прессой и вообще выполняла всю работу, на которую у тебя не было времени. Одна-две газетенки немного поспекулировали на тему, что ты теперь станешь делать дальше: будешь ли продолжать жить в одиночестве или все же кто-то будет выполнять обязанности Дианы Эббот?
Энни помолчала, потом медленно заговорила:
— И вы позвонили мне в первый же вечерг. после свадьбы…
Марк согласно кивнул. Слегка прищурив глаза, он наблюдал за девушкой, а она продолжала вслух размышлять:
— Вы правильно рассчитали, что застанете меня одну, когда я вернусь домой, ведь так? Вы надеялись, что после насыщенного событиями дня, а каждый, кто хоть однажды был занят предсвадебными хлопотами, меня поймет, я буду не в состоянии противостоять вашим идиотским выдумкам?
Независимо поглядывая на Марка, Энни продолжала:
— Гнусная, тщательно продуманная акция, так? Вы хотели запугать меня до смерти, пока я нахожусь в одиночестве в моей квартире и мне от этого не по себе Кто вы такой? Разновидность садиста? Вы ловите кайф, запугивая женщин?
— Вряд ли можно рассматривать мои телефонные звонки как угрозу. Там и была-то всего пара слов. — Марк посмотрел на девушку и мягко повторил их: — Помнишь меня?
Энни снова похолодела, совсем как в тот первый раз, когда услышала их.
— Что же в них такого страшного? — спросил Марк. И он был совершенно прав — эти два обычных слова трудно было назвать устрашающими, они никак не походили на угрозу. Можно было спокойно выслушать их, пожать плечами и заняться своим делом, выбросив их из головы. Но по какой-то причине — Энни не могла объяснить ее самой себе — эти слова ее встревожили, возможно, сами слова, интонация, его голос…
Его слова преследовали ее во сне, потом второй звонок усилил эффект предыдущего, и наконец, обещание вскоре увидеться…
— Все это было загадочно… Я была, что называется, на пределе, — резко сказала Энни. — Только не говорите мне, что вы не догадывались, какой будет эффект Я убеждена в том, что вы сделали все намеренно. Вы нанесли мне удар как человек, который заранее просчитывает каждый свой шаг перед тем, как что-либо сделать, и не допускает ни малейшей оплошности…
— Да. Я тщательно выбирал нужный момент, это все правда, — без каких-либо угрызений совести признал Марк. — Когда я узнал, что твоя подруга по квартире вышла замуж незадолго до начала твоих европейских гастролей по Франции, то сразу понял, что это тот самый случай, которого я ждал!
— Для того, чтобы меня похитить! — подхватила Энни, прикидывая, когда же он начал планировать это похищение, невольно поежившись от мысли, чтб все-таки за этим кроется, неужели примитивное обожание? Или все же его какие-то темные фантазии?
— По-другому у меня никак не получалось, — спокойно объяснял Марк, а Энни слушала, одновременно оценивающе оглядывая его своими изумрудными горящими глазами. Марк, казалось, все говорил по делу, даже тогда, когда добавил: — Мне надо было поговорить с тобой. Я знаю, что твои гастроли только начинаются и ты недолго пробудешь во Франции. Потом ты исчезнешь на долгие недели, а в конце гастролей у тебя снова Не будет времени. Так что судьба давала мне шанс — пару дней, когда я мог бы побыть рядом с тобой, до тех пор, пока твоя развеселая компания вновь не закружится вокруг тебя.
— Лишь пару дней? — медленно переспросила Энни, погладывая на него. — А потом вы меня отпустите? — Можно ли верить этому человеку?
— Ты вернешься в Париж завтра вечером, — тихо, но твердо заявил Марк.
— Почему я должна вам верить? — с вызовом сказала девушка.
Марк не отпускал ее взгляд, сурово сдвинув брови.
— Ты можешь доверять мне, даю тебе слово чести. Ты в полной сохранности возвратишься в отель в Париже к тому времени, когда твои друзья станут беспокоиться о тебе. Что бы между нами ни произошло…
