Перед дверями своего кабинета кардинал увидел своих послушников, которые, очевидно, изнывали от любопытства: ещё бы, до них не могли не дойти слухи о том, что их начальник, оказывается, умелый экзорцист. В принципе, Чезаре мог их проигнорировать, и они даже этой поймут, но, с другой стороны, наверняка они оценят, что кардинал найдёт время ответить на их вопросы. Тратить на это много времени он не собирался, и поэтому объяснил все «одним блоком»:
— Да, я изгнал чёрта. Нет, я не экзорцист, не святой и не чудотворец. Да, это была обычная «Vade retro», плюс тяжелый и твердый крест. И нет, повторить это самим лучше не пытаться. А сейчас извините, мне надо кое-что обдумать.
Реакция послушников была похожа на какое-то замешательство, однако, ломиться в кабинет Чезаре они не стали. Закрыв за собой дверь, он уселся в кресло и попробовал систематизировать то, что услышал сегодня. Итак…
а) Информация о Пришествии исходит от Серафимы. С одной стороны, это практически исключает вероятность ошибки. С другой — включает некоторый шанс дезинформации… Впрочем, это маловероятно, а значит — критерий достоверности очень высокий.
б) Прогноз в отношении Пришествия исходит из неких предпосылок в области математики, психологии и исходного текста Библии, но точные предпосылки выяснить не удалось.
в) Известие о Пришествии вызвало споры среди церковной верхушки, и отец Патриций, видимо, выступал против него. С другой стороны, он вполне мог поддерживать видимость оппозиции.
г) По словам отца Патриция, всего чертей семь штук, однако основания для такого вывода довольно сомнительны. Если прогноз оправдается, значит, святой отец знает больше, чем говорит. И, что характерно, хочет, чтобы Чезаре это понял. Видимо, ждет какой-то реакции.
д) Медлительность службы безопасности служит косвенным подтверждением. Видимо, тоже какая-то проверка.
Чезаре снова перечитал список. Его не покидало ощущение, что все же он что-то упустил. Не о выводах: все, что удалось вынести из беседы, он учел, в этом он не сомневался. О чем-то ином… Дьявол!
«Повторить это самим лучше не пытаться»… А ведь той, кому это предупреждение пришлось бы ко двору, здесь как раз не было. Если остальные черти также неуязвимы для оружия, и если столь же сильны, как второй… Шанс того, что Мария не станет связываться с противником, который ей не по зубам, Чезаре считал исчезающе малым. Выскочив за дверь, кардинал торопливо спросил:
— Когда Мария поинтересовалась местами появления чертей, что ей ответили?
Послушники переглянулись между собой.
— Ну-у… — задумчиво потянула невысокая полноватая девушка с рыжими волосами и смешливым лицом, — Она ведь не с нами общалась.
Напарник закивал в подтверждение её слов.
Быстрый опрос служащих привел Чезаре в ту самую типографию, где произошло первое нападение. К его удивлению, сотрудники умудрились уже навести здесь порядок, и только разводы на стенах говорили о том, что происходило всего несколько часов назад.
— О, вы уже тут, — заметил мистер Пиррит, — Мы в тот раз так и не успели вас поблагодарить. Не беспокойтесь, брошюры уже направлены в печать. Всё будет сделано в лучшем виде.
— Это хорошо, — кивнул кардинал, — А вот не появлялась ли здесь после моего ухода одна из моих послушников…
В голове потихоньку появлялась альтернативная версия событий, — но пока что она казалась куда более сомнительной, чем основная…
— Мария-то? — усмехнулся Пиррит и поправил пенсне, — Появлялась. Я тогда, если честно, испугался, что события повторятся, но она, расспросив меня о том, кого я видел прямо перед происшествием, развернулась и ушла, как будто её всё это не интересовало.
Он снял пенсне, осторожно протёр стёкла платком, после чего добавил, снова усмехнувшись.
— Странно, правда?
— Да уж, — усмехнулся Чезаре, — Могло что-то в ответе натолкнуть ее на какую-нибудь идею, которую она немедленно побежала проверить?
— Честно, не знаю. У меня ведь и самого нет никаких идей.
— В таком случае я задам тот же вопрос, — сказал кардинал, не особенно рассчитывая на успех. В конце концов, в саду же никого не было, — Здесь кто-нибудь был прямо перед происшествием?
Чезаре понял, что его смущало в этой истории. Сам он задавал этот вопрос, потому что знал, что эти демоны — всего лишь работа мага, значит, для их появления нужен маг. А вот Марии знать об этом было неоткуда…
Его собеседник вновь водрузил пенсне на нос.
— Отвечу вам то же, что и ей: здесь постоянно кто-то ходит. То станки починить, то бумагу занести. Человек десять заходило буквально перед вами.
— Ясно, — кивнул священник. Значит, эта ниточка не могла ее никуда привести. А если так, то ее поведение не связано с ответом…
Вернувшись в свой кабинет, Чезаре стал искать досье Марии. Его интересовал один вопрос: проверяли ли ее на магические способности…
Оказалось, проверяли, и ещё как. Мария выходила потенциальным паладином. Между прочим, это многое объясняло. Например, её фанатичность. Технически, она ещё паладином не была. По крайней мере, по бумагам. Для того чтобы стать паладином, она должна была прогрессировать, причём неизученными, церковными методами, которые находились в ведении чудотворицы Катерины. Впрочем, случалось, что некоторые люди прогрессировали до уровня амагусов сами. Почему такое невозможно с паладинами? Однако, пока что Мария была всего лишь человеком.
Первой мыслью Чезаре был именно вариант с преждевременным прогрессом до паладина. Подумав, он добавил еще один — теоретическая подготовка паладина, включавшая не всем доступные знания о теории магии. Конечно, на первый взгляд это могло показаться не очень подходящим для воспитания фанатичной верности, но… Учёные ведь уже доказали существование бога. Серафима даже придумала, каким образом его призвать в этот мир. Похоже, возвращались времена, когда главными учёными были монахи и богословы, ведь теперь наука и религия больше не враждуют. Что там говорил отец Патриций? Католичество устарело? Само появление паладинов и чудотворцев говорило о том, что божья длань решила подтолкнуть учение о слове божьем в нужном направлении. А следовательно, оба варианта, — и знание, и ранняя инициация, — равно возможны. При этом результат различается довольно сильно. Отсюда вывод: чтобы определить точнее, нужно дождаться возвращения Марии и задать ей пару скользких вопросов. Юная послушница — это отнюдь не отец Патриций: у нее нет и половины той хитрости и изворотливости.
Пока же можно пересмотреть еще несколько договоров. Просто чтобы не сидеть без дела. Этим он и занимался, когда услышал настойчивый стук в дверь и знакомый девичий голос.
— Ваше Преосвященство, — в голосе Марии слышались одновременно настойчивость и сдержанная вежливость, — Разрешите войти?
— Заходи, — кивнул Чезаре, открывая дверь, после чего полушутливо поинтересовался, — Как прошла охота на чертей?
Мария, однако, не поддержала шутку. Едва замок сделал последний оборот, как девушка сдавленным голосом, который, наверное, задумывался как шёпот, выпалила:
— Риоджа поехал на встречу с G-tech.
Информация была довольно интересной. G-tech были первооткрывателями магии. Серьёзная немецкая корпорация, которая владела собственным войском наёмников и имела лобби в девяти крупнейших странах, не говоря уже о мелких банановых республиках. Первый год они владели монополией вообще на всю магию, однако даже сейчас, когда магией занимаются крупные НИИ каждой уважающей себя страны, не сдают позиций. В конце концов, именно им принадлежит всемирная сеть телепортации.
— Официально или тайно?
Итак, это началось. Чезаре ни на секунду не сомневался, что Риоджа был всего лишь исполнителем чужой воли. Вопрос был лишь в том, исполнял ли он волю Конклава, или всего лишь одной из его частей, которые, как Чезаре знал из разговора с отцом Патрицием, расходились во взглядах даже не Пришествие.
— Откуда мне знать? — развела руками девушка, — Там всё совершенно секретно. Судя по всему, официально, но только оглядывался он постоянно, словно воровал яблочное варенье из кельи старшей сестры, — она задумчиво прикусила нижнюю губу, — Не удивлюсь, если официально он всё ещё в Ватикане. Но на самом деле он уже на поезде. Товарняк. Гружён картошкой.
— Любопытно, — у Чезаре уже начал вырисовываться план, читай авантюра, но посвящать в него Марию он определенно не собирался, — Скажи-ка мне, а с чего ты начала следить за ним?
Он слегка улыбнулся, показывая, что ни в коем случае ни в чем не упрекает ее. Мария в ответ удивленно захлопала глазами:
— Ну, это же очевидно. Он что-то задумал. Я должна была знать, что, — голос девушки постепенно становился всё громче: послушница теряла последние остатки самообладания…
