Читаем без скачивания Победитель забирает все - Владимир Колычев

– Ну, спасибо тебе, Валера.

– Да чего спасибо? Ясно же, что Лепехина-жена Лепехина-мужа ударила… Кстати, ее мать говорила, что у Лепехина любовница была. Он ее вроде бы из Москвы привез. В каком-то салоне красоты работает.

– Если точней, заведует этим салоном. Красивая женщина. И состоятельная. Константина любила. Хотела, чтобы он от жены ушел.

Сама Кристина утверждала, что именно этого она и не хотела. Но она же утверждала, что и Константин ей не нужен. Только вот почему-то в момент истины предпочла его Сергею…

– А он хотел от жены уйти?

– Вот этого я точно сказать не могу. Но похоже на то.

– Ну, тогда все предельно ясно. Убийство на почве ревности. Жена не захотела отпускать мужа к другой и… Кстати, соседи характеризуют Екатерину Лепехину как особу вспыльчивую и неуравновешенную. И выпить баба не дура. В общем, красивая, но непутевая. Избытком совести, говорят, не страдала.

– Тогда в петлю зачем полезла?

– Отвечать за убийство не хотела. Да и мужа очень любила… Сергей Андреевич, нам уже ехать пора. Да и тебе, наверное, тоже.

Сергея вежливо выставили за порог. Сам же капитан Белов со своим напарником остались в квартире. Может, уже шушукаются меж собой – не сдать ли майора Комисарова начальству? Валера – свой парень. Но дружба дружбой, а начальство, как говорится, врозь.

Домой Сергей ехал с тяжелым осадком в душе. Как бы не попасть в ощип. А все к этому шло. Вчера ему звонил Константин Лепехин, а через пару-тройку часов погиб. Звонок с домашнего телефона на его служебный зафиксирован на узле связи, так что невозможно будет от него откреститься. И будет здорово, если Зареченская прокуратура признает убийцей Лепехина его жену…

А кто на самом деле убил Константина? Зачем он звонил Сергею, что хотел ему сказать? Может быть, он заранее предчувствовал свою смерть?.. Вопросы, вопросы. Но где правильные ответы? Может, Лепехин в самом деле пал от руки свой жены. Все может быть…

Сергей ехал к себе, но почему-то оказался возле дома, где жила Кристина. Время позднее, темно – в ее окнах горит свет. Раз уж он оказался здесь, то просто обязан заглянуть к ней на огонек.

Кристина не скрывала своего удивления, замешанного на спокойной женской радости.

– Я думала, ты уже забыл обо мне…

Она сразу впустила его к себе в квартиру, провела в кухню. Было видно, что в апартаментах недавно сделан ремонт – далеко не самый роскошный, но и не зазорный. Нечто среднее между евроремонтом и «совком». Стены в самом деле покрашены пульверизатором. Сергей отмечал эти детали автоматически. В то время как голова была занята другим. Он думал, как сообщить Кристине о том, что Константина больше нет. Похоже, она даже не подозревала о своей утрате…

– Чай, кофе?.. Или покрепче?..

– Нет, покрепче не надо. Я за рулем.

– Да? А мне почему-то казалось, что тебя это не очень волнует. Ты был выпивший, когда мы из ресторана ехали. И ничего, доехали.

Кристина выглядела великолепно. Шитый золотом халат из натурального шелка волнующе облегал ее роскошные формы. Изумрудные глаза завораживали. Сергей пытался, но не мог оторвать от нее взгляд.

– Извини, я тогда был не прав.

– В том, что Константина ударил? Так он сам был виноват.

– Нет, я был виноват в том, что в пьяном виде за руль сел. Надо было такси для тебя вызвать.

– Для меня? Не для нас? – с мягкой укоризной посмотрела на него Кристина.

– Зачем для нас? Я тебе не был нужен, – тем же ответил ей Сергей.

– Обиделся?.. Обиделся. А если я тебе скажу, что у нас в ту ночь с Костей ничего не было?

– Сказать можно все, что угодно. Да и мне, в общем-то, все равно.

– А мне вот не все равно.

Кристина подошла к нему, взяла его за руку. В глазах томная поволока, ресницы подрагивают, губы тянутся к нему… Сергей понял, что снова теряет голову.

Их тянуло друг к другу. Но между ними стояла преграда из взаимных упреков.

– Твой Костя к тебе собирался уходить. А ты говоришь, что тебе все равно.

– Может, он и собирался. Да я его не пускала. Он мне не нужен…

– Это я уже слышал.

– Глупо получилось, признаю… Ну, переборщила… Что с глупой женщины возьмешь?

– В каком смысле переборщила?

– В прямом. Я же хотела, чтобы ты за мной бегал, чтобы ты за меня боролся. Я тогда Костю с собой забрала, а сама ждала, когда ты ко мне поднимешься. Не дождалась. Ждала, что ты ко мне потом придешь. Или хотя бы позвонишь. Не дождалась… Хотела сыграть на твоих чувствах. Но не на чем было играть. Чувств-то не было. Поэтому и не боролся ты за меня.

– Не боролся, – согласился Сергей.

Хотя был очень огорчен неудачей. И очень переживал. Неправда, у него есть чувства к этой женщине. И в переживаниях последних дней эти чувства закалялись, как раскаленное железо в холодной воде.

– За женщину нужно бороться. Есть женщины, которые это любят.

Кристина закрыла глаза, подалась к нему – стала еще ближе, и телесно, и духовно. Колдовские волны ее обаяния пьянили кровь и кружили голову. Но Сергей боялся утонуть в пучине нахлынувших чувств.

– Ты одна из них?

Он пытался удержаться на плаву. Но Кристина успешно форсировала события. Вместо ответа она еще крепче прижалась к нему. А чтобы он больше ничего не спрашивал, закрыла ему рот жарким поцелуем. Губы у нее сладкие с легким привкусом клубники, язык теплый и нежный. Сергей уже не барахтался, чтобы остаться на плаву. Он с удовольствием тонул в штормовых волнах страсти…

Но чуть ли не в самый последний момент он вдруг вспомнил, зачем сюда пришел. Мягко, но решительно отстранился от Кристины. И тем самым как будто привел ее в чувство.

– Извини, я не должна была этого делать… – отвела она в сторону взгляд.

Кристина не то чтобы стыдилась своего поведения. Она досадовала на себя за свою несдержанность.

– Сама не знаю, что на меня нашло… С ума сойти, сама на шею вешаюсь…

Она отвернулась от Сергея, полезла в кухонный шкаф. Достала баночку с молотым кофе.

– Черт!

Оказалось, что вместо кофе она сыпанула в турку молотый перец. Волнуется. Из рук все валится.

Сергей подошел к ней, оторвал от разделочного стола, чуть ли не силой усадил на стул.

– Константина больше нет, – тихо и скорбно сказал он.

– Нет, – мотнула головой Кристина. – Нет и не будет… Я не должна это говорить, но мне нужен только ты… А Константин мне нужен был, чтобы тебя дразнить… Все, нет больше Константина. Для меня нет.

– Ты не поняла. Его вообще больше нет.

– Мне все равно, есть он или нет.

– Его убили.

– Ну, убили так убили… Что ты сказал?!

Наконец-то до Кристины дошло. Глаза испуганно расширились, губы стянулись в одну тонкую линию-дугу. Но краска с лица не схлынула. Наоборот, щеки запылали, как это иногда бывает при повышенной температуре.

– Убили твоего Костю. Вчера ночью.

– Кто?

– Жена… Пьяная ссора. Жена ударила его ножом, и сама затем наложила на себя руки.

– Нет, этого не может быть… Катя не могла убить…

– Ты ее знала?

– Да. Она ко мне приходила. Отношения выяснять. Обвиняет меня, а у самой слезы в три ручья. Нет, ты, наверное, шутишь…

– Такими вещами не шутят.

– Поверить не могу…

Трясущимися руками она полезла в ящик стола, вытащила оттуда пачку красного «Мальборо».

– Ты же вроде бы не куришь, – напомнил Сергей.

В ответ Кристина махнула рукой – в такой ситуации не только закуришь.

Сергей щелкнул зажигалкой. Сам полез за сигаретой.

Кристина курила молча. Сидит и тупо смотрит в одну точку на стене. Наконец очнулась, обескураженно глянула на Сергея.

– Ты не думай, я его не люблю, – словно оправдываясь, сказала она.

Потянулась пауза, в которой угадывалось противоборство чувств.

– Не люблю, – повторила Кристина. – А любила… Может, и сейчас люблю… Не знаю, ничего не знаю… Извини, мне нужно побыть одной. Не обидишься?

– Да, конечно.

Сергей поднялся со своего места, направился к выходу. Кристина нагнала его, когда он уже переступал через порог. Сзади бросилась ему на шею, крепко обняла.

– Ну почему ты всегда уходишь? Почему?

– Ты же сама сказала.

– Да мало ли что я сказала? Нельзя слушать женщин. Они говорят совсем не то, о чем думают. И делают совсем не то…

Кристина вернула Сергея. Потому что не хотела его больше терять. Но и до жарких объятий дело в тот вечер не дошло. При всех ее чувствах к Сергею, Константин был не последним в ее жизни человеком. Она любила его раньше. Возможно, любила его сейчас. Она должна была его оплакивать и оплакивала.

Глава пятая

Полковник Глебов не был большим любителем выпить, но иногда его поджимало. Тогда после окончания рабочего дня он пригашал к себе в кабинет Сергея. Комиссаров был единственным из его подчиненных, с кем Глебов мог позволить себе стопку-другую коньяку. Сегодня был как раз тот случай.

Павел Петрович достал из встроенного бара бутылку, бокалы, лимон. Включил телевизор. А там – политические дебаты.