кусков ткани. Она сложила их в стопку и отодвинула в сторону, вытащив из кучи штаны.
— Я действительно думаю, что он сам должен сказать им. Может быть, он всё-таки привыкнет к признанию существования своей магии. ‑ Вывернув штаны наизнанку, она обнаружила, что они были сшиты получше рубахи, и что концы нитей были спрятаны в подогнутых краях ткани. Она метнула в них взгляд. Все нити выпрыгнули из ткани сотней кусочков, разлетевшись по комнате.
Ларк прикрыла улыбку ладонью, и тихо заметила:
— По-моему, это чудовищная и напрасная трата ниток.
Сэндри грустно кивнула и подняла руки. Потребовалось призывать разбросанные кусочки несколько раз, прежде чем они вернулись. Как только они оказались у неё, Сэндри собрала их в кучку на столе. Она нежно погладила их, пока они не перестали дрожать. Когда кусочки нитей успокоились, она осторожно послала свою силу в каждое волокно. Когда кучка начала выкручиваться и ползти, она призналась:
— Я не знаю, как я сделаю так, чтобы мысль о магии ему нравилась.
— Конечно знаешь, ‑ сказала Ларк, беря квадрат ткани — в одну руку, и ножницы — в другую. ‑ Судя по всему, твой Паско до смерти хочет танцевать. Замани его обещаниями обучения новым танцам, которые он будет использовать со своей силой. Конечно, ему придётся много практиковаться — но я ставлю на то, что в танцах он практиковаться хочет. Тебе просто нужно сплести два урока в один, и я знаю, что тебе это по плечу.
Сэндри посмотрела на свою наставницу, широко улыбнувшись. Интуиция подсказывала ей, что Ларк абсолютно права.
— Ты уверена, что никто другой не может учить его? ‑ спросила она, хотя была уверена в том, каков будет ответ.
Ларк улыбнулась ей в ответ:
— Думается мне, что наставничество и для тебя многому научит, ‑ с деланной серьёзностью ответила она. ‑ Мила не даст соврать, мне оно пошло на пользу.
— Трудно это было, учить магии? ‑ поинтересовалась Сэндри.
Ларк кивнула:
— Но я была старше, чем ты, и обладала гораздо более закостенелыми взглядами, ‑ указала она. ‑ Моя магия была для меня столь нова, и я так поздно пришла к ней, что я была убеждена, что упускаю что-то важное. Я скажу тебе то, что Ветивер сказал мне: не забывай, что Спиральный Круг — рядом. Если застрянешь — задавай вопросы, ‑ она собрала свои обрезки и отложила их в сторону. ‑ Лично я, ‑ добавила она, ‑ думаю, что Паско очень повезло с наставницей. У тебя отлично получится.
— Я только надеюсь когда-нибудь сравниться с тобой, ‑ мягко отметила Сэндри. ‑ Ты была со мной так терпелива.
Ларк покачала головой.
— Ты слишком высокого мнения обо мне. С тобой легко было быть терпеливой, а учить тебя — сплошное удовольствие.
Сэндри опустила глаза, покраснев от похвалы. Услышать такое от Ларк значило для неё очень многое. Ларк была любезна, но не делала незаслуженных комплиментов.
Когда Сэндри проверила кучку кусочков ниток, она обнаружила их свившимися в одну прядь. Теперь они лежали, воспитанно свернувшись в кольцо, как будто пытаясь показать Сэндри, что могут вести себя прилично.
— Спасибо, ‑ сказала она им. ‑ Вы очень аккуратно всё сделали, и мне жаль, что я сначала вас напугала.
Она не заметила улыбки на губах Ларк. Она размышляла. «Нитки слушаются меня — почему Паско не слушается?». Это было не совсем честное сравнение, и она это знала. Эти нитки были получены из овечьей шерсти, а овцы были довольно послушными, если за ними ухаживать. Шёлковую нить было бы труднее контролировать, поскольку гусеницы-шелкопряды работали только для себя.
Вспоминая своего друга Браяра, когда тот был одного с Паско возраста, Сэндри задумалась, был ли он тогда таким же нарочно слепым, каким был Паско тем днём? Браяр не был. Он мог приводить в бешенство, он мог быть трудным, независимым, но он также был реалистом. Он никогда бы не стал спорить, когда кто-то указывал ему на что-то очевидное, например — его магию. Это заставило её задуматься, был ли Браяр необычным для своего возраста, или таким был встреченный ею в этот день мальчик?
— Паско кажется таким юным, ‑ пожаловалась она. ‑ Но это невозможно. Он на два года старше, чем мы были в начале нашего обучения.
— Но ты-то в частности уже не была юной, ‑ тихо сказала ей Ларк.
Сэндри опустила взгляд. Она знала, что Ларк имела ввиду. Она провела две недели в закрытом погребе в сошедшей с ума стране, когда её родители и няня были мертвы, и без надежды на то, что её когда-нибудь найдут. Эти две недели изменили её десятилетнее «я». Последовавшие за ними недели, когда она не покидала кровати, уставившись в потолок, добавили ей ещё возраста.
— Дай мне пару дней, ‑ предложила Ларк. ‑ Я попрошу кое-каких знакомых танцоров порекомендовать учителя — такого, который не убоится, если сила Паско выскользнет из-под контроля. ‑ Ларк по-прежнему дружила с артистами, с которыми познакомилась в молодости, до посвящения себя храму. ‑ А пока начни его уроки медитации как можно скорее. И приготовься поговорить с его родителями.
Сэндри мрачно кивнула. Она не чувствовала уверенности в своих преподавательских способностях.
Ларк подошла к ней и обняла.
— Всё течёт, всё меняется, ‑ сказала она Сэндри. ‑ Ученик становится наставником. И ты меня не посрамишь — вот увидишь.
Сэндри засмеялась и обняла её в ответ.
— Мне повезёт, если я справлюсь хотя бы вполовину так же хорошо, как ты.
Глава 5
Как только начались занятия с дубинкой, следовало думать только о занятиях с дубинкой, а не о полных сетях и Леди Сэндрилин. Зара, мать Паско, оживилась, и заставила их тем утром двигаться быстрее. Стопы его родичей шлёпали по плитке двора, как если бы они были танцорами, выполнявшими одни и те же движения танца.
Когда служанка сказала Заре, что к ней кто-то пришёл, Зара приказала им разбиться на пары, и практиковать последнее упражнение. Как только она ушла, Паско и пара других учеников сели отдохнуть.
В макушку Паско ткнулась дубинка.
— Ты же слышал свою маму, скакун, ‑ поддразнил его двоюродный брат Вани. ‑ Пойдём, поскачешь немного со мной.
Паско послал его подальше.
Вани зарычал, и снова стукнул Паско по голове. У того искры из глаз посыпались.
— Прекрати, Вани, ‑ начала возражать Рэйха. ‑ Ты неделями будешь горшки чистить, если Тётя Зара это увидит.
— Однако же она меня не застукает, и ты ей не скажешь, если у тебя есть голова на плечах. ‑ Глянув на Паско, Вани добавил: ‑ Угадай, кому пришлось этим утром таскать дрова, пока кто-то неторопливо возвращался с рынка? Чем ты занимался, Паско? Остановился поглазеть на капченских танцоров, которые практикуются на постоялом дворе Уэйнрайта? ‑ Вани ударил Паско дубинкой сначала по коленям, затем по голеням.
Паско вскочил на ноги и нанёс
