Я подождал, пока грохот и лязг стихнут, заметил сочувствующе:
— Вы недооцениваете роль СМИ. Это сила! Любого короля с дерьмом смешают, а дерьмо объявят общечеловеческими ценностями.
— Да знаю, — ответил король уныло. — Но что делать?
— И кто виноват, — поддакнул я, чувствуя родную почву. — На этот счет у меня имеются интереснейшие соображения…
Глава 5
Меня прервал нарастающий грохот, со спины пахнуло свежим маслом, которым смазаны доспехи и кожаные ремни, что крепят тяжелые металлические латы. Рыцарь двигался через зал, обходя наш стол, на шлеме на этот раз колышется красивый гребень из павлиньих перьев. Блеск выпуклых, как мои мышцы, доспехов стал невыносимым, но лязг удалялся, а сверкание на его спине собралось в одну точку, прежде чем погаснуть.
Я снова раскрыл рот, но в этот момент к нам подбежал дворецкий и прокричал ликующе:
— Бард Хряндль Неутомимый!.. Он обещает исполнить новую песню и уступить на нее почти все права в течение сезона пира благородному королю! Песнь называется «Дракон, который умел летать»..
Король с мукой взглянул на меня:
— Они что?..
Я осторожно заметил:
— Мне тоже показалось, Ваше Величество, что на драконов в вашем королевстве хороший урожай.
— Да драконов у нас до фига, — уныло заметил король. — Всегда… Вот только с певцами что-то не то… Или это я не тот? Ведь я король не наследственный. Ну, как это водится, жил в селе, волам хвосты крутил. Звали меня тогда просто Гариком, иногда полностью — Гарторикс, но не Вашим Величеством. Однажды ехал через наши края один знатный воин, попросил у отца напиться… Тот послал меня за кувшином к соседу, наш разбился, мы прямо из ручья пили… Станешь, бывало, на четвереньки и пьешь без забот… Я встретил того рыцаря прямо на дороге, напоил, тот посмотрел на меня, говорит: нужен слуга, а если буду себя хорошо держать, то и оруженосцем сделает. Я подумал, осточертела жизнь в навозе, взял да и смылся с ним. Поскитались, я научился владеть мечом, скакать на коне… Ну, некоторое время промышляли вдвоем, потом расстались. Я сколотил ватагу таких же отчаянных ребят, пошли по свету промышлять грабежами. Ну, так лет десять, а может, и больше, я развлекался, а потом отыскали подходящее королевство… Словом, старого короля я, как водится, зарезал, дочь и жену обесчестил, как ни противно было: обе страшилы и никогда не мылись, своих разбойников сделал баронами, графами, маркизами и сэрами. Поцарствовал годик, как-то засвербило повидать родителей. Оставил здесь прирученную обезьяну, придворный маг дал ей мой облик, а сам потихоньку покинул замок, помчался в родную деревню. Смотрю, все как и было, отец плетень починяет… Я соскакиваю с коня, весь в малиновом плаще, пальцы веером от колец золотых, на голове корона, подхожу к отцу, говорю: ты типа что же, не узнаешь меня? Я ж сынуля твой! Помнишь, ты послал меня за кувшином, чтобы напоить проезжавшего рыцаря. Я вот стал королем, у меня армия, дворец, подвалы с сокровищами, сад с райскими птицами… А он посмотрел так это на меня мутным взором, сплюнул под ноги и говорит хриплым голосом: так где же кувшин?
Король горестно умолк. Я посочувствовал:
— Крепкий у вас батюшка.
— Еще какой, — вздохнул король. — Вернулся я, но уже совсем не тот, что был. А тут еще моего отсутствия не только никто не заметил, но даже довольны, как никогда! Взял я ту обезьяну за хвост да об стенку. С тех пор из королевства ни ногой… Теперь я — король Гарторикс Первый, великий и справедливый. По крайней мере, так говорят, а я не раз переодевался и тайком ходил в народ, чтобы проверить: сильно ли брешут? Чудны дела твои, Господи, оказалось, что и между собой называют меня добрым и справедливым! Это я-то добрый, а?.. Ладно, герой, давай продолжим разговор в другом месте.
— Ага, — согласился я довольно, — ага!
Но король почему-то двинулся мимо всех этих голых баб, за нами пошли двое молчаливых рыцарей. Ступеньки повели вверх, я удивился, что сауна так высоко, начал оглядываться, все знатные девки остались, значитца, в сауне будут другие, а эти только для аперитива…
Миновав еще три зала, король подошел к невзрачной двери, украшенной всего лишь большой медной ручкой в виде головы дракона. Дверь распахнулась беззвучно, у меня даже возникло желание отодвинуться и снова приблизиться, всегда интересовал механизм открывания этих дверей.
Никакой сауны, всего лишь просторный кабинет, заставленный шкафами с книгами, на трех столах кипы старых фолиантов, листья желтые, края изгрызены крысами и мелкими драконами. За столами, склонившись над книгами так, что водят носами по бумаге, сидят престарелые мудрецы: с белыми, как у луней, волосами, такими же белыми длинными бородами, согнутые, старые, в теплых халатах, разрисованные драконами всех видов.
— Вот, — сказал король грустно. — Те мудрецы, которые создают… Но знают не их, а тех… которые про драконов!
В кабинетной тиши скрип его зубов раздался не тише, чем треск жерновов, между которых попал валун размером с человеческую голову.
— Увы, — сказал я.
— Садись, — пригласил король. — Сбрось вон те книги на пол и садись. Мудрецы, вы можете дать нам совет?
Мудрецы оказались разные: если один просто кивнул, второй кивнул головой, третий — своей головой, четвертый — своей собственной головой, пятый — своей собственной головой в знак согласия, а шестой вообще ухитрился кивнуть своей собственной головой в знак своего собственного согласия, соглашаясь со сказанным.
— Вот этот, — шепнул я королю. — Посоветуемся с ним…
…и поступим наоборот, решил про себя, однако для короля и мудрецов напряг мускулы и не доверчиво-надменно посмотрел на всех свысока.
Король откашлялся, сказал медленно и печально:
— Когда все умные средства испробованы, остается… сам понимаешь, что остается! Ты — наша последняя надежда, великий герой!
Я вскинул предостерегающе ладонь, покосился краем глаза на мутноватое зеркало в дальней стене, слабовато, но можно контролировать осанку, прервал без всяких церемоний, ибо какой спрос с варвара:
— Прежде всего мои проблемы! А потом ваши. Договорились?
Король вздохнул печально:
— А разве у нас есть выбор?
— Итак, — сказал я, — только на последней версте… это такая миля с гаком, уже почти в виду замка, на меня трижды бросались разбойники, налетали гарпии, из-под земли вылезали толстые жуки и пробовали утащить в свои норы… На выходе из леса прибил неудачника, что и голову потерял, и проговорился, что на меня покушаются по приказу Хозяина Тьмы.
Мудрецы молча согласно кивали, кивали головами, кивали головами в знак согласия, даже кивали своими собственными головами, только король спросил непонимающе:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
